Но я её не любил. Я вообще никого не любил, кроме себя. Хизер переехала ко мне сразу. Девчонка из Гарлема выросла в неблагополучной семье и частенько попадала в неприятные ситуации. Я не горел желанием обзаводиться семьёй, о чём открыто сообщил ей. Это был секс ради секса. Плюс домашняя еда в виде бонуса.
– И я скучаю. Завтра утром увидимся. Компенсирую тебе каждую минуту одиночества.
Я закрыл глаза, представив, как ставлю девушку на четвереньки, и услышал, как хлопнула входная дверь. Твою мать! Я совсем забыл о том, что в ванной оставалась Молли.
– Хиз, детка, увидимся завтра. Я вспомнил о незаконченном деле.
Не дожидаясь истерики, нажал на отбой и выбежал из комнаты. Молли сбежала, прихватив мой бумажник. На полу остались лежать стринги девушки. Подняв кружевные полосочки, сжал их в руке и скривился. Блондинка снова меня поимела. Самое обидное, что только в переносном смысле этого слова. И прямо сейчас я дал себе слово, что в следующий раз жалеть не стану. Придушу собственными руками.
В руке снова зазвонил телефон. Номер был мне незнаком. Я ответил и услышал весёлый голос Молли.
– Прости, Пейтон, но мне пора работать. Обещаю вернуть твои тридцать баксов. До встречи.
* * *
Молли
За вечер я сменила уже четыре бара. Ничего! Ни одного богатого мужика. В одном из баров ко мне пристал пьяный мажор с кредиткой, но толку от него никакого. Отец с утра был пьяный в хлам и ждал, что ночью я принесу ему пару штук баксов. Дело дрянь. Денег не было даже на такси. Дотопав до дома, я тихо вошла. Отец сидел на кухне в компании троих приятелей. Все четверо еле ворочали языками. В одном из них я узнала владельца дома, который мы снимали. Зашла в спальню, разделась и вошла в душевую.
Теплая вода стекала по волосам, мышцы расслабились, и я блаженно улыбнулась. Послышался шорох. Я вышла из кабинки и увидела хозяина дома. Мужчина был пьян. Схватив меня за руку, он крепко сжал её и потянулся рукой к полотенцу. Я закричала, и он наотмашь ударил меня по лицу. Полотенце соскользнуло на пол. Мужчина оскалился и повалил меня на ковёр. Впиваясь слюнявым ртом в мою грудь, он шарил грязной рукой у меня между ног. Я стиснула зубы и рукой нащупала подставку для журналов и газет.
С трудом подняв тяжелый предмет, я обрушила его на голову потного урода. Тело мужчины обмякло. Он отвратительно хрюкнул и захрапел. Жив, уродец! Надо было сильнее бить. Впервые кто-то из отцовских дружков позволил себе прикоснуться ко мне.
Натянув топ и черные леггинсы, я обула белые кеды и завязала волосы в конских хвост. На кухне слышны были крики и смех. Достав спортивную сумку, забросила в неё единственные туфли, несколько платьев и джинсы. Открыла окно и выпрыгнула во двор. Больше в этот пропахший гнилью дом я не вернусь. Но куда идти?
Достала телефон и позвонила Стеф. Та выслушала меня, но к себе не позвала, ссылаясь на то, что сейчас у неё новая жизнь, да и Стенли скоро женится. Именно потому для меня в их доме места не было. Я нажала отбой и поплелась к автобусной остановке. И вдруг меня осенило. Я вскочила на ноги и отправилась туда, где мне точно не будут рады. Но именно там я и буду теперь жить.
Постучала в уже знакомую дверь. На пороге появился Шон.
– Привет, Пейтон. Я поживу у тебя? Ты ведь не против?
– Чего? Ты совсем ошалела?
Схватив меня за руку, он вышвырнул меня за дверь и закрыл её на засов. Я села на пороге и обхватила голову руками. Через минуту дверь открылась снова.
– Ладно. Только до утра. Завтра возвращается Хизер. И чтобы с первыми лучами солнца тебя тут не было. Поняла?
Я весело кивнула и вошла в дом. Шон показал мне гостевую и надел форму.
– Я сегодня работаю в ночь, и всё благодаря тебе. Прав тот человек, что придумал фразу: "Беда не приходит одна". Хизер приедет рано утром. Оставишь ключ под ковриком, и чтоб больше я тебя не видел.
Я улыбнулась и кивнула. В голове зрел коварный план.
Глава 4
Молли
Как только за копом закрылась дверь, я врубила музыкальный канал и, пританцовывая, начала убирать загаженный домик. Очевидно, девушка Пейтона не отличалась любовью к чистоте. В углах висела паутина, достаточно страшная, напоминающая декорацию к фильму "Хэллоуин". В раковине и рядом с ней стояли горы немытой посуды. Порылась в шкафчиках и нашла мусорные мешки. Половина кастрюль пригорела, остатки непонятной пищи присохли и отказывались отмываться.
Бросив часть посуды в мусорный пакет, я отправила туда старые газеты, коробки из-под пиццы, пивные бутылки и дырявые носки Пейтона. Последние давно не стирались, ибо при желании ими можно было убить человека, причём дважды. Их можно было спокойно поставить в уголок, плюс они воняли похуже любого биологического оружия.
– Вот свинья! Симпатичная, довольно сексуальная свинья!
Вымыв до блеска кухню, ванную комнату, гостиную и гостевую, я пробралась в спальню Пейтона. На прикроватной тумбочке стояло фото. Шон обнимал симпатичную брюнетку. Видимо, ту самую Хизер. В груди кольнуло. Эта пара выглядела счастливой. А вот мне такое не светит.
Достала из шкафа футболку Пейтона и, надев её, отправилась в гостевую. Комната была довольно большой, но пустой. Раскладушка, тумбочка и старый половик.
– Нет, так дело не пойдет.
Осторожно ступая по скрипучему полу, я вернулась в спальню Шона и порылась в прикроватных тумбах. В верхнем ящике лежала кредитка и ноутбук.
Я зашла на сайт домашних товаров и сделала неплохой заказ на имя Шона Пейтона, который обещали привезти к обеду. С чувством завершенного дела я с удовольствием потёрла руки и вернулась в ту самую каморку, которую Пейтон пожертвовал мне до утра.
Я даже не собиралась уходить. Во-первых, мне некуда было идти, во-вторых, я невероятно сильно хотела поиздеваться над копом, а в-третьих, и это необъяснимо, я хотела быть рядом с этим угрюмым, неряшливым, но очень симпатичным и горячим парнем.
Проснулась от звука хлопнувшей двери. Встала с неудобной раскладушки и вышла из комнаты. В гостиной стояла симпатичная брюнетка с аппетитными формами и, широко раскрыв глаза, таращилась по сторонам. Заметив меня в футболке Пейтона, девушка вскрикнула и уронила чемодан на колёсиках. Я улыбнулась во весь рот и протянула брюнетке руку.
– Привет! Ты Хизер? Господи, какая же ты хорошенькая. Шони столько
