который походил на огромный ромб, наиболее широкая сторона которого находила посередине, в районе экватора, а к полюсам он сужался и утыкался в шапки льдов и снегов. Континент изобиловал горными системами, где рождались многочисленные реки, они текли на равнины, обильно их орошая. Здесь имелось немало озёр, лесов, саванн.
Далее на запад начинался океан. Через пять-шесть часов полёта я увидел широчайший пролив между двумя материками. Тот, что лежал на северной стороне был сравнительно прост по форме, словно создавался в спешке, напоминал гигантскую оладью. А вот южный скорее походил на архипелаг, был необычайно изрезан, имел множество глубоких заливов, полуостровов. К нему примыкало огромное количество островов, среди которых некоторые имели довольно значительные размеры.
На одном таком я заприметил даже гору и текущую с него бурную реку. Весь он зарос буйной тропической растительностью. На нём я обнаружил руины очередного города. Строения были сложены из каменных плит титанических размеров. Я полетал над нами, хорошо рассмотрев и ведя видеосъёмку бортовой камерой.
Здесь меня в воздухе атаковало крылатое существо, которое я назвал драконом, ибо он необыкновенно напоминал мне такового, известного по земным сказкам.
Он вёл себя весьма агрессивно, видимо, защищая свою территорию, куда я вторгся. Я легко ушёл от стычки, увеличив скорость космокатера.
Описав небольшой круг над соседними островами, направился дальше.
Затем преодолел новый океан, полетел над ещё одним материком. Своей пологостью, сухостью он походил на земную Австралию. Я только иногда видел небольшие возвышенности, рек и озёр практически не имелось – только пересохшие русла. Они доказывали, что порой вода в них появляется. А так всё видимое пространство покрывал песок. Растительность была очень скудная, да и то лишь в редких местах. Похоже, тут грунтовые воды близко подходили к поверхности и давали корням необходимую им влагу.
Я уже был довольно близко к западной оконечности континента, за которым следовал ещё один океан, последний, а за ним лежал тот материк, где находился оставленный мною корабль. Таким образом, скоро я должен был завершить свою кругосветку. Но тут поднялась невероятно сильная песчаная буря, она не могла повредить мне, если бы не была встречной: космокатер стало относить на восток. Это меня встревожило. Дал команду подняться вверх, надеясь перелететь над бурей, Но она почти достигала стратосферы, куда путь моему аппарату был заказан.
Мне показалось, что правый фланг бури менее силен. Решил облететь её стороной, но скоро понял, что это будет чересчур длинный путь, и тогда мне не хватит горючего на возвращение к «Самаре». Даже если я дотяну до следующего материка, а не упаду в океан, то пешком просто не дойду до корабля. Это грозило верной смертью.
Ничего не оставалось делать, как направить космокатер к цели напрямик, сквозь всё неистовство песчаной бури. Была надежда, что всё же сумею её преодолеть. «Иду на вы», – сказал я, указав автопилоту курс на запад с лёгким отклонением к северу. Началось состязание могучих моторов с природной стихией. Образно говоря, я делал пару шагов вперёд, а она возвращала меня на шаг назад. С тоской видел, как быстро расходуется горючее, с каждой минутой всё яснее понимал, что проигрываю в этом поединке, и вот-вот разразится катастрофа. Как сильно я жалел сейчас, что потратил топливо и время на осмотр архипелага! Обратился с мысленной молитвой к богу, ни на какую иную поддержку я больше рассчитывать уже не мог…
Вдруг песчаная круговерть впереди осветилась неземным зелёным светом… Другого слова точнее подобрать невозможно – именно неземным. Мне почудились контуры человеческого лица с необыкновенными глазами. Такими, что на всё остальное я уже обращать внимание не мог. Они глядели с пониманием и, как мне показались жалостью. В следующую секунду они исчезли, зелёный свет тоже, а в серой завесе бури образовался светлый тоннель, в котором мой космокатер понесся с невероятной скоростью. Моментами вдвое выше звуковой. Такую он просто не мог развивать, но приборы её показывали. Сразу за моей спиной тоннель смыкался, ничего не позволяя видеть.
Скоро стенки тоннеля стали светлеть, под собой я увидел океан, который промелькнул удивительно быстро, начался другой континент, с которого я стартовал. Скорость космокатера постепенно снижалась. Неожиданно заработали двигатели… Я удивлённо глянул на приборы: а как он летел до этого? Датчик топлива показывал примерно тот уровень, что и был на нём до образования таинственного коридора в песчаной бури. Какие-то неведомые силы пронесли меня через весь этот кошмар, дав сэкономить горючее. Я ошалело качал головой, совершенно ничего не понимая.
Не просто с радостью – с восторгом посадил космокатер в ангар «Самары». Я был счастлив необыкновенно. Тянуло я пляс и я даже запел, почему-то, «Эх-Самара-городок!..». Наверное, такое же чувство испытывает человек, которого привели на эшафот для казни, но в самый последний момент прочли помилование и отпустили на все четыре стороны свободным и невредимым.
В последующие дни я уже не рисковал улетать слишком далеко. И на всякий случай держал в космокатере всё необходимое, если вдруг случится экстренная посадка вдали от корабля: паёк, воду, средства обороны и навигации и тому подобное.
Однажды, пролетая над Заповедным лесом, я заметил на поляне одинокого туземца. Чем-то он меня заинтриговал, я повернул космокатер обратно, приземлился в сотне метров и направился к нему.
Тут я понял, что именно мне показалось необычным: из одежды абориген имел лишь одну набедренную повязку и сидел, скрестив ноги, весь погружённый в свои мысли. Ну, совсем как индийский йог! Вид он имел необычный, но чем-то внушительный, и я мысленно назвал его Гуру.
Туземец сидел совершенно неподвижно, словно статуя. Казалось, даже не дышал. Я подумал: а может, это и есть искусно сделанное изваяние? Хотел было подойти ближе, дернуть за бороду, дабы убедиться, так ли это на самом деле?..
В последнее мгновение глаза Гуру открылись, а лицо повернулось в мою сторону. Меня поразила внутренняя сила и глубина его проницательного взгляда. Невольно попятился, устыдившись своего намерения дёрнуть за бороду, Выругал себя за это. Затем меня ошеломила мысль, что я уже где-то видел это лицо и эти незабываемые глаза. Но где, где?!.
Уста мудреца разомкнулись и я услышал:
– Не мешай моим мыслям, пришелец с далёкой звезды. В день, когда успокоится солнце, ты услышишь ответы на все твои вопросы. Сдержи нетерпение, всему своё время. Есть время задавать вопросы и есть время получать ответы, но оно ещё не пришло, оно впереди.
Потрясённый, я вернулся в космокатер и улетел. Только потом до меня вдруг дошло: как же я так хорошо понял речь Гуру? Ведь доселе я общался с туземцами только с помощью трансфона – кибернетического переводчика, а он во время разговора с
