рубинами украшали пучок, сделанный из косичек. Тоби боялась потерять драгоценности на вилле и поэтому не распускала прическу, но в королевском самолете…
Приняв ее фразу за согласие, Акил жестом поманил ее подойти поближе. Тоби затаила дыхание, когда почувствовала тепло его тела. Длинные тонкие пальцы нежно коснулись ее шеи и волос.
— Я буду делать все медленно, — прошептал он ей на ухо.
Эти слова прозвучали как-то чувственно, хотя и не должны были. Девушка почувствовала, как в животе что-то сжалось. Акил расплетал ей волосы очень аккуратно и медленно, слышалось лишь периодическое ворчанье, когда он вытаскивал шпильки, иногда с жутким грохотом роняя их на черный стол.
Тоби на мгновение закрыла глаза и попыталась выровнять дыхание. Акил с некоторым любопытством посмотрел на шпильку:
— Джоборо был основан на залежах рубинов. Поэтому ты можешь увидеть их везде. Ты когда-нибудь слышала эту историю?
— Нет.
Его теплые губы были все еще слишком близко к ее уху, голос сделался хриплым. Уж не специально ли это?
— Мали, как ты, наверное, знаешь, была империей, построенной на золоте. Когда кочевники, основавшие Джоборо, покинули Мансу Мусу и отправились к берегам Марокко, они молили Аллаха о благодатном месте. Спустя какое-то время они поселились у подножия гор, которое теперь называется Джоборским хребтом. Первые несколько лет выдались самыми трудными.
Акил вытащил из ее волос все рубиновые шпильки, которые теперь ярко мерцали на столике.
— Ты знаешь, как распространяются легенды. Там царили голод, отчаяние. Люди молились о чуде или же о страннике, который бы смог исправить положение дел. Ну, а наш странник наткнулся на залежи рубинов, когда пытался укрыться от шторма. В регионе началась добыча полезных ископаемых. На этом было построено богатство страны, и до сих пор это единственное место в Марокко, где можно добыть рубины. А кроме рубинов, еще и аметисты, медь, фосфаты и многое другое. Но рубины — самое главное наше богатство. — В какой-то момент его голос дрогнул, возможно, от чувства сожаления. — Красивое место, Тоби. Помни об этом. Полагаю, я буду сильно по нему скучать.
Акил положил расческу на стол. Тоби вздохнула с облегчением, когда длинные тонкие косички, которые она заплела на свадьбу, больше не были собраны в тугой пучок. Обычно она распускала свои густые угольно-черные волосы, походившие на гриву. Однако в день свадьбы она решила заплести их, чтобы в дальнейшем не думать о прическе. Акил по-прежему прикасался к ее волосам, отчего по телу распространялось тепло. Гипнотический тембр его голоса действовал на нее успокаивающе.
Неужели он придвинулся еще ближе?
Тоби закусила нижнюю губу, вздохнула и прислонилась спиной к его груди, ощущая то, как Акил мгновенно напрягся, вздохнул и попытался расслабиться. Напряжение, возникшее между ними чуть ранее, вернулось.
— Я вовсе не собирался соблазнять тебя сегодня вечером, Тобилола, — признался он.
Такая откровенность удивила девушку, по телу пробежала уже знакомая дрожь. Если бы он попытался соблазнить ее, она бы не стала возражать. Более того, они оба об этом догадывались. Ей не хватило храбрости признаться в этом, даже несмотря на характер. Тоби повернулась вполоборота, желая взглянуть ему в глаза. Примет ли он приглашение, которое отверг ранее.
Пауза.
Но вдруг он прильнул к ее губам…
Тоби обдало теплом. Она вздрогнула, осознав, что сгорает от желания слиться с ним воедино, и даже не удосужилась скрывать свои чувства, а повернувшись к нему, прижалась всем телом. Тонкое платье стало препятствием, а ей так хотелось ощутить тепло его тела, отчего кожу немного покалывало от изнеможения.
Тоби прекрасно понимала, что Акил будет обращаться с ее телом так же нежно, как прикасались его губы, и в этот момент она хотела большего.
Теперь он целовал ее более настойчиво, ей пришлось сдерживать свои желания, грозившие вырваться наружу. Умолять она не станет. Его губы коснулись ее шеи. Каким же чувственным оказалось это прикосновение!
— Акил, — прошептала она, схватившись за его рубашку, переживая, что он остановится или исчезнет словно мираж.
Потом ее рука скользнула выше. Тоби почувствовала, как напряжены его мышцы, а он ощутил, какая теплая у нее кожа и как чудесно пахнет. Его не покидала уверенность, что и на вкус она так же прекрасна.
С каким же трепетом он покрывал ее тело поцелуями, а ведь она никогда прежде не ощущала себя принцессой.
Его принцессой!
Руки Акила скользнули вверх, он схватил ее за бедра. От этого прикосновения Тоби вздохнула. Несмотря на всю его нежность, ее губы немного припухли. Она потерялась во времени и совершенно не представляла, как давно они целуются. Желание разгоралось с новой силой, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Правда, это ведь их первая брачная ночь. И все так красиво и романтично. О таком можно было только мечтать.
— Все в порядке, — прошептала она и вздохнула.
Груди ее приподнялись, и Акил не смог оставить их без внимания. На мгновение его глаза потемнели.
— Тоби, — его голос прозвучал серьезно, — садись. Извини, но это не самая хорошая идея.
Она застыла:
— Я… Что?
Он убрал руку с ее бедра и откашлялся, отступая назад, протянул ей руку, помогая подняться. Тоби молча приняла ее.
— Прости, — повторил он. — Это все так неправильно.
Тоби открыла рот, желая ответить, но Акил продолжил говорить:
— Мы движемся в противоположных направлениях, Тоби. Ты — моя жена и в некотором роде мой партнер, а не какой-то там приятный способ отвлечься и отпраздновать успешный вечер. Это несправедливо по отношению к тебе.
Приятный способ отвлечься? Тоби чувствовала себя так, будто получила удар под дых.
— Акил…
Он покачал головой:
— Ты еще поблагодаришь меня за то, что я не… ну, словом, поблагодаришь меня. Уверен, у тебя тоже есть свои планы. Связь лишь усложнит и без того непростую ситуацию.
Она никак не могла отделаться от мысли, что целей у нее на данном этапе никаких. Интересно, какие такие ее планы он имеет в виду? А ведь даже не спросил, существуют ли они вообще. И этот поцелуй не сильно привязывал его к ней. Тоби отнюдь не дура, сразу заметила, как изменился его взгляд при виде ее тела и груди. Он готов был целовать ее, касаться, ласкать. Но остановился, когда наметилось нечто серьезное. С чего это ему так переживать? Какой смысл?
Тоби забыла, что он ей нужен для достижения цели и никак иначе. И несколько опрометчивых поцелуев в уединенном месте не смогли бы этого изменить. Стоит признать, ей не часто оказывали особое внимание. Уж отец-то позаботился об этом, как, впрочем, и сестра.
Решимость вновь
