Продолжая улыбаться, Крис Трейси снял с нее полотенце.
— Угу, — сказал он и начал уверенными движениями вытирать ей лицо. Линн как загипнотизированная уставилась в его искрящиеся глаза. — Вы хотели сказать, почему не можете уволить этого... Фредди, да?
— Для работы в таком месте требуются особые качества, — еле слышно пробормотала Линн.
— В самом деле? — спросил Трейси, осторожно проводя полотенцем по ее векам. — Это какие же?
Линн забрала полотенце и повернулась к зеркалу, чтобы избежать его взгляда, а заодно посмотреть на себя. Увидев, что к лицу прилипли серые катышки, она начала быстро стирать их.
— Вы хотели рассказать, какие качества требуются для работы в таком месте, — напомнил Трейси, сложив руки на груди.
— Любовь к театру, — лаконично ответила она. — Актерская жилка. Желание переодеваться. Стремление к творчеству. Согласие работать за минимальное жалованье. — Линн яростно растирала щеки, надеясь, что Крис не заметит вспыхнувшего на них румянца. Гарет убьет ее, если узнает! Бедняга Гарет, всю жизнь стеснявшийся собственной семьи... Линн с досадой отбросила полотенце и сняла с волос резинку, дав им рассыпаться по плечам. — Мистер Трейси, я буду вам очень благодарна, если вы не скажете Гарету, что застали меня в таком виде. Гарет замечательный брат, но он... ну, он...
— Чопорен, — готовно подсказал Крис Трейси. — Лишен чувства юмора. Слишком положителен.
Увидев его отражение в зеркале, Линн испуганно ахнула.
Трейси засмеялся.
— Успокойтесь, мисс Кин, я очень ценю вашего брата. Он прекрасный работник и образцовый гражданин. Просто чересчур серьезно относится к жизни и самому себе. — Он жестом показал, что запирает рот на замок, и добавил: — Гарет никогда не узнает, что вы встретили меня в образе болотной кикиморы.
Линн быстро развернула кресло.
— Неправда!
— Конечно, неправда, — согласился он. — Я пошутил.
— Ох... — Линн увидела его крепкие белые зубы и вдруг поняла, что человеку, который позволяет себе шутить с ней, можно доверять. С чего она взяла, что такая возможность предоставляется ему нечасто? Впрочем, это не имеет значения. Главное то, что все будет в порядке. У Линн тут же поднялось настроение, и она засмеялась. — Прошу прощения. Наверно, я действительно выгляжу как пугало.
Он хмыкнул.
— Я никак не ожидал, что за этой серой грязью скрывается такое хорошенькое личико.
— Не смейтесь, — сказала она. — При моей профессии иметь простое, ничем не запоминающееся лицо очень удобно. Это что-то вроде чистого холста... Но пора за работу. Думаю... нет, надеюсь, что Фредди уже что-то подобрал. — К удивлению Линн, Трейси удержал ее, схватив за руку. Это прикосновение заставило ее ощутить жар, отдавшийся теплом в груди.
— Кто сказал, что у вас простое, ничем не запоминающееся лицо? — насупив брови, спросил он. — Гарет?
— Что? Ох... нет, конечно нет!
— У вас точеные, классические черты, — упрямо сказал Трейси, проводя пальцем по ее тонким бровям, короткому (по мнению Линн, слишком короткому) носику, пухлой верхней губке и круглому подбородку.
Линн застыла на месте. До сих пор никто не называл ее красивой. Трейси был так убедителен, что она уже была готова поверить ему. И очнулась лишь тогда, когда Крис убрал палец. Она тряхнула головой, приходя в себя, а потом нерешительно указала на дверь в соседнюю комнату.
— Проходите.
Трейси сделал шаг назад и, не сводя с нее взгляда, жестом показал, что пойдет следом. Линн повернулась и шагнула вперед. Он был не так высок, как ей показалось сначала; макушка Линн доходила ему до бровей. Из этого следовало, что в нем едва ли больше метра восьмидесяти пяти, поскольку в самой Линн было около метра семидесяти. Озорной чертенок, живший в ее подсознании, прошептал, что они идеально подходят друг другу, хотя она прекрасно знала, что это не так.
Вращающийся стеллаж с костюмами, еще не заказанными другими клиентами, стоял в середине третьего демонстрационного зала. Она показала Трейси на табуретку с темно-красной подушкой.
— Мистер Трейси, будьте добры присесть. Я покажу вам наши самые ходовые мужские костюмы.
— Крис, — поправил он, опускаясь на табуретку.
Нет, сказала себе Линн. Этот мужчина слишком привлекателен, чтобы называть его по имени. Поэтому она просто улыбнулась, сняла со стеллажа первую вешалку и широким жестом продемонстрировала ему костюм.
— Наш самый популярный костюм для этого времени года.
— Дракула? По-моему, чересчур тривиально.
— Ладно. — Линн повесила костюм на другой стеллаж и потянулась к следующей вешалке. — Корсар, или пират. Костюм довольно сложный; к нему полагаются серьга, сабля и, по желанию, деревянная нога или попугай.
У Трейси дрогнули губы.
— Сомневаюсь. Для серьги у меня не тот тип.
— Ладно. — Корсар отправился следом за Дракулой, и ему на смену пришел Ред Барон. — Это очень романтический персонаж, знаменитый летчик времен Первой мировой войны. Помните тот рекламный клип на телевидении, где женщины падают в обморок?
Он покачал головой.
— Женщины, падающие в обморок, смущают меня.
— Угу. — Она повесила костюм на правый стеллаж. — А как насчет Паттона? Выкрасим волосы в седой цвет, наденем толщинку, и получится вылитый генерал времен Второй мировой.
— Едва ли.
— Предпочитаете Дуайта Эйзенхауэра?
— Я не уверен, что военная форма мне к лицу.
— Даже форма солдата времен Гражданской войны?
Он беспомощно поднял руки.
— Тем более времен Гражданской войны. Мы пытаемся освоить американский рынок, а на приеме будут важные клиенты из Штатов.
— Это будет политически некорректно, да?
— Просто не хотелось бы вызывать у них нежелательные ассоциации.
— Раз так, то костюм индейца тоже отменяется. Гм... — Она прищурилась, посмотрела на Грейси и немного помолчала. — Может быть, китайский император? Слегка подведем глаза, прикрепим косичку...
Он только покачал головой.
— Рудольф Валентине в роли арабского шейха?
Трейси подумал и развел руками.
— Не тот случай. И цыган тоже не подойдет.
— Принц Альберт Бельгийский?
— А разве он не лысый?
— Тогда Фидель Кастро.
— Нет уж. А вместе с ним и Иосиф Сталин.
Линн скорчила гримасу и получила в благодарность короткую улыбку.
— Сталин... — пробормотала она. — Россия. Гм... Есть! — Линн щелкнула пальцами. — Помните тот замечательный старый фильм про казаков? Там они на лошадях перепрыгивали через широкие пропасти для испытания храбрости.
— Помню, — сказал Трейси, вставая. — Он заканчивается смертью главного героя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
