Ну, вообще-то одного упоминания бывшей итальянской колонии в контексте медико-биологических исследований достаточно для того, чтобы отправить письмо в ту самую корзину, в которую отправляются серьёзные и солидные финансовые оферты из Нигерии. Наука о жизни – одна из самых дорогостоящих, а Эритрея — одна из самых бедных стран мира, ВВП в семьсот долларов на душу населения. Разве что название её — данное колонизаторами в конце позапрошлого века по греческому имени Красного моря — находится в родстве с красными, эритроцитами…
Но Боханнон, видимо, следовал бессмертному завету доктора Геббельса о том, что ложь должна быть чудовищной. Он изготовил не единичный материал, а универсальную «рыбу», заготовку статьи, будто бы написанной (несуществующим) Окоррау Кобанге из (несуществующего) Медицинского института Ваззее. Суть заготовки была в том, что некий лишайник X, дескать, содержит в себе природный фармацевтик Y, который подавляет развитие тех или иных разновидностей раковых клеток Z. Варьируя названия лишайника, химической субстанции и разновидностей подавляемых клеток, Боханнон создал большое число вариантов статьи-ловушки.
Дальше пошла полная потеха: в каждый из вариантов статьи были внесены заведомые ошибки, содержащие надругательство над школьными химическими знаниями в особо циничной форме. Но и этого резвящемуся биологу было мало: он прогнал каждый из вариантов ценной научной работы через Google-переводчик, с английского на французский, а потом — наоборот… В завершение каждая из статей была снабжена солидным библиографическим списком из выдуманных работ. И в таком виде учёный труд был в течение десяти месяцев разослан по 394 научным журналам открытого доступа.
И что же получилось? Оказывается, как рассказал Боханнон, 157 научных журналов опубликовали провокационную выдумку (интересующиеся биологией и биохимией могут пройти по ссылке: их ждёт объёмистое, но очень забавное чтение). Его особое веселье вызвало то, что на статью-ловушку клюнул Journal of Natural Pharmaceuticals. Солидное и серьёзное, казалось бы, научное издание, одно из 270 публикующихся компанией Medknow в Мумбаи, позиционирующее себя как «рецензируемое научное издание, обеспечивающее связь индустрии с передовыми научными исследованиями»…
И список редакторов в Journal of Natural Pharmaceuticals был внушителен. И издатель его Medknow считается вполне солидным и респектабельным: ежемесячно исследователи скачивают более двух миллионов его статей. И в 2011 году его за неназванную сумму приобрёл один из крупнейших издателей Wolters Kluwer из Нидерландов с годичной выручкой более $5 млрд… Но все это не помешало данному изданию принять научный труд Окоррау Кобанге, потребовав внести в него лишь косметические изменения…
Диаграмма поведения научных журналов.
И такое поведение не являлось привилегией одних лишь индусов. Отклонили статью меньше трети адресатов… Работу-ловушку успешно приняли издания от гиганта Elsevier (являющегося главной мишенью создателей эпижурналов) и не менее солидного Sage. На неё клюнули журналы, выпускаемые самыми авторитетными и уважаемыми академическими учреждениями, такими как Университет Кобе в Японии. И даже издания, которым тематика статей талантливого эритрейца была вовсе не по профилю (Journal of Experimental & Clinical Assisted Reproduction), опубликовали её…
То есть благодаря эксперименту Джона Боханнона человечество могло убедиться в очень занятной вещи: хоть ныне оно жизненно зависит от технологий, но в процессе научных коммуникаций наблюдается то, что лучше всего характеризуется словами Принца Датского «Something is rotten in the state of Denmark»… То, что статья опубликована в журнале, позиционирующем себя как рецензируемый, ни в коей мере не является страховкой от того, что в статье содержится откровенная чушь. И касается это даже наук о жизни, что чревато смертью…
Правда, само исследование Джона Боханнона вызывает серьёзную критику. Скажем, Ульрих Херб (Ulrich Herb), библиограф из Саарбрюккена, отмечает псевдонаучность этой работы. Дело в том, что по стандартной методике естественнонаучного исследования в нём обязательна и контрольная группа, в которую непременно должны быть включены традиционно-подписные журналы вроде самого Science. И — как подозревает Херб — картина и в этом случает могла бы быть не лучше…
Ну а специалист по организации информационного обеспечения исследовательских работ Йоханнес Фурнье (Johannes Fournier) какое-тосчитает, что суть прежде всего в экономической модели. Дело в том, что научные журналы открытого доступа работают по двум моделям — «золотой» и «зелёной». «Зелёные» — это традиционные подписные журналы, отправляющие публикации в репозиторий, из которого они — через время — выкладываются в открытый доступ. Это, конечно, может быть обидно тем, кто, как Science, зарабатывает и на архиве, но именно обидно — смертельно опасной конкуренции не создаёт.
