Рома действительно рассказывал Кате о том, что обладает прекрасными вокальными данными, правда, ей не довелось еще услышать, как он поет.
– И потом, – с убежденностью человека, хорошо понимающего, о чем идет речь, продолжал Рома, – для меня не важно, чем конкретно заниматься, вернее, это не главное. Главное – попасть в эту касту! Я имею в виду шоу-бизнес. Возможно, я не стану вокалистом, или, как ты выражаешься, поп-звездой, но у меня уже будет выбор. Если захочу, смогу стать продюсером, виджеем… Да мало ли кем? Создам собственную звукозаписывающую студию… Главное в наше время – это раскрутка. Если никто мне ее не сделает, я займусь этим сам. Но для раскрутки нужны деньги. И у меня они будут.
– А почему ты так хочешь попасть туда? – Каркушу давно волновал этот вопрос, но все никак не выпадало удобного случая его задать. И вообще поговорить на эту тему. – Я имею в виду шоу-бизнес.
– Потому что там – мое место, – отрезал Рома так, словно иного ответа на этот вопрос не существовало.
– Ясно, – несколько разочарованно протянула Каркуша, хотя многое ей по-прежнему оставалось неясным.
Впрочем, чего это она привязалась к нему? Если человек точно знает, что ему нужно, четко определил свои цели в жизни, ясно видит пути их достижения, что же в этом плохого? Наоборот, это очень даже здорово! Она вот, например, до сих пор не знает, чего хочет от жизни, или, как говорили в детстве, не знает, кем хочет стать, когда вырастет. Смешно звучит: «когда вырастет»! Уже выросла, а так и не поняла, к чему имеет склонность. А вот Рома определился. И она сделает все, что от нее зависит, чтобы ему помочь. На этот счет у Каркуши имелись некоторые соображения, а если говорить совсем уж прямо, то у Каркуши был вполне определенный план действий, к реализации которого она, кстати сказать, уже приступила. Только вот Роме об этом пока знать не полагалось. А вдруг ничего не получится, кем она тогда будет выглядеть в его глазах?
– А если все получится, как ты задумал… – осторожно, исподволь заговорила на волнующую тему Катя. – Ну, если ты пройдешь этот кастинг, окажешься на проекте, выиграешь главный приз… – Она старалась не смотреть на него, боялась, что он что-то почувствует, поймет, что она интересуется не из простого любопытства.
– И что же? – похоже, Рома уже начинал злиться. – Не пойму, чего ты от меня хочешь?
– Сейчас объясню. – Катя тщетно пыталась скрыть волнение. – Если ты добьешься цели, ты будешь счастлив?
– Глупый вопрос. – Рома так скривил физиономию, как будто съел что-то ужасно кислое. – Разумеется, я буду счастлив. Как может не быть счастлив человек, достигшей своей цели? Только я не люблю выражения типа «будешь счастлив», «безумно рад» и прочие фигуры речи, – снова скривился он и, то ли от досады, то ли просто так, по привычке, сплюнул через плотно стиснутые зубы.
Каркуша и сама почувствовала, как неестественно прозвучал ее последний вопрос, потому что тоже старалась избегать таких напыщенных фраз, но должна же она выяснить, насколько для Ромы важно то, о чем они говорили.
– А с кем ты пойдешь на кастинг? – почему-то Каркуша никак не могла остановиться, хотя и видела, что Рома был бы рад поговорить на любую другую тему. – Там ведь обязательно нужно идти с другом…
– Ну есть у меня один друг, Варлам. Прикольный чувак и пианист неплохой, но ты его не знаешь. – Теперь Рома говорил как бы нехотя, устало. – А почему тебя это так интересует, котенок?
– Просто… – Каркуша накручивала на палец резиновое кольцо, которое несколько минут назад нащупала в кармане джинсовой куртки. – Просто мне интересно все, что тебя касается, – неожиданно нашлась она, ни капли при этом не покривив душой.
– Спасибо, котенок, – улыбнулся Рома, хотя взгляд его и продолжал оставаться напряженным. Резким движением он отодвинул от себя пустой бокал, вытащил из кармана мобильник, взглянул на дисплей и сказал, нахмурившись: – Опочки! Мне уже нужно бежать. Извини, что не смогу проводить. Тебе еще чего-нибудь взять? – Этот вопрос был задан просто так, чтобы соблюсти приличия, и Катя, мельком отметив это про себя, встала:
– Нет, спасибо. Ты на метро поедешь?
– Куда там! – воскликнул Рома. – Тачилу придется брать!
– Что? – не поняла Каркуша.
– Ну, в смысле, тачку. На такси поеду, не успею иначе…
«Нет, все-таки я очень счастливый человек, – думала Катя, шагая к метро. – Ведь некоторые люди живут и даже не подозревают, что можно так любить! Сколько угодно на свете таких людей, которые о любви только из книжек знают и фильмов, а сами не способны испытывать это чувство… А бывают, что способны, но не знают об этом, потому что за всю жизнь не встретили своего единственного, предназначенного судьбой человека. Просто их дороги по жизни не пересеклись, вот и все! А моя дорога с дорогой Ромы пересеклась! А что было бы, если б Паша не поссорился со своей девушкой, не позвал меня в клуб? Как все-таки многое в нашей жизни зависит от каких-то случайностей! А может быть, это никакая не случайность? Может, кому-то могущественному там, на небесах, было угодно, чтобы мы с Ромой встретились?»
4
«Ну, привет! Ты это серьезно про какое-то там шоу? Или это прикол такой? Так вроде бы не первое апреля. – Каркуша с волнением прочитала первую строчку письма. Клава не стала задерживаться с ответом. Быстро пробегая глазами по строчкам, Каркуша пыталась понять главное: поддержала ли подруга ее безумную идею? Не содержится ли в письме категорического отказа? – Я, конечно, удивилась, чего уж тут говорить, – продолжала писать Клава. – И потом, ты ведь знаешь, что я вообще телевизор практически не смотрю, потому что не люблю. И о всяких там реалити и прочих шоу имею весьма приблизительное представление. Чего уж тут говорить! Своей просьбой ты поставила меня в очень трудную ситуацию: с одной стороны, не могу отказать подруге, тем более той, что однажды поддержала меня и помогла выйти из наикрутейшего штопора. Я это пишу, потому что по прошествии времени по-другому смотрю уже на те события. Понимаешь? Не знаю, что со мной было, если бы мы с тобой тогда не встретились и ты не побоялась бы привести меня к себе домой.
А с другой стороны… Напрягаю все свое воображение и не могу представить себя в роли участницы телевизионного шоу! Более неподходящей для такой роли кандидатуры, чем я, по-моему, отыскать трудно. Может, все-таки найдешь кого-нибудь другого, а? – В этом месте Каркушино сердце тревожно замерло. Между тем подруга ее продолжала: – Ладно, давай поступим вот как: я сейчас свободна – Федор (это мой педагог по живописи, о котором я тебе уже писала) уезжает в Париж, где будет проходить его персональная выставка. В общем, я могу нагрянуть к тебе в гости. Если честно, то и без всякого шоу собиралась это сделать. Давай обсудим все при встрече? Тем более что ты намекаешь на какие-то таинственные причины, которые побудили тебя принять участие в этой телефигне. А меня любопытство разбирает: что за причины такие? Заинтриговала, короче. В общем, пока что я тебе ничего обещать не стану. Уж больно неожиданное предложение ты мне сделала. Сердце подсказывает мне, что все дело именно в этих причинах, о которых ты почему-то не захотела писать. Может, при встрече расколешься?
