Моника побледнела, словно ей только что сообщили о смерти близкого человека. Ее руки смяли подкладку карманов.
– К сожалению, нет, Ваше Высочество. Но звучит интересно. Это какая-то игра слов?
Ему и в голову не пришел такой вариант.
– Возможно. Еще раз спасибо. До свидания!
Каспар сел в машину следом за принцем и захлопнул дверцу. Когда они тронулись, он осторожно спросил:
– Что же вы видели? И откуда вы взяли это выражение?
– Странные картины. А выражение… Не могу объяснить, но это не дает мне покоя. Кажется, я где-то слышал эти слова – «Зазеркалье Нашей Реальности». И в то же время будто нет.
3
Королева
Королева Делинда зашла в кабинет и заперла дверь, оставив ключ в замочной скважине. После тяжелого дня на столе ее ждала стопка запечатанных красным воском писем.
– Бога ради, сейчас точно две тысячи тридцать восьмой?
Она сняла кожаные бежевые лодочки, бросила их в угол и расслабила пояс на буром шелковом платье с лямками. Босиком прошла к столу, отодвинула письма и плюхнулась в бархатное кресло. Из ее впалой груди вырвался глубокий вздох.
– Господи, дай мне сил на общение с этими светскими идиотами. – Множество оскорблений остались невысказанными, замерев на кончике ее языка, но она слишком устала, чтобы выругаться даже наедине с собой.
Королевским особам не подобало показывать свою злость, обиду и усталость, как и говорить о них. Только приветливые улыбки. Сдержанность, галантность, гордость и доброжелательность. Делинда обладала всем этим по чуть-чуть.
Глаза закрылись от усталости, костлявая рука опустилась на лоб, убирая с него волнистые русые волосы.
В дверь постучали, ручка не поддалась гостю. Делинда была готова недовольно зарычать. Сколько ей дали побыть одной? Не больше пяти минут. Черт, где же туфли?
– Делинда, это я.
Тревога отхлынула от сердца. Королева лениво поплелась к двери и повернула ключ.
– Как центр?
– Они ждали тебя. – Александр повесил пиджак на бронзовый крючок у входа.
– Я развлекала лорда Даунтона. Тот еще пройдоха. Пока знакомила его с Букингемским дворцом, он раз пять успел похвастать тем, как много денег жертвует на благотворительность.
Александр лишь пожал плечами. Не существовало гостей, о которых его сестра отозвалась бы по-доброму. Всегда находила, чем себя позлить. Принцу порой казалось, что она находит в этом какое-то удовольствие. Как иначе выпустить пар из-за тяжести королевских оков?
Делинда остановилась у мини-бара, достала бокал и наполнила его красным вином. Недолго думая, она поставила бутылку на свой рабочий стол и развалилась в кресле, делая из бокала несколько долгих глотков.
– Так что там в центре? Расскажи, куда уходят наши миллионы.
– Нейроблок – достойное изобретение. Оно показывает то, чего человек желает больше всего.
Делинда выгнула бровь и сделала последний глоток.
– И? Это то самое, на что мы потратили чуть меньше полумиллиарда?
– Ты заходишь в эту комнату…
– Нет-нет, это правда все, что он умеет?
Александр уловил нотки горькой усмешки в ее голосе.
– Да, – развел он руками.
Делинда хохотнула и схватила бутылку за горлышко.
– И на что рассчитано это чудо-изобретение? Какую пользу оно принесет людям? Сладкий обман в виде якобы желаемого? А сам ты его проверил?
– Да.
– И что увидел? – Делинда расплылась в улыбке. – Или это личное?
– Я увидел океан и берег. Наступал вечер…
– Бред какой-то. – Она глотнула прямо из бутылки и с громким стуком поставила ее на стол.
– А потом я увидел маму.
Усмешка бесследно сошла с лица Делинды. Ее и без того большие зеленые глаза стали размером с блюдца.
– Маму?