Хуже для Science «золотая» модель (standard open-access «gold» model). Журналы с ней и были главной мишенью Боханнона. Они выкладывают статьи бесплатно и сразу, но берут за публикацию денежку с автора. И вот такие-то публикаторы и попадались на крючок Боханнона. И это легко объяснимо. Если доходов от рекламы нет, то плата за публикацию — главный их источник. И стоит ли при такой бизнес-модели быть придирчивым?
К тому же плата за публикацию в онлайн-журнале невелика. Даже учитывая, что рецензенты работают бесплатно (да, есть такая особенность научной этики!), то организационных расходов на процесс рецензирования все равно никто не отменял… Поэтому очень многие пойманные Боханноном журналы, прописанные в третьем мире, рецензирования на деле не отменяют и давно — по словам Фурнье — состоят в общеизвестном для всех учёных «чёрном списке». И отзывают статьи за недостоверность и из солидных подписных изданий…
Так что забавный эксперимент Боханнона вряд ли говорит что-либо плохое об онлайн-журналах. Другое дело, что надо внимательнее смотреть на страну их происхождения, как покупатели придирчиво изучают штрихкоды на товаре, и использовать элементарнейшие знания из экономической географии. А также понимать, что проблема состоит прежде всего в рецензировании: интересно, смогут ли в её решении помочь искусственные интеллекты научной ориентации («Кремниевый учёный ищет средства от рака») или те инструменты, которые помогают редакторам Википедии («Роботов призывают спасать Википедию от “дедовщины”»)…
К оглавлению
Ложные подсказки PISA 2012
Сергей Голубицкий
Опубликовано 06 декабря 2013
Раз в три года Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) проводит тестирование школьников в рамках так называемой Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся (Programme for International Student Assessment, PISA). На этой неделе был опубликован долгожданный отчёт по результатам PISA-2012, который, разумеется, вызвал бурную дискуссию в мировых СМИ. Отечественные — не исключение. У меня сложилось впечатление, что журналисты в массе своей не понимают смысла программы PISA, поэтому интерпретируют результаты опроса, мягко говоря, неадекватно. Поскольку тема национального образования несёт в себе сильный идеологический заряд, умозаключения, публикуемые в прессе, кажутся мне не столько ошибочными, сколько вредными. Вредными для общества. Попробую внести посильную лепту в исправление ситуации.
Начну с общей канвы событий. Программа оценки образовательных достижений PISA не только очень репрезентативна, но и авторитетна. Скажем, в опросах 2012 года принимали участие 510 тысяч школьников из 65 стран, которые отбирались из 28 миллионов 15-летних юношей и девушек. В разных странах за проведение опроса отвечали разные структуры, однако нет оснований усомниться ни в их компетентности, ни в их профессионализме. Например, в России PISA курирует Министерство образования РФ.
Впервые в опросе PISA российские школьники приняли участие в 2000 году. Тогда наши дети заняли 25-е место из 32. Через три года ситуация не улучшилась: 32-е место из 43 стран-участниц. В 2006 году мы оказались на 43-м месте из 60, в 2009-м — на 41-м из 65. Общее место этих цифр: российские школьники стабильно показывают результаты хуже среднего по всем участникам.
В какой-то момент российские власти заволновались о несоответствии показателей мифу о традиционно высоком уровне российского образования, потому прошёл слух об отказе от участия в следующем опросе PISA (в 2012 году), якобы из-за трудностей, вызванных экономическим кризисом.
Консенсус общественного понимания отказа, между тем, сходился на другом: «Изначально Россия не хотела публиковать результаты. Однако мы не позволили их скрыть. Это необходимо для того, чтобы мы научились себя оценивать, а не жить мифами, как это было в СССР, когда никто не мог проверить, действительно ли мы являлись самой читающей страной». Так пожаловалась осенью 2012 года корреспонденту «Известий» Наталья Сметанникова, президент Российской ассоциации чтения.
