любить. У Есихито Тиль отжала дирижабль, у рода Меказики мы с Тэймэй сменили двух князей за короткий период, а у Окойя невеста увела из-под носа будущего оракула Атараши.
Вот только род принца был под клятвой, новый князь Меказики нас вообще на руках носить должен был за расчистку пути к власти, а вот Окойя, да. Те могли окрысится. Их нападение на деревеньку Уни и наш маленький шантаж ради амулета для Тэймэй явно оставили неизгладимое впечатление у некоторых представителей рода. Поэтому подсознательно я ждал провокаций именно от них.
Но те медлили. Километры дороги таяли, приближая нас к новой столице империи. Там нам предстояло подать для регистрации экземпляр брачного договора Тэймэй и затем провести все торжества честь по чести.
Погода портилась. Из низких серых туч срывался мокрый снег, который отчего-то нас возненавидел и норовил попасть в самые неприятные места.
«Может, присоединишься к матери?» — спросил у невесты, едущей почти во главе каравана.
«Первый меч империи не будет прятаться от непогоды, — последовал короткий ответ. — Но мне приятна твоя забота».
Мы успели добраться до небольшого постоялого двора в два этажа, где носильщикам предстояло смениться на паланкине, а всем чуть отогреться, выпив травяного отвара. Во время короткой остановки вдовствующая княгиня успела размять ноги, при этом то и дело косясь на меня и моих людей. Было в этом взгляде нечто, что меня беспокоило. Но пока ещё я не мог понять, что именно.
Непогода усиливалась. Мокрый снег превратился в метель. Видимость была околонулевая. Дальнейшее путешествие было попросту невозможно.
Я обнял Тэймэй со спины, чуть разогнав кровь и согревая её в объятиях. Невеста мелко дрожала. Маленькая гордая девочка, которая очень старается быть достойной памяти своего горячо любимого отца.
— Ты у меня сильная и гордая, и вообще самая-самая, но продолжать путь — безумие. Свернуть шею на ровном месте — раз плюнуть. А уж если решится кто-то напасть…
— Кто? — подобралась разом иллюзионистка.
— Есихито, Меказики, Окойя… выбирай любого. Наблюдатели есть от всех. А уж если объединятся… — обрисовал я самые негативные перспективы. Я их не ожидал, но и продолжать путь считал блажью.
Тэймэй замерла на секунду, но потом все же кивнула, соглашаясь со мной.
— Мы останавливаемся здесь! — скомандовал я.
— Мы движемся дальше, — возразила мне Исико с невозмутимым видом. — Первый меч империи ничего не боится!
— Если жаждете поскорее увидеться с покойным супругом, то я вас не держу, — показал рукой на выход из-под навеса, где стояли воины Инари, обтирая лошадей от снега. — Но подвергать опасности будущую жену я вам не позволю. Тем более, княгиня Инари уже дала согласие на остановку.
Исико сверкнула глазами и принялась что-то выговаривать дочери в полголоса. Я чувствовал усталость Тэймэй, а ещё вполне определённое желание крови.
Осторожно взяв Исико под локоток и нарушив все мыслимые и немыслимые местные традиции, я отвел княгиню в сторону и прошипел ей на ухо:
— Если вы и дальше будете ставить интересы рода выше интересов собственной дочери, то очень скоро её потеряете. Вы удачно забыли, в каком она состоянии? Так я вам напомню. Если что-либо или кто-либо будет угрожать жизни и здоровью матери моего будущего ребёнка, я без колебаний устраню угрозу.
Исико скрипнула зубами, осторожно убрала руку из моего захвата и отправилась отдавать распоряжения по поводу комнат в постоялом дворе.
«Боги, я-то думал, что у меня будут проблемы с жёнами, но я же совершенно забыл о тёщах!» — мелькнула у меня мысль.
«Женщины, что ж ты хочешь!» — прокомментировал Комаро, обращая на себя внимание.
«Что-то случилось?» — уточнил я на всякий случай. В последнее время мы общались не так нечасто, как сразу после переноса в этот мир. А уж сам бог и вовсе почти не выходил на связь первым.
«Неспокойно мне, — как-то неуверенно ответил Комаро. — Ты не подумай, я не паникую… Но после всех передряг и стычек как-то уж очень спокойно ведёт себя Кречет, да и Инари у нас само очарование. Не к добру это».
«Согласен, но предпочитаю руководствоваться народной мудростью: „Если не можешь предотвратить катастрофу, возглавь её!“»
«Ты и так ходячая катастрофа! — хмыкнул бог. — А чувство юмора — это хорошо. Сколько до обряда?»
«Будущая тёща говорит про три дня, но я уже и здесь жду сюрпризы».
«А ты как хотел? Она за свой род будет глотки грызть. Ты для неё — чужак, укравший её дорогую кровиночку, ещё и собирающийся умыкнуть старшего наследника себе. А у них они в чести, особенно после воссозданного дракона. Поверь, Исико — комариха ещё та, ради такого внука крови тебе попьёт немеряно».
«Комаро, вы же не вмешиваетесь в жизнь людей…» — осторожно заметил я. Раньше за ним таких знаний человеческой психологии не наблюдалось.
«Да мы уже и так по самые жвала, — тяжело вздохнул бог, — и не мы одни такими умными оказались. Просто будь осторожней. Неспокойно мне».
* * *
Исико Инари сидела у открытого огня и ужинала в одиночестве. Сперва дочь не захотела разделить с ней паланкин, послушавшись этого чужака, а теперь даже не захотела поужинать. С родной матерью после разлуки. Нет. Тэймэй осталась у себя и приказала никого к ней не пускать. Как-будто Исико не знает, что этого руса запрет на касался. Везде возле дверей стояла его стража, будто Инари сами не были в состоянии обеспечить свою безопасность. Каждое решение, каждое слово поперёк её мнения неимоверно бесило Исико. Ещё и эта история с первенцем…
Всю дорогу из Киото в Осаку она изучала экземпляр брачного договора Тэймэй. Возмущению её не было предела. Почему при более высоком статусе её дочери, она получала права лишь на второго наследника, а не на первого?
«Первенец должен стать Инари, — крутилась в голове Исико назойливая мысль. — Он уже доказал, что унаследует нашу магию. Его дракон не имеет равных!»
Но нет, этот ушлый чужак шаг за шагом
