Аугусто.
Я чувствую на себе пристальный взгляд Кристиано, который словно прожигает меня насквозь. Высунув язык, я облизываю пересохшие губы.
Мне нужно побыстрее уйти от всех, поэтому я говорю:
— Аугусто прав. Это был тяжелый день. — Я заставляю себя посмотреть на Кристиано и, заметив на его лице тень подозрения, начинаю паниковать еще больше.
Зная, каким настойчивым он может быть, я быстро сокращаю расстояние между нами и, встав на цыпочки, целую его в губы.
Его рука мгновенно обхватывает меня, когда наши губы соприкасаются. Я поднимаю голову и обнимаю его, шепча:
— Отдохни немного, ладно? Я загляну к тебе позже.
Кристиано на мгновение крепче обнимает меня и целует в висок, после чего отпускает.
На этот раз он меня не останавливает, но, выбегая из палаты, я слышу, как он говорит:
— Останься, Аугусто.
Я бегу по коридору к выходу из больницы. Оказавшись на свежем ночном воздухе, меня охватывает сдавленное рыдание.
— Сиенна! — Мама подбегает ко мне и, взглянув на мое лицо, крепко обнимает. — О, милая.
Прижавшись к матери, я стону:
— Я схожу с ума, мам.
— Нет. Просто сегодня ужасный день, — говорит она, гладя меня по волосам.
Я качаю головой.
— Я так больше не могу.
Внутри меня все снова замирает. Слезы постепенно иссякают, и я теряю связь с реальностью, глядя в пустоту. Неестественное спокойствие унимает дрожь в моем теле, и хотя оно успокаивает мой разум, я чувствую себя... мертвой.
— Сиенна? — Мама отстраняется и нежно кладет прохладные ладони на мое разгоряченное лицо.
— Мне нужна помощь, — тихо говорю я, но затем эмоции обрушиваются на меня с новой силой, и я кричу, пока мое тело сотрясает неконтролируемая дрожь. — Мне кажется, я схожу с ума.
Выражение лица мамы становится серьезным, когда она смотрит мне в глаза.
— Просто сосредоточься на глубоком дыхании. Постарайся не думать о том, что произошло сегодня. — Я чувствую, как ее руки нежно гладят меня по голове. — Мама здесь, моя девочка. Все будет хорошо.
— Не позволяй никому видеть меня такой, — умоляю я напряженным голосом.
Она кивает, снова заключая меня в объятия.
В Коза Ностре нет места слабым. Мне нет места в этом мире.
Глава 2
Кристиано
Сидя во главе стола, за которым мы проводим большинство наших встреч, я перевожу взгляд с одного мужчины на другого. В комнате витают гнев и напряжение, пока мы обсуждаем, каким должен быть наш следующий шаг.
— Они, блять, открыли огонь по месту, где находились наши женщины, — рычит Адриано. — Мы уже должны были нанести ответный удар и оросить землю ирландской кровью.
— Я не согласен с тем, что нужно действовать сгоряча, — говорит дядя Дарио. Его голос звучит удивительно спокойно после всего, что произошло три дня назад. — Именно тогда и совершаются ошибки.
Я хочу, чтобы ирландцы страдали. Быстрая атака и их мгновенное уничтожение были бы слишком милосердны.
Эти ублюдки убили одиннадцать наших людей.
У меня перед глазами мелькает прекрасное лицо Сиенны. Ее зеленые глаза были полны ужаса, когда я повалил ее на пол. В больнице она выглядела совершенно невменяемой, и только после того, как она ушла, Аугусто сказал мне, что медсестре пришлось дать сильное успокоительное моей женщине.
Это должен был быть один из самых счастливых дней в нашей жизни, а вместо этого женщину, которую я люблю с девятнадцати лет, чуть не убили.
Если бы меня не было рядом, пуля угодила бы ей в грудь.
Нет. Быстрой атаки не будет.
Я смотрю на папу, сидящего по другую сторону длинного стола. В его темных глазах бушует гнев.
На этой встрече присутствуют все отцы и сыновья Коза Ностры, но только мне решать, как мы будем мстить.
Стиснув зубы, я беру молоток и ударяю им по столу.
Все мгновенно замолкают и смотрят на меня. Некоторые из моих дядей все еще привыкают к тому, что я стал capo dei capi. Потребуется время, чтобы они поверили в меня и осознали, что я справляюсь с этой ролью не хуже отца.
— Мы ударим ирландцев по самому больному месту. Шаг за шагом мы, блять, уничтожим их бизнес, и когда у них не останется денег на войну, мы будем охотиться за ними хоть до самого края света, — приказываю я. — Каждый мафиози, причастный к этому, будет наказан за свои преступления.
— На это уйдут годы, — заявляет Адриано.
Встретившись взглядом с главой семьи Риццо, который также является старшим братом моего лучшего друга, я отвечаю с холодной решимостью:
— Быстрая атака будет слишком милосердной. Я хочу, чтобы их организация была полностью разрушена. Братья Муни должны увидеть, как у них отнимут все, что они построили, прежде чем мы их убьем.
Считая тему закрытой, я отодвигаю стул и встаю. Я изо всех сил стараюсь игнорировать боль в спине. Мне бы следовало остаться в больнице, но глава пяти семей не может себе этого позволить.
Застегивая пиджак, я говорю:
— Но сначала нам нужно посетить похороны.
Когда все встают, я бросаю взгляд на Джорджи, главу семьи Торризи. Он занимается всем нашим оружием.
— Достань нам как можно больше взрывчатки и оружия, — приказываю я.
— Сделаю.
— Я найду и буду следить за всеми ключевыми членами ирландской мафии, — заявляет дядя Дарио.
— Спасибо, — отвечаю я, доставая телефон из кармана. Не увидев сообщений от Сиенны, я чувствую, как беспокойство, копившееся последние дни, вспыхивает в моей груди.
Когда трое Витале направляются к двери, я спрашиваю:
— Аугусто, где сейчас Сиенна?
— Должна быть дома, — отвечает он.
Кивнув, я выхожу вслед за ними из кабинета, расположенного в задней части "Джианны". В прошлом году я открыл этот ресторан и назвал его в честь своей младшей сестры.
Энцо, мой младший брат, который также является моим заместителем, стоит у двери, ведущей на улицу. Он беседует с Нико, нашим начальником охраны. Когда я подхожу, брат поворачивается ко мне и спрашивает:
— На похороны поедем в разных машинах?
Я киваю, оглядывая машины, припаркованные за рестораном.
— Нико поедет с тобой, — говорит Энцо. С тех пор как папа объявил его моим заместителем, он стал чертовски заботливым. Будучи старшим братом, я никогда к этому не привыкну.
Я снова киваю, встречаюсь с ним взглядом и похлопываю его по плечу.
— Будь
