уже все знаешь. Экскурсия нам попалась дальняя, на целый день. Владику повезло: в группе был мальчик его возраста, они быстро познакомились, сдружились и скоро сидели в конце автобуса на свободных местах, обсуждая свои мальчишеские дела. На отдыхе мало времени, поэтому отношения завязываются быстро: и дружба, и любовь. Словно на эти две недели время уплотняется. При осмотре очередной церкви рядом оказался мужчина с девочкой лет шести. Мы разговорились, познакомились, и потом он так и вставал рядом на следующих остановках. Во время обеда они сели с нами за один столик, вызвав возмущение Владика. После еды сын отвел меня в сторону, и высказал свои претензии. Собственно именно так он обычно и делал, как только видел близко от меня мужчину. Делить маму он ни с кем не собирался. Но на этот раз я удивилась:
– Значит, Алексею можно с нами общаться, а этому мужчине нет?
– Ну, ты сравнила: настоящего спасателя со спасательной лодкой и какого-то постороннего мужика с малявкой, – возмутился сын. Его выбор был очевиден.
Вечером мы вернулись домой очень довольные проведенным днем.
День восьмой
Утро не задалось с самого начала. Я так была уверена, что увижу Алексея у лестницы, что когда его там не оказалось, расстроилась. Осмотр пляжа тоже ничего не дал, знакомой бронзовой фигуры нигде не было видно. Мы положили свои вещи рядом с канатами, по которым утром вытягивают из ворот спасательной станции лодки и катамараны, и пошли купаться. Море нас заждалось! Оно так ласково приняло нас в свои теплые объятья, что я вспомнила, зачем, собственно говоря, приехала в этот город. К морю! И все остальное – не важно. Пока мы плескались, подошли наши знакомые – семья вчерашнего мальчика. Теперь я могла не волноваться, что Владику скучно, у него появился друг Павлик, с которым они тут же начали во что-то играть.
Я же сидела на подстилке и смотрела на сине-серую гладь моря, уныние постепенно возвращалось. В этот момент перед моими глазами появился и закачался пакет с абрикосами. Я обернулась.
– Это вам с Владиком. Из моего сада, – рядом широко улыбался Алексей. Он сидел на корточках, немного подавшись вперед, и крупный крест, висевший у него на груди, привлек мое внимание.
– Интересный у тебя крест,– наверное, это была самая не подходящая в этот момент фраза.
– Да, крест с Афона. Подарили,– лаконично ответил мужчина, – да нам, спасателям, без этого и нельзя.
Я не совсем поняла смысл фразы, но, наконец, догадалась взять абрикосы из протянутой руки и поблагодарить.
В этот момент на спину Алексея свалился Владик. По-моему, радости обоих не было предела. Алексей, перекувырнул мальчишку через свою голову, положил на песок и, прижимая одной рукой, начал щекотать. Владик извивался, пытаясь вырваться, и хохотал. А я смотрела на них и понимала, как же моему сыну не хватает такого грубоватого мужского общения! Я не помню, чтобы муж так играл с ребенком. А сейчас на Алексея с Владиком было так приятно смотреть и видеть, какое оба получают удовольствие от этой возни. Когда сын выдохся, мужчина убрал руку и сказал:
– Иди в море, смывайся. Я вам абрикосов принес, мы с твоей мамой сейчас пойдем их вымоем, – потом, обращаясь ко мне, добавил, – не мыть же тебе их в питьевом фонтанчике, тем более это запрещено.
И подал мне руку, помогая подняться. Я покорно шла за мужчиной к спасательной станции, попутно размышляя, что в этом что-то есть, когда кто-то за тебя все решает, хотя бы: мыть или не мыть фрукты, и где их мыть.
В помещении станции оказалось полутемно и прохладно, несмотря на жару за дверью. Мы прошли в закуток с раковиной, Алексей достал откуда-то таз и высыпал в него абрикосы из пакета. Таз идеально встал в раковину, видимо под нее и подбирался. Горячей воды на станции не было, но и холодная, пройдя по проложенным по земле трубам, нагревалась до комфортной температуры. Мы, стоя с разных сторон раковины, опустили в таз руки и начали мыть оранжевые плоды. Мои пальцы нечаянно коснулись теплых рук Алексея, потом еще и еще раз, это было неизбежно в таком небольшом пространстве. Каждое прикосновение ощущалось как слабый разряд тока. Неожиданно он просто взял под водой мои пальцы в руки, и стал, едва касаясь, поглаживать своими пальцами, как будто их тоже надо было отмыть. Я и не подозревала, что в такое простое движение можно вложить столько нежности. Оранжевые шарики абрикосов вплывали в наши переплетенные ладони, проскальзывали по коже шершавым бочком и, крутясь, двигались дальше. Прикосновения Алексея были такие мягкие, словно он гладил что-то очень хрупкое и боялся причинить вред. Нега разливалась по всему моему телу. Мы не смотрели друг на друга, но все рано, чтобы не выдать свои чувства, я закрыла глаза. Ощущения стали еще сильнее. Меня накрывало нереальной нежностью. Я словно впала в транс. Это был какой-то глубоко интимный процесс, хотя, со стороны, мы всего лишь мыли абрикосы.
Голоса входивших на станцию людей, вернули нас в реальность, и мы разомкнули руки.
Среди вошедших спасателей был Виктор, он сразу узнал меня и направился к нам:
– О, абрикосики! – Обрадовался он, забрасывая парочку в рот.– А где ты была? Обещала напоить нас кофеем и пропала. Так дела не делаются. Днем с нами покатаетесь, а ближе к вечеру приходите снова на пляж, будешь проставляться! В 6 устроит?
Как просто и легко он все это сказал. И про лодку, и про посидеть в кафе. А я-то никак не могла набраться смелости, чтобы об этом напомнить.
Тем временем, Алесей уже сложил вымытые плоды в пакет и протянул мне, теперь в моих глазах они имели некое мистическое значение, символизируя мою связь с ним.
Позже, загорая, я вновь и вновь возвращалась к этому эпизоду, чтобы окунуться в испытанные чувства. Боже, как же мало мне оказывается надо! Достаточно, чтобы мужик за руку подержал, и я уже чувствую томление во всем теле! Тут же послышался голос Тела: "Возможно, если бы последние годы у тебя была личная жизнь, я бы не так реагировало на прикосновения мужских рук". Но в глубине души, я знала, что это не так. Происходило нечто странное, мое тело, минуя мозг, само сделало выбор. И с Алексеем, похоже, творилось нечто подобное.
На этот раз на морскую прогулку я взяла платок-порео для себя и кепку для сына, а ребята нашли на станции зонтик от солнца. Меня
