сейчас мне была омерзительна мысль, что я должна стать выкупом для трусливого подонка, что мой первый мужчина готов спокойно передать меня в чужие потные лапы.
Я медленно шла к реке и заставляла себя улыбалась, в коттедж я не вернусь, буду учиться плавать. Когда-то мечтала научиться, но не было случая, а сейчас время пришло.
Вода была ледяной, у меня мгновенно вышибло воздух из легких. Сперва я безуспешно пыталась бороться с течением, держала голову выше, но руки немели, последнее, что помню из нашего мира – оскаленную песью морду на берегу и силуэт мужчины поодаль.
Все…
Глава 2
В Кормаксилоне
Гиблый лес. Инсектерра.
678 год от Первого Кокона
Это была непроходимая часть джунглей, самая сердцевина Инсекты. Чтобы попасть сюда с Ничейной Пустоши безумному путнику пришлось бы долго пробираться через густые сети лиан и переплетения гибких стволов тамарисса.
Но если удачно преодолеть заросли, двигаясь по тайной тропе, то уже к вечеру вторых суток можно выйти на обширную поляну, окруженную огромными деревьями, чьи темно-зеленые кроны образовали сверху подобие пышного шатра.
Именно здесь мощные стволы броксов неприступными стенами возвышались над Кормаксилоном – убежищем кормисов. Со стороны внушительная по размерам обитель выглядела словно изъеденный широкими туннелями гигантский конус землисто- серого цвета.
Старший воин стоял на крыше родного дома. Кадо был отлично сложен и великолепно владел всеми видами местного оружия. Его кожа сильно загорела, но отдавала и врожденной краснотой. По левой руке к груди поднимались узоры, создающие танец из черных линий. Далее штрихи переходили на грудь и расползались ровными полосками по мускулистой спине.
На правом плече Кадо находился отличительный знак в виде двух перечеркнутых наискось отрезков, окруженных ветвистым узором. Рыцари Гальсбурга считали эти древние изображения примитивными рисунками дикарей, но знаки сами появлялись на теле взрослеющего кормиса, указывая его истинное предназначение. Воин, добытчик, строитель, уборщик, наставник…
Сейчас на Кадо красовалась лишь набедренная повязка из множества полосатых шкурок летяг, украшенная поясом с медными бляшками. Старший воин с младенчества отличался щегольством и всерьез гордился нарядом, ибо каждую белку выследил и убил сам.
Кадо был явно не в духе, он хмыкал и фыркал, раздувая широкие ноздри, а потом шумно вздохнул, набирая побольше воздуха в грудь, как вдруг оглушительно свистнул. На краткий миг джунгли затихли но скоро встрепенулись сигналами воинов. Обидно, что отвечает так мало голосов…
Спустившись по мохнатой лиане, из зарослей на поляну выбрались двое мужчин. Причем, один едва мог передвигать ноги. Повязка, прикрывавшая рану в боку, набухла от крови.
Выслушав донесение собратьев, Кадо помрачнел, сурово сверкнул глазами и решительно спрыгнул вниз в один из ходов Дома. Потом пролетел по мрачному туннелю и приземлился в узком подземном коридоре. Кадо быстро миновал его своим широким, пружинистым шагом и вскоре оказался в огромном пустом зале, где снял со стены тяжелую гладкую булаву и ударил в бронзовый гонг, созывая Верховный Совет.
Прошло немного времени и в залу спустились еще несколько высоченных кормисов. Кадо молча приветствовал их поднятой рукой, а затем привычно устроился на полу, скрестив ноги перед собой.
Теперь четверо мужчин сидели полукругом у подножья небольшой лестницы, на вершине которой располагалась плетенная из темной древесины софа, укрытая мехами. Раньше ее занимала королева Кормаксилона. Теперь она была пуста.
– Если ты позвал нас в разгар дня, Кадо, то новости совсем плохие? – осторожно предположил один из собратьев.
Cтарший Строитель Мано сидел на теплой шкуре танагра, поджав под себя правую ногу. Он тоже выглядел крепким, как и все кормисы. Узоры украшали его левую руку, плечи, затылок и даже лысую макушку, со спины переходили на живот и исчезали где-то под набедренной повязкой из грубой кожи сильдры. На правом плече в округлом узоре застыл треугольник с крупной точкой.
– Именно, – глухо ответил Кадо, поглядывая на остальных с чувством легкой вины.
– Почти все, кто отправились в горы за новой госпожой, были убиты дармисами.
Собратья ответили глухим негодующим ворчанием. Дармисы были противоборствующим лесным кланом. Их колония Дармаллак находилась далеко в Гиблом лесу у подножия Стонущей горы. По данным разведчиков, у дармисов была Королева и несколько женщин у нее в услужении.
Одну из таких рабынь воины Кадо хотели заполучить себе, но их постигла серьезная неудача. Вернулись только двое из двенадцати лучших солдат – большой урон для колонии.
– И где нам теперь взять новую хозяйку? – спросил Мано, прищурясь.
– Может, купить? – пожимая плечами, быстро проговорил третий советник.
Он сидел между двумя собеседниками, опираясь рукой на согнутое колено. Черные узоры украшали и его тело. На правой рукетемнел знак в виде чаши. Наро был главным Добытчиком и друзья ценили его рассудительность и осторожность.
– Я сразу сомневался в плане Кадо. Зачем отправлять солдат так далеко и опасно? Лучше нападем на речной поселок или купим женщину у бородатого предводителя. Я ведь прав?
Скрывая тревогу, он ткнул в пол сочным стеблем Шиксы, повел линию, но Мано, любивший чистоту и порядок больше всяких абстрактных художеств, сердито толкнул сородича в плечо.
– Эти пятна потом едва отмываются, они похожи на кровь. Следи за собой!
– Извини, – буркнул Мано, тут же поднял стебель от пола и невозмутимо откусил кусочек, разбрызгивая вокруг алый сок. Наро любил рисовать, а еще знал множество занятных историй. Бывшая Королева часто приглашала его разделить с нею ночь – добытчик весьма ее забавлял, даже не касаясь капризной плоти.
Кадо рассмеялся, снисходительно глядя на перепалку, но серьезный Мано не позволил веселью длиться долго, ударив по полу увесистым как кувалда кулаком. На миг в общем зале стало тихо.
– Надо получить королеву как можно быстрее, а значит, придется договариваться с людьми из селения. Мы пока не готовы к новой войне.
– Так я и предлагаю купить, – воскликнул Наро, с хрустом догрызая вкусный стебель.
– Уно, чего ты молчишь? Выскажись! Или, по-твоему, причин для беспокойства нет? Колония на грани вымирания. Без королевы мы не продержимся этот сезон, – резко бросил Кадо четвертому.
Наставник Уно тоже сидел на шкурах у подножия трона. Его стопы касались друг друга, а колени легли на пол. Завидная гибкость молодого тренированного тела. Пока другие говорили, он сосредоточенно смотрел на кусочек пола между собственными пятками и краем набедренной повязки. По-обыкновению, размышлял.
Уно действительно выглядел несколько моложе остальных, хотя тоже обладал развитыми мышцами, а черные узоры великолепно подчеркивали их рельеф. Знак на правом плече кормиса скрывала повязка, и на то были серьезные причины.
– Надо спешить, – протяжно ответил Уно, наконец поднимая голову. – Яйца и коконы скоро начнут высыхать, если все мы не получим внимания новой Матери. Без потомства колония обречена. Да не мне вам рассказывать…
– Ты еще неплохо держишься, – похвалил Мано и невольно коснулся правого плеча, не сдержав жалобы:
– У меня метка третий день болит, и силы уже не те,
