— Я обдумаю твое предложение, — холодно произнес Дель.
— Нам не следует спешить, — сказал Командир. — Он не сможет снова включить луч раньше, чем через два часа.
— Но и после этого нужно продержаться еще два часа.
— Опиши игру, в которую ты предлагаешь сыграть, — прозвучал голос Деля.
— Это упрощенный вариант игры, которая у людей называется шашками.
Командир и Второй Офицер посмотрели друг на друга — ни один из них не мог представить себе Ньютона, играющего в шашки. У них не было никаких сомнений в том, что через пару часов айян будет разоблачен, и они все погибнут. Берсеркер же отправится уничтожать очередную планету.
— А что насчет доски? — спросил Дель после минутного молчания.
— Будем передавать ходы друг другу по радио, — спокойно ответил берсеркер и начал описывать игру, действительно напоминавшую шашки, только с меньшим числом клеток на доске. Никаких особых тонкостей в ней не было, и все же, чтобы играть в нее, необходима была здравая логика нормально функционирующего мозга, лишь бы он был способен планировать и предсказывать.
— А если я соглашусь, — медленно произнес Дель, — каким образом мы определим, кто ходит первым?
— Он хочет выстоять, — не выдержал Командир. — От волнения он начал грызть ноготь большого пальца. — Но эта штука будет все слышать. Мы даже не сможем подсказать. Ну держись, Дель, малыш!
— Чтобы было проще, — сказал берсеркер, — я буду ходить первым во всех партиях.
Когда Дель закончил мастерить доску для игры в шашки, до очередной атаки берсеркера на его мозг оставался еще целый час. Сами шашки он сделал в форме штырьков, а доску сконструировал таким образом, чтобы при перемещении фигур соответствующие сигналы автоматически передавались по радио. Те клетки доски, на которых будут стоять шашки противника, он сможет отличить по более яркой подсветке. Если берсеркер вдруг начнет беседовать с Делем, включив мозговое оружие, то отвечать ему будет голос, записанный на магнитофон. Дель забил целую бобину агрессивными и нейтральными фразами, которые в любой ситуации не покажутся совсем уж неуместными, вроде таких: «Давай, давай играй» или «Ну что, не пора ли тебе сдаваться?».
Он не стал сообщать берсеркеру, что уже хорошо приготовился к игре. У него оставалось еще одно дело, а котором враг не должен был даже догадываться, — Делю предстояло разработать систему, которая позволила бы Ньютону с успехом играть в упрощенные шашки.
Работая, Дель то и дело беззвучно посмеивался, глядя на валявшегося на лежаке Ньютона, который держал в руках свои любимые игрушки с таким видом, словно от них к нему перетекало успокоение. «Надо, чтобы схема игры, — думал Дель, — позволила бы полностью использовать возможности айяна», и Дель не видел причины, которая могла бы этому помешать.
Подвергнув подробному анализу игру в миниатюрные шашки, он нарисовал на маленьких карточках диаграммы всех позиций, с которыми Ньютону, возможно, придется столкнуться в ходе игры. Слава богу, непредсказуемый берсеркер на этот раз оказался вполне конкретным — животному придется делать ходы только с четными номерами. Некоторые варианты развития игры, возникающие после первых же слабых ходов айяна, Дель заранее исключил из рассмотрения, упростив тем самым свою задачу. Затем на карточках, изображающих все оставшиеся возможные позиции, он стрелкой отметил наилучшие ходы. Теперь он мог быстро научить игре Ньютона; все, что потребуется от животного, — глядя на соответствующую карточку, сделать обозначенный стрелкой ход.
— О-хо, — произнес Дель, закончив работу, и в задумчивости уставился в пространство. Ньютон тихонько завыл в тон голоса хозяина.
Однажды Делю пришлось принимать участие в сеансе одновременной игры в шахматы. Он был одним из шестидесяти игроков, противостоявших чемпиону мира Блэнкеншипу. Дель сумел дотянуть до середины партии. Затем, когда великий мастер в очередной раз остановился у его доски, Дель резко двинул вперед одну из пешек, думая, что ему удалось создать неприступную позицию и что теперь пора переходить в контратаку. Блэнкеншип спокойно переставил ладью на, казалось бы, совершенно безобидное поле и направился к следующей доске, и тут Дель вдруг заметил угрожающий ему мат. До него оставалось еще четыре хода, но противостоять ему было уже невозможно — последний шанс Дель упустил, сделав тот, последний, ход пешкой.
Неожиданно Командир произнес неосторожную фразу. Подобное поведение с его стороны было большой редкостью — видимо, сдали нервы. Второй Офицер с удивлением посмотрел на него:
— Что?
— Мне казалось, что мы можем справиться, — Командир сделал небольшую паузу. — Я надеялся на то, что Мюррей придумает какую-нибудь систему игры для Ньютона, и тот сумеет играть или делать вид, что играет. Но у нас ничего не выйдет. По какой бы системе Ньютон не играл, механически переставляя фигуры, он неизбежно будет попадать в то положение, в котором уже бывал раньше, и сделает тот же самый ход, что и в предыдущий раз. Какая бы хорошая система у Деля не была, машина все равно разоблачит нас. Ведь человек никогда не играет одинаково, и берсеркеру — будь он проклят! — это хорошо известно. Человек совершает ошибки, меняя стратегию. Даже в такой простой игре всегда предоставится подобная возможность. Но самое главное состоит в том, что человек, играя, учится. С каждой партией он играет все сильнее. Это и выдаст Ньютона — чудовище хочет проверить именно этот момент. Наверняка он что-то слышал об айянах. И как только берсеркер определит, что ему противостоит животное, а не человек, и не компьютер…
Спустя некоторое время Второй Офицер сказал:
— Я получаю сигналы об их ходах. Игра началась. Может быть, и нам надо было сделать доску? Тогда бы мы смогли по ней наблюдать за ходом партии?
— Для нас будет лучше приготовиться к бою: думаю, он уже недалеко, — Командир беспомощно посмотрел на пусковую кнопку, а затем перевел взгляд на часы: вряд ли стоит ждать прибытия Гизмо раньше, чем через два часа.
Прошло еще немного времени.
— Первая партия, кажется, закончилась, — произнес Второй Офицер. — Если я правильно читаю сигналы с табло, Дель ее проиграл. — Он помолчал немного. — Сэр, я вижу тот же сигнал, который мы приняли в прошлый раз, когда берсеркер включил свой луч. Наверное, мозг Деля опять под его воздействием.
Командиру нечего было сказать. Оба они молча ждали вражеской атаки, надеясь только на то, что им удастся хоть на несколько секунд опередить берсеркера и поразить его прежде, чем тот ошеломит и уничтожит их самих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
