это очень развеселило:
– Что боитесь, опять перегреюсь и не напою вас кофе?
– Конечно, – со смешком поддержал Виктор,– за тобой глаз, да глаз нужен. Вон Лешка волнуется, как же ты без него с лестницы спускаешься.
Я взглянула на Алексея, но он смущенно отвел глаза.
– Ну, вы же спасатели! Ловите летящих с лестниц женщин. А вот тонущих я здесь пока не замечала.
– Ну, это ты зря так говоришь, – откликнулся Алексей, – каждый день что-нибудь случается. А по вечерам – просто регулярно,– он кивнул на ряд кафешек, стоящих на высоком берегу.– Отдыхающие же, как напьются, им подвиги подавай. И обязательно по лунной дорожке проплыть, а в воде после алкоголя у них судорога случается, не всегда успеваем и вытащить. Пляж длинный, а ночных дежурных только двое. Мы потому сутками и дежурим, что они до утра могут колобродить.
Я посмотрела на ребят другими глазами, я-то просто каталась, а они действительно следили за купающимися.
– А ты знаешь, что здесь можно увидеть дельфинов? – решил сменить тему Алексей.
– Шутите?
– Правда. Так близко к берегу они не подплывают, но если вы будете кататься на прогулочном кораблике, то увидите, иногда они специально подплывают и начинают играть в воде.
– А откуда кораблик отходит? А их кормить можно? А что надо взять с собой, что они едят? – сын аж вскочил от возбуждения и, держась за плечи Алексея, засыпал того вопросами.
Мне тоже было любопытно.
– Кораблик отходит с пирса от дальнего края пляжа, ближе к порту. Там на причале есть расписание. Прогуляйтесь, посмотрите. Но лучше приходить пораньше, пока не жарко. Там долгая прогулка.
Но тут заговорила рация, со спасательной вышки лодку срочно вызывали в определенный прибрежный квадрат.
Спасатели сразу стали серьезными.
– Мы вас здесь высадим, ладно? Срочный вызов, – извиняющимся тоном спросил Алексей, уже направляя лодку к берегу.– Придете вечером на пляж?
Мне было очень приятно, что он спросил, до сих пор об этом говорил только Виктор. Но ответил за меня сын:
– Я точно приду, и маме тогда тоже придется. Она же меня одного не оставит.
И мужчины ударили по рукам. Как-то подозрительно быстро они спелись.
Вечерний выход мы чуть не пропустили, потому что дружно заснули после обеда. Все-таки морские прогулки действовали на нас расслабляюще. Проснулась я от того, что испуганный Владик тряс меня за плечо:
– Мама, вставай, мы проспали! А вдруг они решат, что мы опять не придем? А вдруг они уйдут с пляжа?
Для сына дружба со спасателями имела вес. Первым порывом было вскочить и бежать, но я остановила его, и лениво перевернулась на спину:
– Успокойся, ну куда они с пляжа-то денутся?
На самом деле, я просто забыла продумать, в чем пойду в кафе, и сейчас мне срочно надо было это решить. Перебрав в уме весь свой немногочисленный гардероб, я, наконец, вспомнила, что кафе пляжное. В платье я там буду смотреться нелепо, и единственная одежда женщин на пляже – купальник и парео. Кончилось тем, что Владик возмущенно закричал от двери, что он и правда уйдет на море один.
Ассортимент пляжного кафе был не богат сладким, поэтому по дороге мы зашли в магазин и купили любимых пирожных сына, а хорошие конфеты я привезла с собой.
Кафе представляло из себя вагончик, стоящий на пятачке у спуска на пляж, с лицевой стороны была витрина с окошком выдачи, напротив стояло два столика со стульями. Но обычно там было пусто, отдыхающие, проходя мимо кафе, просто брали перекус с собой на пляж. Особенным спросом в тот год пользовались хот-доги с маринованными морковкой и свеклой. Таких вкусных хот-догов я никогда больше не ела. Рядом с витриной располагалась довольно крутая лестница на крышу, из которой предприимчивые хозяева сделали второй этаж, огородив ее и завесив сверху сетью, оплетенной виноградной лозой. Чаще всего на втором этаже ели спасатели, вот и сейчас, подходя, мы увидели машущего нам сверху Виктора. Но сын заметил на берегу Павлика, и сказав: "Я мигом", бросился к другу.
Поднявшись на веранду, я увидела Алексея, сидевшего спиной ко мне и наблюдающего за пляжем. Я поняла своего сына, в этот момент мне тоже захотелось прыгнуть ему на спину. Ну почему в присутствии этого мужчины я ощущала себя пятнадцатилетней девчонкой? Меж тем, мы же взрослые, серьезные люди! Поэтому я просто тихонько подкралась и положила руки ему на плечи. Я думала испугать его, но вышло иначе. Алексей неожиданно дернул мою руку вниз, и когда я, не удержавшись, подалась вперед, почти падая на него, и моя голова оказалась рядом с его, быстро повернулся и поцеловал меня в щеку. Словно он был одноклассником той пятнадцатилетней девчонки.
Виктор наблюдал за нами со снисходительностью пионервожатого.
– Наигрались? Мы будем, наконец, есть?
Он перегнулся через перила и крикнул в сторону двери кафе:
– Зинка, неси.
Через три минуты на лестнице послышались шаги, и поднявшаяся официантка расставила на столе тарелки с жареной рыбой и салатом.
Я, как истинный бухгалтер, стала прикидывать в уме, смогу ли я за все это заплатить. Но Виктор сразу внес ясность:
– Рыбой угощаем мы, а с тебя – кофе. Свежий улов, рыбаки принесли. Мы попросили Зинку поджарить. Где же вы еще такой рыбы поедите? Вкуснотища – пальчики оближешь!
Он был абсолютно прав. Обычно мы покупали замороженную рыбу. Угощение было божественным, даже Владик, прибежавший весь мокрый и в песке, ел с удовольствием. Дома к рыбным блюдам он не притрагивался.
А потом мы пили кофе, ели пирожные, болтали и смеялись. Я спросила, что же делают спасатели зимой. И выяснилось, что Алексей работает в МЧС. Но у него такой контракт, что с середины мая по начало сентября он работает на пляже, а в остальное время находится в запасе. Если случается что-то серьезное, их срочно собирают и отправляют в место катастрофы. Иногда приходится уезжать и летом. Раньше он бывал в разъездах круглогодично, но сейчас понял, что не может жить без моря, и изменил контракт.
Я была ошарашена.
– Я правильно понимаю, что и крест тебе подарили не просто так?
Алексей машинально потрогал крупный рифленый крест, висевший на толстом шнурке, и нехотя ответил.
– Ребенка из-под завала достал, его успел передать, а потом стена упала и меня придавила. Ребята раскопали. Мать того ребенка меня потом в больнице разыскала и крест этот принесла в благодарность, сказала, им с Афона привезли. Я им дорожу. Как спасателю без креста.
– А ты потом как? – стала допытываться я.
– А когда
