ублюдка Стенли.
Тот стоял рядом с миловидной брюнеткой в белом платье. Видимо, это и есть его супруга. Я подошла к ним вплотную и отвесила бывшему другу звонкую оплеуху. Развернувшись на тонких каблуках, гордо вскинула подбородок и вышла из душного помещения. Стенли бежал следом.
– Молли, постой! Да остановись же ты, чёрт возьми! Я не хотел, правда. Илан давно тебя пас. Года два точно. Я просто хотел, чтобы ты была счастлива. Он промышленный магнат, Молли. Связи, деньги. Всё, что захочешь. Он готов бросить мир к твоим ногам. Подумай, тебе больше не придётся красть и раздеваться перед мудаками с толстыми кошельками.
Я достала из клатча сигарету и чиркнула зажигалкой.
– Стенли, а ты шлюха. Хочешь сказать, что безумно влюблён? Ой ли! По всей вероятности, у девушки
богатые предки. Угадала?
Парень едва заметно кивнул и опустил глаза. Он был похож на лохматого щенка, который виновато прячется, нагадив хозяину в туфли. Только Стен нагадил мне в самую душу.
– Ты жалок, Стенли. Жалок и ничтожен. Любовь! Вот что важно!
Бросив на пол окурок, я растоптала его ногой и ровной походкой пошла прямо по тротуару. Шон прав, я всего лишь кукла. Но он не прав в том, что я не умею любить. Расстегнув клатч, достала чек и побледнела. Сто тысяч американских долларов. У каждого человека есть цена. И моя цена – сто кусков. Повертев в руках визитную карту, я набрала номер Илана.
Тот ответил сразу.
– Мистер Пирс, я польщена той суммой, в которую вы оценили моё тело, но вынуждена отказаться и от денег, и от общения с вами. Я люблю другого. На самом деле люблю. И пусть он не богат и не сможет дать мне то, что можете дать вы. Но он дороже всех денег мира.
В трубке послышался тяжелый вздох.
– Я понял тебя, Молли. Жаль, что ты поняла меня неправильно. Я не хочу тебя покупать. Эти деньги я тебе дарю. Ты ничего мне не должна. Я завидую парню, которого ты любишь. Но если вдруг тебе понадобится помощь, позвони, и я примчусь.
Я положила трубку и улыбнулась. Жизнь – странная сука!
Глава 8
Шон
После долгих споров и сборов бесконечного барахла Хизер уснула. Я взглянул на девушку и вдруг вспомнил слова Молли о том, что Хизер неприятно пахнет. Принюхался. А ведь малолетняя чертовка права. Хиз воняет какой-то кислятиной. Несмотря на то, что в ванной стоит десяток баночек геля для душа, в ванную её не затащишь. Потушил светильник и, надев спортивные штаны, вышел из спальни. В комнате Молли было тихо. Я постучал, но она не ответила. Обиделась! А кто б не обиделся?
Каждый раз, говоря ей гадости, я сжирал себя изнутри, но не мог позволить себе быть слабым. Девчонка нравилась мне, очень нравилась. Но кто я? Что я могу предложить ей, кроме этого старого дома? Раздолбанный пикап? Постоянное одиночество? Работа у меня была непростой, опасной и оплачивалась низко. Но я верил в то, что профессия копа полезна.
Постучал снова. Тишина. Толкнул дверь, та со скрипом отворилась, и я замер. Комната была пуста. Молли ушла. В груди больно кольнуло. Я вошел в её спальню и сел на кровать. Погладив розовое покрывало, взял подушку и прижал её к лицу, вдыхая аромат её волос.
Неужели я обидел её настолько сильно, что она решила уйти совсем? Но куда? На часах полночь. Где она? Взял телефон и позвонил ей. После двух гудков она сбросила вызов.
Услышал, как в двери проворачивается ключ, и шумно выдохнул. Молли тихо вошла и плюхнулась мне на колени. Прежде чем она успела закричать, я впился губами в её рот. Девушка с готовностью ответила, запуская пальцы в мои волосы. Я отстранился и включил ночник. На Молли было красивое длинное чёрное платье. В руках она держала изящные босоножки.
– Что ты забыл в моей спальне?
– Это мой дом, Молли. Я могу зайти в любую комнату тогда, когда решу, что мне это нужно.
– Ах да! Прости, совсем забыла, что ты приютил меня. Не беспокойся, Пейтон, к тому моменту, когда ты вернёшься с островов, меня здесь уже не будет. Больше не увидишь. Всё как ты хотел.
– Нашла кого-то? И кто он, Молли?
Я схватил ее за запястье и сильно сжал. Кожа девушки стала синей. Да что со мной? Почему я делаю ей больно? Вымещаю на девчонке свою собственную никчемность.
Попытался встать, но она толкнула меня на кровать.
– Я тебя хочу. Без обязательств и истерик. Один раз на прощанье.
Я хотел её, но после тех слов, что сказал ей вечером, просто не мог себе позволить прикоснуться к ней. Я знал, что одного раза мне будет недостаточно, а портить ей жизнь не хотелось. Она не кукла, она живая, чувственная и замечательная. Закрыл глаза и отрицательно покачал головой.
– Прости. Спокойной ночи, Молли. И, пожалуйста, не уходи. Я хочу увидеть тебя здесь, когда вернусь. Слышишь? Мне нужно уехать и разобраться в себе, Молли. Всё стало сложным. Я запутался.
Вышел, прикрыл за собой дверь и зашёл на кухню. В ящике стола лежала давно забытая пачка сигарет. Лет пять я не притрагивался к куреву, а вот сейчас захотелось.
* * *
Молли
Закрыв дверь за Пейтоном и его подружкой, я надела джинсы и короткую футболку и помчалась в банк. Сто тысяч грели душу. Обналичив чек, я пошагала на Манхэттен, туда, где были самые дорогие и модные бутики Нью-Йорка.
Я купила платья, шорты, майки, четыре невероятно красивых и очень сексуальных купальника и надувного единорога.
Ноутбук Шона был открыт на той самой странице с фотографиями отеля. Заказав бунгало рядом с номером Пейтона, я купила заветный билет. Рейс через три часа. Нужно ехать в аэропорт прямо сейчас.
Плюхнувшись в кресло у иллюминатора, я откинула голову назад, закрыла глаза и блаженно улыбнулась, предвкушая скорую встречу с Пейтоном. Рядом со мной уселся парень. Я обернулась и ахнула. Парень был невероятно красивым и сексуальным. Пейтон по сравнению с этим мачо – бледная моль. Но я любила эту моль, и сама не понимала за что. Шон – неряха и козёл!
После того, как самолёт взлетел, по салону прошла миленькая бортпроводница, предлагая пассажирам лёгкую выпивку и аперитивы.
– А нет ли у вас коктейля "Секс на пляже" или "Грязное бельё"?
Хлопая длинными ресницами и невинно улыбаясь, я смотрела в упор на ошарашенную
