Линда сдалась. Ей нужно было встречать продолжающих прибывать гостей, к тому же она знала, что бесполезно пытаться разлучить сестер, пока они не выложат друг другу последние новости.
- Поговорим позже, - сказала она Эннис. И, уходя, добавила: - Ты выглядишь замечательно, дорогая.
В этот момент Эннис обнаружила, что Константин Витале с другого конца комнаты зачарованно наблюдает за ними. Нет сомнения, что его внимание привлекла юная блондинка в коротком облегающем наряде, а не высокая брюнетка в деловом костюме. А как ловко он притворялся, будто слушает своего собеседника - краснолицего шумного мужчину.
Закончив разговор, он повернулся в их сторону. Эннис ощутила укол в сердце. Ее ждет еще одна встреча с мужчиной, который смотрит на нее как на пустое место.
Но ей ведь все равно, разве не так? Она отнюдь не жаждала его внимания.
Эннис перевела взгляд на Беллу.
Та порхала от поклонника к поклоннику, наслаждалась общением с мужчинами. Оставалось только восхищаться ее беспечностью.
- Так кого мама припасла для тебя на этот раз? - спросила Белла.
- Если бы я знала о вечеринке, разве приехала бы сюда прямо с работы, в костюме? - сухо ответила Эннис.
Ее взгляд против воли останавливался на Константине Витале. Тот восхищенно рассматривал Беллу, словно она была новой машинкой или какой-нибудь другой игрушкой для взрослых мальчиков. Эннис захотелось дать ему пощечину.
Но Белла ничего не замечала.
- Ты же знаешь, что, как только ты найдешь кого-нибудь себе, мама отстанет!
Эннис фыркнула.
- Знаю-знаю, - продолжала Белла. - У тебя нет времени на личную жизнь. Бизнес прежде всего. И я, в отличие от мамы, верю тебе. - Она оглянулась. - Так кто у нас сегодня кандидат в мужья?
- Не знаю, - почему-то солгала Эннис. - Наверно, тот, кто будет сидеть рядом со мной за ужином.
- Хочешь, чтобы я отвлекла его? - спросила Белла.
Если бы ты видела, как он смотрит на тебя сейчас!
- Я думаю, что справлюсь, но все равно спасибо.
- Да уж, опыт у тебя большой.
Слава богу, Белла ни о чем не догадалась. Она знала только, что мать досаждает Эннис своим сводничеством. Но и не подозревала, какую боль причиняли сестре неудавшиеся свидания.
Горькие ее мысли прервал голос мачехи, объявившей о том, что ужин подан.
- Пора идти, - вздохнула Белла. - Не будь с бедняжкой слишком жестока.
Столовая была просто загляденье. Стол накрыли белоснежной скатертью. В нишах вдоль стен Линда велела поставить столики с вазами, наполненными осенними цветами. Дерево было отполировано до блеска. Хрустальные бокалы и столовое серебро сверкали в свете свечей.
Перед каждым прибором лежали карточки с именами гостей, но Линда, стоя в дверях столовой и не прерывая светской болтовни с подругами, указывала каждому гостю его место. Белле предназначалось место между двумя пожилыми собеседниками, которые, кажется, ссорились. И Эннис поняла, что сегодня жертвой Линды была только она.
Эннис взглянула через стол, и сердце ее упало. Он был там. И место рядом с ним оказалось свободным. Он излучал уверенность в себе. Мужчина до мозга костей. У Эннис пересохло во рту.
Он почувствовал на себе ее взгляд и поднял голову. Их глаза встретились. В его взгляде светилось любопытство.
Эннис глубоко вдохнула.
Линда указала ей на свободное место рядом с Константином Витале.
- Вот мы и снова встретились.
- Да, - ответила Эннис.
Ее сердце билось неровно, щеки обдало жаром. Она чувствовала себя ужасно неловко. Он был так близко. Она могла коснуться его лица, прижаться к его груди, положить голову ему на плечо, поцеловать…
Эннис вздрогнула.
Константин Витале внимательно посмотрел на нее. На мгновение она испугалась, что он прочитает се мысли.
- И как давно вы превратились в трудоголика, Эннис Кэрью?
Ее глаза непроизвольно отыскали отца, сидящего во главе стола. Он был явно недоволен, потому что Линда посадила рядом с ним не партнера по бизнесу, а его жену.
- Это наследственное, - ответила девушка. Константин Витале проследил за ее взглядом.
- Ясно. Феноменальный Тони Кэрью.
- Вам он не нравится? - требовательно спросила Эннис.
- У нас с ним есть разногласия.
До сих пор Эннис не знала ни одного человека, который, работая с отцом, в чем-то не соглашался с ним.
- Какие именно? - заинтригованная, спросила она.
- Их очень много. Строительство. Мое время. Права и обязанности владельца.
- Немало. - Эннис взглянула на него с уважением. - Вы учите моего отца выполнять его обязанности?
Он пожал плечами:
- Приходится. Я никогда не доверяю владельцам.
- Не доверяете? - переспросила Эннис.
Тони Кэрью был истинным капиталистом. Он предпочитал сам принимать решения во всем, что касалось его имущества.
- Я сказал вашему отцу: «Как только что-то попадает в ваши руки, ваше первое желание - спрятать это в ящик и наслаждаться им в одиночку. Но это не жизнь, а жалкое существование».
- Прямо так и сказали?
Константин рассмеялся.
- Конечно. Ему это не слишком понравилось. «Послушайте, - сказал я ему, - многие вещи можно запереть в шкафу, но только не здания. Их использует масса людей. Они должны принадлежать людям».
Эннис ошеломленно уставилась на него.
- У него не случился удар от ваших слов?
- Вы очень откровенны, - внезапно произнес он.
- Я дочь своего отца.
Их глаза встретились. Поняв, что ее последняя реплика вывела его из себя, Эннис почувствовала удовлетворение.
Но через секунду Витале рассмеялся.
- Впрочем, вы больше хамелеон, чем ваш отец.
- Что?
- Мне нравится эта перемена. Вам очень идет бирюзовый цвет.
Его глаза словно ласкали ее. Эннис замерла. Она могла утонуть в этих зеленых озерах. Прогоняя наваждение, она встряхнула головой.
- Это не моя заслуга. Я одолжила серьги у Линды.
- Думаю, дело не только в серьгах.
Проклятье!
Она поспешила поменять тему:
- Вы работаете с отцом в «Кэрью электроникс»?
- В какой-то степени.
- Что это значит? Вы не хотите сказать мне, где работаете? - удивилась Эннис. - Почему?
Он повел плечами и туманно ответил:
- Профессиональная тайна.
- Вам нелегко работать в подчинении у моего отца? - предположила она.
- Я сам себе босс. И не собираюсь ничего менять. Так что Кэрью придется с этим смириться. А плохое настроение он может срывать на ком-нибудь другом.
Повисла неловкая пауза.
Пришло время первой перемены блюд. Пока Эннис пробовала чудесное сырное суфле, Константин Витале отвлекся на соседку с другой стороны. Во время второй перемены Эннис, собравшись с духом и изобразив любезную улыбку, снова повернулась к Константину Витале.
