что операция с нашим бессознательным участием пошла не так, как планировали. Подготовили все и отменили в самый последний момент. Но, все равно… Надо отсюда выбираться и связаться с Белоусовым. Ему я более или менее доверяю.
— У тебя скрыт с собой?
— Да. Мне Белоусов вернул. Сказал, что вы знаете друг друга.
— Ага. Знаю. — Вот от Ильи Аркадьевича этого не ожидал. Он, по-моему, не страдает альтруизмом и вернуть такой артефакт моей девушке это нужно как минимум железобетонные причины. Блин, да что же это такого случилось за те два месяца, что я лежал бессмысленной тушкой. Скрыт Лене он мог оставить только по той же причине, что и я. И это, мне тоже не нравится.
— А телохранители которые с тобой были два месяца назад? Где они?
— Да их убрали. Сказали, раз заказчики мертвы, а синоби выполнили контракт, то мне больше ничего не угрожает.
— Заказчики?
— Ну, да. Один был купец Калашников, другой — купец Завьялов. Калашникова убили в том же доме в котором я находилась. А Завьялов умер на следующий день. Грибами отравился говорят.
Ну да…Ну да… Судя по всему, Белоусов решил эту проблему быстро, кардинально и категорично. Интересно, грибочки купец сам кушал или ему вбили их в глотку? Я бы выбрал второй вариант. Но, в любом случае, проблема была решена. Даже если бы были еще заинтересованные в похищении, то гибель двоих главных заинтересантов я думаю отобьет охоту в киднеппинге надолго.
— Так, Лен. Заходи вот в эту палату, — я показал на комнату с заправленной кроватью и запором на двери. — Клади, Аню на постель и закрывайся. Я вернусь, постучу вот так.
Я постучал в дверь — два-пауза-три. Лена кивнула.
— Давай мне скрыт на время. Сама понимаешь, в таком виде я выйти не могу. Надо достать одежду.
Она положили Аню, сняла и протянула мне браслет.
— Ну, все. Закрывайтесь! — я поцеловал ее. Дождался, пока закроется дверь, не щелкнет задвижка и только после этого я активировал артефакт и вышел.
Ага. Теперь ясно, почему никто в наше крыло не заходит. Справа от двери висела табличка с надписью — «Картин. Заразно! Вход воспрещен! Вход по пропускам.»
Я хмыкнул. А что? Действительно действенно. Персонал не зайдет без лишней на то необходимости, а любопытные больные не зайдут по причине боязни заразится и строгого требования пропуска.
За дверью был широкий холл, который квадратом окружал огороженный бортиками открытый атриум в центре. Я подошел к загородке и посмотрел вниз. В десяти метрах внизу был большой зимний сад с мощеными дорожками и уютными скамейками.
М-да…Крайне интересное архитектурное решение больницы.
Я посмотрел наверх — еще три этажа было и надо мной. На потолке атриума большой магический светильник, заливающий все пространство мягким, «солнечным» светом.
Судя по большому количеству неторопливо гуляющих больных в одинаковых пижамах, казна неплохо выделяет деньги на эту больницу. Хотя, возможно, что она частная и принадлежи какому ни будь графскому или княжескому роду. Но такой масштаб… Все-таки сомневаюсь, что какой ни будь князь захочет выделять столько денег на лечение простых людей, которых судя по отсутствию магических источников было, здесь большинство. Значит, судя по всему, больница городская либо императорская. Дотируемая из государственного бюджета.
Я еще раз оглядел людей, находящихся на этом этаже, отмечая тех, в которых был магический источник и выглядывая людей в скрыте. Ну, вроде в невидимости тут никого нет.
ВРАЖДЕБНЫХ ОБЪЕКТОВ В СТЕЛС РЕЖИМЕ НЕ ОБНАРУЖЕНО!
Подтвердил голос импланта.
Да, сам вижу. Не слепой. А жаль.
Если бы у меня было два скрыта то было б значитьно проще тихо и незаметно выйти. Надел бы на себя и Аню артефакты и вышли бы. А так придется лицедействовать и импровизировать.
Вопрос в следующем — где можно найти одежду? Больничная пижама, наверное, не подойдет. Хотя, на безрыбье и рак рыба. Но лучше одежду врача. Так меньше вопросов будет, когда мы с Леной выйдем из больницы. Вон, какие прикольные и весело-зеленые мантии у медперсонала. На мне будет смотреться просто шикарно.
Я хищно осмотрел мужской пол в поле зрения ходящий в этой одежде.
Вот скажите мне…Почему маги земли, а в частности маги-жизни, такие толстенькие⁈ Нет, я конечно понимаю, что они все флегматики и любят вкусно покушать. Но, неужели они не могут отрегулировать свой организм на более быстрый обмен веществ⁈ Ну, хотя бы ради санитарок? Вон какие они красивые ходят. А мужики? Все, даже молодые, толстые.
Я ж в одежде, вон, например, того толстяка, буду смотреться как петух в носках!
Вздохнул. Придется все-таки мне больничный халат одевать. Быстро прошел по палатам выискивая жерт… то есть альтруиста, который горел желанием одолжить свою пижамку. Притом альтруистически безвозмездно!
Буквально через пять минут я нашел ее! Пижаму! Которая по нелепому стечению обстоятельств находилась в этот момент на пареньке моего роста и комплекции.
Я зашел в палату и закрыл ее на замок. Чтобы через две минуты войти оттуда уже в пижаме оставив паренька смотреть сны, вызванные пережатой сонной артерией.
Глава 3
Кто-то может обвинить меня в циничности по обращению к другим людям. Вот мол, усыпил паренька…Отнял пижаму… Ай-я-яй…
Но, какие обстоятельства такие и действия. В вопросах выживания близких тебе людей, для меня вопросы права и морали, как-то отступают на задний план. Был бы я один, действовал бы по-другому. Более негуманно с самим собой.
Я вернулся к комнате, где оставил моих девушек и постучался. Лена тут же открыла. Я вошел и закрыл дверь.
— Лен, сейчас возьмешь Аню с надетым на нее скрытом и мы выйдем из больницы. Я впереди, ты за моей спиной. На выходе городские кареты дежурят?
— Да. Много.
— Отлично! — я кивнул. — Значит, возьмем карету и в Академию. Домой.
Если конечно нам дадут это сделать.
Лена без лишних слов приняла на плечо укутанную в одеяло Аню в скрыте и пошла за мной.
Нет, конечно, она смотрелась странно, с согнутой вверх рукой, придерживающей невидимое тело у нее на плече. Но как говорится либо так, либо никак. Жалко, что не догадался бинт найти. Можно бы было перевязать руку, словно она была сломана и такое положение руки это в порядке вещей. Но чего нет того нет.
Я сделал беззаботный вид и неторопливо пошел по холлу, в сторону лестницы ведущей вниз, на другой стороне атриума.
