многие.
— Ты хоть раз его видела? — окончательно сдавшись, спросила я. — Надеюсь, он скрывается не потому, что маленький, толстый и лысый? — выдавила я улыбку.
— Видела, — теперь мы действительно пошли обратно в зал. — Один раз и только со спины.
— И?
— Он… — она тихонько засмеялась. — Он дьявол, Марина. Самый настоящий дьявол.
Глава 3
Марина
Настоящее время
На то, чтобы опомниться, он не дал мне даже секунды. Стиснул локоть и, по-прежнему не обращая внимания ни на кого вокруг, потащил в сторону.
— По-моему, вы с кем-то меня перепутали! — зло процедила я, пытаясь высвободить руку. Сделала попытку остановиться, но это оказалось бессмысленно. — Да пустите же вы меня! — сквозь зубы, не желая привлекать к нам ещё больше внимания.
Он даже не посмотрел на меня. Только когда мы оказались у стены, отдёрнул в сторону тяжёлую штору. Я увидела скрытую за ней дверь. До сих пор я чувствовала только досаду и гнев, сейчас же мне вдруг стало не по себе.
— Вряд ли, — он нажал на ручку и втолкнул меня в скрытый полумраком коридор.
Сделав несколько неловких шагов, я налетела на стену. Резко развернулась и увидела, как на меня надвигается…
— Вы Виктор, так? — с придыханием, спиной вжимаясь в прохладную стену.
Руки вдруг стали холодными, охватившее меня волнение сильным настолько, что это мешало дышать.
На лице его не дрогнул ни один мускул. Казалось, что каждая черта была высечена из камня: волевой подбородок, высокие скулы, нос с лёгкой горбинкой и особенно жёсткая линия рта. В голове мгновенно мелькнули воспоминания о словах Тины, и уверенность моя стала сильнее. Дьявол… Он действительно был похож на дьявола. Особенно сейчас, в полумраке узкого коридорчика.
— Меня зовут Марина, — поспешно выговорила я.
Он сделал ко мне шаг, ещё один. И тихо, вкрадчиво выговорил:
— Меня не волнует, как тебя зовут, — от того, как он это сказал, вдоль позвоночника прошёлся холодок. — Меня не волнует даже то, что тебе нужно от Виктора, — последний шаг.
Я вдохнула, а выдох сделать не смогла — так близко он оказался. Рывком оторвал меня от стены, развернул к себе спиной и впечатал обратно. Дыхание вырвалось с нервным вскриком. Я почувствовала его пальцы на спине в районе лопаток. Склонившись, он буквально прорычал:
— Я не Виктор, — надавил мне на спину и склонился ниже. Теперь губы его касались моего уха, а я так и стояла, не в силах выдавить даже слова. Рывок, и молния на спине поддалась его желанию. Холодок коснулся голой спины.
— Не смейте, — просипела я, когда он принялся стягивать с меня бархат. Такой же чёрный, как и бархат чехла, в котором было укрыто платье. — Если вы не Виктор… — я попробовала вывернуться. — Если вы… Тогда кто… Кто… — голос срывался на сип.
— Тот, кто знает Виктора, как никто другой, — он дёрнул ткань так, что плечо моё оказалось голым.
К страху примешалась паника. Я чувствовала его дыхание, его близость и понимала, что ничего не могу противопоставить ему, как бы ни пыталась. Бархат сполз почти до локтя, и я неистово забилась, пытаясь высвободиться.
— Вы не посмеете! — прорычала, кое-как совладав с приступом паники — ровно настолько, чтобы почувствовать стук собственного сердца.
— Думаешь? — миг, и я опять оказалась лицом к нему. Судорожно подтянула рукав, выдохнула, ощущая спиной холод стены и глядя в глаза… Кто он?! Кто, чёрт подери?! — Кто вы? — совсем сипло, так и держа ткань платья на плече. Что-то скользнуло по второму, но прежде, чем я успела понять, что это ремешок клатча, он упал ниже. По полу что-то застучало, посыпалось… Я даже не опустила взгляда. Так и смотрела в ставшие серебристыми глаза мужчины, встреча с которым, как мне подсказывало чутьё, могла стать для меня одной из самых больших ошибок за все мои двадцать три года.
Секунды таяли, а он молчал. Только губы его чуть заметно кривились, а предупреждение, таящееся во взгляде, становилось всё более откровенным. Отошёл он от меня ровно настолько, чтобы я перестала чувствовать его натиск, но это ничего не изменило. Из-за двери раздавались приглушённые звуки музыки, отголоски разговоров, но здесь время словно остановилось.
— Я хочу уйти, — выдавила я.
— Только что ты хотела совершенно другого, — выговорил он тихо.
Мне показалось, что я даже не услышала его слова, они будто просочились сквозь кожу. Сказав это, он замолчал ещё на секунду, а потом… Губы его почти не шевелились, глухое рычание исходило из самого нутра:
— Раздевайся.
Не успела я ничего ответить, как он отошёл от меня дальше. Отвернулся и снял пиджак.
Меня так и затрясло: от негодования, злости и всё той же паники. Чувства эти были переплетены так тесно, что разобраться в них мне было не под силу. Первой мыслью была мысль о том, что я, наверное, успею добежать до двери, а потом… Я вдруг вспомнила свой убогий стол и последнюю написанную статью, стрелку на колготках главного редактора, которую та замазала лаком, и маленький кожаный диван в кабинете редактора «ELEGANSO» и собственную мечту. Единственный шанс… Если сейчас я оставлю всё так, больше шанса у меня не будет. Но…
— Ответьте на мой вопрос, — голос прозвучал достаточно уверенно, пусть даже не без дрожи. — Если вы не Виктор, то кто?
Незнакомец окинул меня взглядом. Сжал в кулаке пиджак.
Пары мгновений ему хватило, чтобы снова оказаться рядом. На этот раз он, не церемонясь, рывком спустил платье с моих плеч. Всё, что я сумела, испуганно ахнув, прикрыть грудь. Сердце заколотилось ещё чаще, а я, словно загипнотизированная, смотрела в глаза мужчины, перед которым стояла теперь почти голая.
— Можешь считать меня тем, — всё так же прорычал он,
