эти два месяца, я приблизительно себе представлял. Вопрос что делать то?
Я распеленал одеяло и тщательно осмотрел тело Ани. Конечно, шрамов прибавилось. Но не сказать, чтобы очень много. Больших шрамов и указывающих на серьезные раны не было. Скорее у нее были скользящие раны груди и живота от меча. Насколько я помнил, этих шрамов на ее теле не было. Аккуратно ощупал ей голову. Тоже нет ничего серьезного. Нет, существовали приемы позволяющие повредить мозг без повреждения черепа, но я не хотел думать о самом плохом.
Самое первое, что приходит на ум, попытаться вылечить ее самому. Так же как и в свое время Лену. Но пока не доедем до дому я не могу. Пусть я стал сильнее, но рисковать и оставить Лену с двумя нашими бессознательными телами в карете я не хочу.
А второе…
«Эй, имплант. Можешь помочь?»
В МОИ ПРОТОКОЛЫ НЕ ВХОДЯТ ПРОЦЕДУРЫ ДИАГНОСТИКИ И ЛЕЧЕНИЕ НЕ МОЕГО НОСИТЕЛЯ!
«Все с тобой понятно! Значит никак?»
В МОИ ПРОТОКОЛЫ НЕ ВХОДЯТ ПРОЦЕДУРЫ ДИАГНОСТИКИ И ЛЕЧЕНИЕ НЕ МОЕГО НОСИТЕЛЯ! ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ПРЯМОГО ПРИКАЗА НОСИТЕЛЯ!
А что? Так можно было⁈
«Тогда приказываю тебе помочь ей! Только осторожно! Сможешь?»
ДЛЯ ДИАГНОСТИ ТРЕБУЕТСЯ КОНТАКТ С КРОВЬЮ ДИАГНОСТИРУЕМОГО!
— Лен, у тебя есть нож?
Лена удивленно посмотрела на меня, но полезла на пояс. Вытащила из-под тонкого пояска платья маленький метательный нож и протянула мне.
О как! По-видимому, есть что-то в моей девушке, чего я пока не знаю. Это ж надо! Перешла с больших мечей на маленькие и очень опасные ножи! Надеюсь дедушка Фрейд тут ни при чем. Иначе так и комплекс неполноценности недолго заработать.
Я вызвал на ладони файербол и прокалил кончик ножа. Затем осторожно проколол кожу на указательном пальце Ани. Из ранки вытекла очень тягучая и темно-красная капелька. Одна единственная.
Ничего себе как кровь у нее загустела! Хватит ли такого количества крови для анализа?
ХВАТИТ! ПЕРЕНЕСИ КРОВЬ НА СВОЮ КОЖУ.
Я подхватил лезвием ножа эту маленькую капельку и растер по свой ладони. Лена внимательно и с ничего не понимающим взглядом смотрела на меня. Но вопросов не задавала.
АНАЛИЗ ЗАВЕРШЕН. У ДИАГНОСТИРУЕМОГО ОБНАРУЖЕНЫ В КРОВИ МОЛЕКУЛЫ биологического токсина с м-полем! Рекомендуется вывод его из тела диагностируемого и лечение всех пораженных им органов! Перечень пораженных органов приводить?
«Да»
Имплант начал перечисление и у меня зашевелились на голове волосы. Буквально.
Как Аня жива то до сих пор с таким перечнем⁈ У меня возникли дополнительные вопросы к больнице, в которой мы лежали. С учетом уже накопившихся вопросов это уже тянуло на принудительный допрос главврача. С пристрастием! Но, это все потом.
Иплант продолжал перечислять.
«Достаточно! Ты сможешь вылечить ее?»
Да. Лечение займет минуту двадцать секунд и потребует пять процентов резерва твоего м-источника!
Я выглянул в окно и просил у Лены.
— Лен, далеко еще до Академии?
— Да где-то еще минут десять. — Лена тоже посмотрела в окно.
— Достаточно!
— На что?
— На лечение.