– Да. Я отчетливо увидел тот дворец в Делиуаре, только изнутри. Там было много тел, весь пол в крови… – Александр сглотнул. – Мама была среди них, а потом встала и сказала, что мы слишком долго ищем убийц. И еще, – он перевел на сестру исполненный непонимания взгляд, – ты говорила, что ее убила пара пуль. Но в моем видении… она вся была ими изрешечена.
Делинда положила руки на стол и склонила голову.
– А потом она сказала, что ключ к вычислению убийц – «Зазеркалье Нашей Реальности». И все исчезло. Думаю, это какая-то игра слов.
– Значит, твое подсознательное желание – найти убийц нашей матери?
Александр неуверенно кивнул. Хищный взгляд сестры мог пригвоздить к месту любого, а в сочетании со сдержанной улыбкой – заставить мучиться в догадках, что на уме у двадцатипятилетней королевы.
– «Зазеркалье Нашей Реальности», – повторила она задумчиво. – Впервые слышу, но на ум сразу приходят параллельные миры, знаешь, как в фильмах. Может, ты сам выдумал эту фразу? В конце концов, Нейроблок опирается на твою…
Она застыла. В ее глазах на долю секунды промелькнуло удивление.
– …память, – закончила Делинда. – Значит, ты где-то услышал это и связал с мамой. Но я не могу разглядеть связь. Если она имеется, конечно.
«Я не слышал это выражение», – едва не сорвалось у Александра с языка. Ответ мог убедить недоверчивую сестру, что увиденное им выдумка, плод фантазии.
– Ладно, признаю, эта штука не так уж бесполезна. – Королева вскочила с кресла и затормозила у двери в поисках обуви. – Ах, вот они!
– Почему Мировой Совет так долго ищет убийц?
– Вероятно, современных технологий недостаточно. – Она быстро натянула лодочки и махнула в сторону стола. – Вон, до сих пор присылают соболезнования допотопными способами, а ведь есть электронная почта.
– Завтра годовщина.
– Кстати, ты подготовил речь? В первый раз выступаешь перед этими аристократишками.
– Да, речь готова.
– А где Каспар?
– Я отпустил его домой. Пусть побудет с детьми.
Делинда кивнула.
![]()
– Робин завтра тоже приезжает.
– Уже? – оторопел Александр.
– Интересно, стала она еще более жалкой с тех пор, как я видела ее в последний раз?
– Делинда, – обратился к ней Александр непривычно твердо. – Она спасла меня. И пострадала из-за меня.
– Нет, из-за Каспара. Он не доглядел за тобой.
– Это был человеческий фактор.
– За который наша мама его наказала. И правильно.
В Александре росло раздражение. Споры о том, кто был виноват в произошедшем в тот злосчастный день, не утихали вот уже много лет, и каждый раз все заканчивалось одним и тем же: Каспар виновен, в этом нет сомнений. Но Александр так не считал. Статус монарха освобождал его от ответственности за любые проступки, а вина за них ложилась на тех, у кого не было короны.
Делинда качнула головой.
– Он телохранитель, но даже твоя няня справлялась лучше.
По телу Александра пробежала холодная мерзкая дрожь.
– Не напоминай о ней.
– Она была хорошей женщиной.
– Она!.. – Он замер. В глазах возник страх, словно опасность, которую он пережил когда-то давно, вновь явилась перед ним.
– Что? – поторопила его Делинда. – Что она могла тебе сделать, и представить не могу. В любом случае не держи на мертвых зла. Ты тоже, согласись, был не подарок.
– Да, – сдался Александр. – Не подарок.
4
Каспар Шульц
Каспар вытащил из духовки яблочный штрудель собственного приготовления. Сладкий аромат молниеносно разнесся по всему дому. Детские ноги затопали в направлении кухни, оформленной в стиле «лофт».
– Штрудель!
– Для начала – руки, Ульрике, – напомнил Каспар, не глядя на нее. – Катрин, Эмма, вас это тоже касается.
Старшая, Ульрике, надула пухлые румяные щеки, топнула и вышла в коридор. Катрин и Эмма выбежали следом. Их хихиканье было слышно даже с другого конца дома. Когда малышки вернулись, на столе их ждали горячая выпечка, молоко и взбитые сливки.
Они заняли свои места и принялись за завтрак.
