с ней.
Акил взял себя в руки и вернулся в вестибюль. Тоби не сдвинулась с места, сидела в том же положении, сжав колени вместе. Он заметил сходство с той девушкой, которую взял с собой в Дубай незабываемой ночью несколько лет назад. Она была такой же красивой и расстроенной, и Акил ответил ей тогда так же резко, как сейчас. На него нахлынули воспоминания. Мягкие и такие сладкие губы, аромат ее кожи… А как она прижалась к нему… Вдохи и дрожь ее тела…
Он поцеловал ее в момент порыва, в момент слабости, и она с готовностью ответила ему. Он гордился тем, что не позволил поддаться этому порыву, но сейчас, глядя на Тоби… Акил попытался выкинуть все нежелательные мысли из головы. Хватит! Сейчас главная цель — заставить ее вернуться с ним. И он понял, как добиться желаемого.
Королевский самолет не сильно изменился с тех пор, как Тоби побывала на борту в последний раз. Правда, тогда она была молодой и наивной девушкой, которой удалось успешно вырваться из плена. Теперь она — замужняя женщина, хотя, к сожалению, по-прежнему не желанная.
Они с Акилом молча сидели, потупив глаза, друг напротив друга. Стюардесса подала им чай, низко поклонилась и удалилась. Чайник остался нетронутым, вокруг было множество вкуснейшей выпечки и сладостей, политых медом и украшенных фисташками. Акил не был настроен на разговоры, его взгляд устремился куда-то вдаль.
Вернувшись в вестибюль отеля, он попросил ее подняться на борт самолета. Тоби согласилась. В конце концов, он потерял брата, и проигнорировать этот факт она не могла.
Тоби молча сидела напротив Акила. Спустя какое-то время она все же угостилась сладостями.
Акил обратил на нее внимание, его губы слегка дернулись.
— Ты в порядке? — спросила она.
— По правде говоря, нет. Но я не хочу об этом говорить. — Он взял угощение, но так и не съел его. — Думаю, мне следует попросить у тебя прощения.
— Не надо, если только это не искреннее желание. — Тоби скрестила руки на груди.
— Нет, я действительно сожалею. — Ему вдруг стало тяжело дышать, от напряжения словно закипала кровь. — Прости, что игнорировал тебя. У меня были на то свои причины.
— Так же, как и у меня, когда я попыталась связаться с тобой первый раз, — тихо произнесла она. — Ты обо мне забыл, ведь так? Как и все остальные.
Акил заметно поморщился:
— Справедливый комментарий. Что случилось?
Тоби на мгновение закусила губу, пытаясь оценить, насколько искренни его мотивы.
— Не думаю, что это имеет значение в свете происходящего.
— Земные проблемы едва ли волнуют Малика, — сухо заметил он, — но мы-то с тобой все еще здесь. Я ценю твою заботу, поэтому хочу понять, что у тебя на душе. Так что рассказывай.
Акил не выказал ни единого признака переживаний из-за смерти брата. Тоби смотрела на него около минуты, прежде чем снова заговорила.
— Я… это было глупо. У меня была мысль создать место для женщин, которым нужна помощь и у которых нет других вариантов. Безопасное место, кризисный центр, куда они могли бы обратиться, пока не встанут на ноги или не смогут постоять за себя, причем независимо от того, откуда они. Медицинское обслуживание, финансовая помощь, кредиты для открытия своего дела.
— Я понял. — У Акила заблестели глаза. — Это очень хорошая идея.
— Да, но довести ее до ума я не смогла. Инвестировать в Нигерии рискованно из-за высокого уровня коррупции, а я, к сожалению, не смогла найти правильных людей. — Ее ободрали словно липку, но эта часть истории слишком уж сложная, поэтому она не вдавалась в подробности. — Я потеряла все. И поэтому связалась с тобой.
— Ах.
Сожаления в его глазах было предостаточно, чтобы у Тоби перехватило дыхание. Безразличие полностью исчезло. Ему впервые показалось, что он видит ее настоящую. Тоби, которая думала в основном о себе, упорно стремилась стать лучше. Он опустил взгляд. Момент был испорчен.
— Я долгое время не общался с Маликом. — Акил сжал челюсти, в глазах вновь появился блеск. Нет, не слезы, это было бы слишком. Но хоть какие-то эмоции просочились сквозь броню. Никогда прежде Тоби не видела его таким и вдруг почувствовала жалость к нему. — Мне нужно вернуться, — добавил он. — И мне для достижения успеха нужна твоя помощь. Это не уловка, по крайней мере, не сейчас. Я хочу остаться.
Тоби разнервничалась.
— А что будет со мной? Мне тоже придется остаться?
— Это очень важно по многим причинам. Рядом со мной должна быть женщина, которая стала моей женой еще три года назад. — Ярость и высокомерие исчезли, теперь он выглядел каким-то уставшим и измученным и вовсе не походил на того человека, который встретил ее в аэропорту. — В свою очередь, я помогу тебе начать заново твой бизнес. Я позабочусь об этом.
— Услуга за услугу, — язвительно заметила она.
Акил провел рукой по волосам.
— Нет, Тобилола, я бы помог, даже если бы ты попросила меня этого не делать. Это прекрасная идея, — продолжил он. — Твое сердце полно доброты, как и у королевы, хотя ты решительно не хочешь взять на себя эту роль.
Его слова повлияли на Тоби, гнев испарился, как утренний туман. Она почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. Акил не обратил на это внимания, поскольку вертел чашку в руках. В его больших руках та выглядела нелепо.
— Хорошо, — прошептала девушка, — я согласна.
Акил слишком устал, чтобы выражать хоть какие-то эмоции. Он потянулся вперед, взял ее за руку и провел пальцем по запястью, где бешено стучал пульс, а потом осторожно положил руку обратно ей на колени.
— Я прикажу своим людям собрать твои вещи, и мы отправимся домой, как только получим разрешение, если ты не против?
Тоби кивнула, украдкой вытирая слезы.
— Хорошо. И… мне жаль твоего брата.
— Как мило с твоей стороны. — Акил встал и через мгновение исчез.
* * *
Спустя несколько часов полета Тоби задумалась, правильно ли поступила. После восхитительно вкусного ужина Акил общался как ни в чем не бывало.
— Мы приземлимся через несколько часов, — сообщил он, как только стюардесса убрала посуду со стола. — На границе Джоборо и Марокко есть место, где хоронили королей, и Малика…
— Я понимаю, — тихо ответила Тоби.
— Конечно, есть протокол церемонии, но… — Акил глубоко вздохнул: — В Джоборо организуют службу, чтобы попрощаться с ним. Для семьи и друзей, а еще ее будут транслировать по телевидению для широкой публики.
— Хорошо.
— Моя невестка Джамила ответит на все важные вопросы, но, по понятным причинам, ей будет очень