Если я не потеряю сознания, и у меня останется энергия для боя, то это вполне приемлемо. С учетом перечисленных пораженных органов у Ани, лечение сейчас, в походных условиях, было более чем обоснованным. После услышанного, я даже побоюсь нести ее куда-то!
— Лен, я сейчас буду лечить Аню. Ты следи, пожалуйста, за дорогой и ничему не удивляйся. Хорошо?
Девушка кивнула.
«Лечи»
Положи обе ладони на солнечное сплетение пациента.
«Положил»
Требуется провести коррекцию тела на создание М-ядер и М-источников?
О как. Так значит можно не только усиливать источник на предмет возникновения в нем еще одного магического аспекта, но и создавать вновь⁈
«Это ей не повредит?»
НЕТ
«Тогда делай!»
Мое тело засветилось пронзительно белым сиянием, которое перекинулось на тела Ани и поддерживающей ее Лены.
Глава 4
— Убери руку! — закричал я, видя, что белое сияние перетекло с тела Ани на Лену. Но она была будто в трансе — замерла и смотрела на меня удивленными глазами. На мой вскрик никак не отреагировала.
УСТРАНЯЮ ТОКСИН!
ТОКСИН УСТРАНЕН!
КОРРЕКТИРУЮ М-ИСТОЧНИК У ОДНОГО РЕЦИПИЕНТА И СОЗДАЮ ЯДРА И ИСТОЧНИКИ У ДРУГОГО
Что? Какие ядра и источники у другого⁈ Почему во множественном числе⁈
Сияние усилилось и начало пульсировать.
На моих глазах происходил процесс, описания которого я нигде не видел в литературе и не догадывался, что это может быть вообще!
У Лены источник напитался проходящей по магическим каналам энергией, идущей от моего тела и начал быстро менять цвета. Словно детский калейдоскоп.
У Ани сначала появилось маленькое ядро белого цвета. Заискрилось и засияло радужным многоцветием набирая объем. Затем стало обрастать радужным источником.
Как только он вырос до размера грецкого ореха, его рост прекратился, и началось такое же формирование в районе низа ее живота.
Я с непониманием смотрел на то, как формируется крошечное радужное ядро и пока бесцветный источник.
Что?
Как?
Неужели это⁈
Аня была беременна⁈
И сейчас имплант создает у ребенка ядро и пока еще не активный источник, который активируется во время инициации⁈
Боже, что я наделал!
Процесс формирования и корректирования проходил быстро и через десяток ударов сердца Аня и Лена уже обладали источниками абсолюта. У ребенка сияло крошечное радужное ядро и никакого сомнения каким магом он станет при инициации не возникало.
Вот теперь мне точно хана.
Если император узнает, что можно создать абсолютного мага с нуля или откорректировать ядро и источник у существующего то…
ПРОЦЕСС СОЗДАНИЯ И КОРРЕКТИРОВАНИЯ М-ЯДЕР И М-ИСТОЧНИКОВ У РЕЦИПИЕНТОВ ЗАКОНЧЕН!
Лена очнулась, ойкнула и убрала руку.
Мда…
Вовремя ничего не скажешь.
Но собственно говоря это целиком моя вина. Не стоило мне не выяснив, что может и что не может мой имплант, разбрасываться приказами.
Но что уж теперь. Что сделано то сделано. Тем более что веки у Ани дрогнули, и она открыла глаза.
Интерлюдия
Императорский дворец.
Казармы службы наказующих.
Настоящее время
В отличии от многих кабинетов сановников императорской администрации, кабинет Ильи Аркадьевича Белоусова можно было считать образцом аскетичности. В нем стоял большой стол с десятком стульев для начальников подразделений и жестким креслом во главе для него самого. Кроме стола в комнате нашлось место только двум заполненным книгами шкафам и большому сейфу с боевыми артефактами. Больше в кабинете ничего не было.
Белоусов протер уставшие глаза — за последние три дня ему удалось поспать в лучшем случае пару часов, и взялся за новый отчет. Перелистнул
