металла, приглушенные голоса, тяжелые шаги по каменным плитам двора.
Мое дыхание снова сбивается из-за страха. Я отступаю к кровати и осматриваюсь, надеясь найти хоть что-то, чем можно защититься.
Никакой власти надо мной они не получат, я же не вещь!
До попадания в это странное место за всю мою жизнь у меня было всего несколько парней. С одним я встречалась год, с другим — три месяца. И ни один из них не был похож на этих бугаев и не вызывал во мне таких странных чувств, как Вард.
Звуки шагов усиливаются, и я улавливаю, как кто-то останавливается прямо напротив дверей моего временного убежища.
Я застываю, вжавшись в стену. Никакого подсвечника или чего-нибудь тяжелого, чем можно обороняться, не нахожу.
Дверь со скрипом открывается и в тусклом свете постепенно вырисовывается громадная мужская фигура.
Я тут же узнаю его — Вард вернулся, хотя прошло не больше часа с того момента, как он ушел.
В его взгляде появилось еще больше решительности.
— Я не могу заниматься своими обязанностями, зная, что ты здесь. — Говорит он, подходя ближе и окутывая меня взглядом своих прищуренных глаз.
Я пытаюсь вжаться в стену сильнее, но это невозможно.
Мое сердце грохочет с такой силой, словно собирается оставить дыру в ребрах.
Я ощущаю головокружительный мускусный, мужской аромат, исходящий от Варда.
Он берет пальцами мой подбородок, заставляя смотреть в свои глаза.
Наклоняется прямо к моему уху и шепчет:
— Я не смогу забрать твой первый раз в этом мире, древняя магия мне не позволит, но существуют и другие способы удовлетворить мою жажду.
Он мажет губами по моей щеке и впивается в губы.
На мгновение я перестаю дышать. Шок парализует. Мир исчезает, есть только он, его обжигающее прикосновение и всепоглощающее присутствие.
Его губы твердые, требовательные, не оставляющие мне ни единого шанса на сопротивление или даже на мысль о нем. Это не нежный поцелуй — это шторм, ураган, затягивающий меня в свой эпицентр.
Он целует так, словно хочет выпить из меня душу, оставить свой отпечаток на каждой клетке моего тела. Вкус у него горьковато-терпкий, как лесные ягоды и металл, смешанный с его собственным уникальным ароматом кожи, силы и чего-то еще, от чего кружится голова.
Мои руки инстинктивно упираются ему в грудь, покрытую холодным металлом доспеха, пытаясь отстраниться, но он лишь сильнее сжимает меня, одной рукой обвивая мою талию и прижимая так близко, что я чувствую каждый мускул его тела, его жар.
Другая его рука зарывается в мои волосы на затылке, слегка оттягивая их, заставляя запрокинуть голову и полностью подчиниться этому яростному напору.
Я чувствую, как мои колени слабеют, как первоначальный шок и страх начинают тонуть в этом огненном вихре.
Это неправильно, но какая-то предательская часть меня, глубоко внутри, отзывается на эту первобытную силу, на эту неоспоримую власть. По телу пробегает дрожь, не только от страха, но и от… чего-то еще. Чего-то запретного и пугающе волнующего.
Он углубляет поцелуй, делая его еще более откровенным, властным, и я теряюсь, растворяюсь в этом ощущении, мой слабый протест тонет в его силе. Мозг отключается, остаются только ощущения — его губы на моих, его руки, сжимающие меня, его запах, заполняющий легкие.
— Ты должна дать мне слово, Соня, что в конечном итоге я буду одним из тех, кого ты выберешь, потому что, если нет, я найду способ сломать древнюю магию и все равно сделаю тебя своей.
Глава 6
Одна рука Варда ложится на изгиб моей талии, пальцы сжимаются властно, но не грубо, другая плавно скользит вверх по моей спине, вызывая волну мурашек под тонкой тканью свитера.
Его голова наклоняется, и я чувствую его горячее дыхание на своей шее, у самого уха.
— Ты пахнешь… иначе, — его голос — низкий, хриплый шепот, от которого по телу пробегает дрожь, смесь страха и чего-то еще, чему я боюсь дать имя. — Не так, как другие женщины этого мира. Твой аромат… сводит меня с ума.
Его губы касаются моей шеи, сначала легко, почти невесомо, а потом увереннее, оставляя влажный, обжигающий след.
Я вздрагиваю, пытаюсь инстинктивно отстраниться, но его хватка на талии становится только крепче, вжимая меня в его твердое, горячее тело. Я ощущаю каждый изгиб его мускулов, холодный металл доспеха сквозь одежду и жар его кожи там, где ее не скрывает броня.
— Вард… пожалуйста… — вырывается у меня сдавленный шепот, но я сама не знаю, о чем прошу: чтобы он остановился или чтобы… продолжил?
Потому что до сих пор я ни разу в жизни не ощущала ничего подобного, словно мое тело — расплавленный металл.
Вард игнорирует мою слабую мольбу. Его поцелуи становятся смелее, перемещаются ниже, к ключице, к ложбинке у основания шеи.
Я чувствую, как его щетина царапает мою нежную кожу, и это ощущение одновременно и болезненное, и странно возбуждающее. Мои пальцы сжимаются в кулаки, ногти впиваются в ладони.
Я должна сопротивляться, должна кричать, но тело отказывается повиноваться, оно словно заворожено этим хищником, его силой, его запахом.
Рука Варда скользит вперед, по моим ребрам, останавливаясь чуть ниже груди. Он не касается ее напрямую, но сама близость его ладони заставляет мое дыхание стать прерывистым…
Я чувствую, как под его тяжелым взглядом и этим почти невесомым касанием напрягаются соски, и щеки вспыхивают от стыда и этого предательского, неконтролируемого отклика.
Его рука на моей талии скользит ниже, на бедро, властно оглаживая его сквозь джинсы. Другая рука, освободившая мои волосы, теперь исследует изгиб моей шеи, плеча, его пальцы легко касаются символа на моем запястье, и от этого прикосновения по руке пробегает электрический разряд.
Он прижимается ко мне еще теснее, и я чувствую через слои одежды его собственное возбуждение, твердое и неоспоримое. Он трется о меня, медленно, мучительно, и из моей груди вырывается тихий стон, который я не в силах сдержать…
Это звук моего бессилия, моего страха, и… да, моего отклика. Это сводит с ума.
Он снова находит мои губы, исследует мой рот, дразнит, заставляя отвечать. И я отвечаю. Неумело, испуганно, но отвечаю и в эту секунду каждая клеточка моего тела горит.
Он отрывается от моих губ, тяжело дыша, его лоб прижимается к моему. Мы оба дрожим. Словно… словно Варда мои невеликие умения в поцелуях возбудили точно также, как и меня — все происходящее.
— Помоги мне справиться с завтрашним днем, — шепчет он, — подари воспоминания, о которых я не забуду.
Я
