свои большие клювы и с интересом смотрели на нас. От их взглядов становилось не по себе.
Время от времени они поднимались над нами и кружили, издавая звуки, похожие на лязг ножей о точильный камень. Наша команда невольно скучковалась вместе. Расслабленность ушла. Разговоры стихли.
Наконец, мы упёрлись в огромный дуб. На таком должна быть златая цепь и ходить кот. Вместо этого, на низкой корявой ветке сидело здоровенное существо. Переваливаясь тяжело, как гусыня, оно развернулось и равнодушно уставилось на нас.
Высокомерное и идеальное лицо корейского айдола переходило в короткую шею, покрытую жёсткими серыми перьями. Птичья часть Алконоста была похожа на голубя-переростка. Человечья, на пафосного говнюка. На голове сияла золотая корона, оттеняя и усиливая образ.
Существо наклонило башку сначала в одну, а потом в другую сторону, разглядывая нас. Корона держалась, как приклеенная. А может,она вросла в сам череп?
После гигантской черепахи и откровенно стрёмного подземелья, очередной босс не внушал. К тому же, ради пера убивать необязательно. Может, и добром договоримся.
— Как думаете, оно мальчик или девочка? — громким шёпотом поинтересовалась Руся.
— Я единственное в своём роде, неповторимое и потому совершенное! — заявила птица, — зовут меня Алконост, потому что…
— Бухаешь, наверное, много? — предположил Шило. — Я так бар назову: "Алконост". Звучно и в тему. Пернатый, ты не против?
— Вопросы здесь задаю я! — возмущённая птица сорвалась на фальцет.
— Задавай, — я сделал шаг вперёд, — для того и пришли.
— Ответите на три загадки, — провозгласил Алконост, — и я подарю вам то, что пожелаете! Если нет, мои дети растащат ваши кости по оврагам и полянам!
Окружившие нас со всех сторон птицы немелодично заскрипели. Мол, растащим, только так.
— Ты же единственный! — удивилась Кама, — откуда у тебя дети.
— Что за примитивщина, —насупился Алконост, — они мои дети по духу. А вообще, я понятия не имею, откуда они взялись. Прилетели, и всё! Просто я им нравлюсь!
— Ну, не томи уже!
— Начнём с простенькой, — Алконост захлопал крыльями, принимая горделивую позу, — что нельзя съесть на завтрак?!
Я перевёл взгляд на нашего кандидата и коуча.
— Сейчас, сейчас… — Кама нахмурила лоб, готовясь оправдать доверие. — Что-то я такое помнила…
— Тортик!
Мы все уставились на Русю. Даже Алконост.
— Почему именно на завтрак?! — спросила чудесная птица.
— На обед тоже нельзя, — вздохнула Русалка, — вообще нельзя. На диете я.
— Ну когда-нибудь будет можно? — коварно поинтересовался Алконост.
— Нет, — Руся честно помотала головой, — разнесёт сразу. Потом ни на одной беговой дорожке столько килограммов не сгонишь.
— Но я же не про тебя лично спрашиваю, — птица сменила тактику, — а в целом.
— Каждый отвечает за себя! — Тут уже Кама вылезла вперёд, — Вселенная бесконечна, значит, в ней возможно вообще всё! Может, в соседней галактике живут разумные звёзды, и они завтракают туманностями. А эта бедняжка обыкновенный тортик позволить себе не может! В том числе и на завтрак!
— Ну ладно! — прищурился Алконост. Проигрывать он умел, но не любил. — Теперь будет сложнее. Кто с крыльями, но не птица. Говорит, но не человек. В короне, но не царь…
— Ты!
Алконост запнулся на полуслове и завопил:
— Нечестно! Сейчас в игре триста восемьдесят пять человек! Из них меньше одного процента знает ответ на этот вопрос! Не может быть таких совпадений! Статистика не врёт!
— Так они тебя никогда не видели! — сочувственно объяснила Кама, — откуда им знать, что ты вообще существуешь.
Алконост сердито взъерошил перья.
— Сведём вероятность к нулю, — буркнул он.
— Вы ведь понимаете, что это значит? — шепнула "паучиха", — скорее всего, ответа не существует.
— Валить его надо, — заявил Шило. — Голубя сизокрылого.
— Тише, давайте послушаем сначала, — это Анна.
— Третий вопрос, — Алконост уставился на нас не мигая, — У меня нет ног, но от меня не убежать. У меня нет рта, но я проглочу вас всех. И чтобы вы ни делали, вы всё равно умрёте!
Глава 18
[Уважаемые читатели. Большое спасибо всем, кто попытался разгадать последнюю загадку. Тяжело сознавать, что автор не такой умный, как некоторые из вас. Со статистикой у меня вот тоже нелады… Но вы ведь понимаете, что это развлекательная книга, правда? ]
— Это время, — предположила Кама, — сами подумайте, от времени не убежать… оно нас, рано или поздно проглотит.
— Как-то слишком абстрактно это, — задумался я. — мы, конечно, умрём. Но как время нас "проглотит"?
— У тебя слишком… буквальное мышление, — поморщилась наша нудистка-интеллектуалка.
Хорошо хотя бы не сказала "примитивное".
— А, может быть, Смерть? — Шило уставился на Анну, — в предыдущей загадке подсказка была, может и здесь так?
А что, изящный ход — задать богине Смерти загадку про саму себя.
Время или Смерть? Алконост, видя моё замешательство хитро прищурился. Вот же мстительная тварь. Пера ему жалко! Вон у него их сколько. Новое, если что, отрастёт.
Мы шушукались своим "мозговым центром", оставив Русю, Несмеяну и Артура без присмотра. А зря.
Артур, как и положено правильному пац… паладину, решил нас всех спасти.
— Газебо! — сказал он.
И не просто сказал, выкрикнул, так чтобы точно все услышали.
— Что?! — Алконост в ярости подпрыгнул на ветке и принялся рвать лапами кору.
Меня душил хохот. Гогоча, я согнулся пополам и стал колотить себя ладонями по коленкам.
Артур тем временем на серьёзных щщах втирал Алконосту про газебо.
— Газебо может быть чем угодно, и выглядеть как угодно, но когда паладин встретит его, то сразу узнает, — вещал он. — Его нельзя убить, и от него нельзя убежать. Каждый паладин ждёт этой встречи и готов вступить в битву, хотя исход всегда одинаков — смерть. Но даже её паладин принимает с достоинством, ибо таков его путь.
— ЧТО ЭТО ЗА БРЕД?! — заверещал Алконост.
—Ты говорил, что можешь заглянуть в мысли игрокам, —просмеявшись сказал я, — посмотри там, что такое "Газебо".
Сейчас в игре десятков пять паладинов, посмотрим, что ты у них в мозгах накопаешь.
—ЧИТЕРЫ!!! — голос птица перешёл на визг, — Это нечестная победа! Дети мои, съешьте их!
Грязно-белые птицы, лениво взмахивая крыльями, поднялись с веток. Видно было, что драться им не особо и хочется, но придётся.
Они разгонялись по кругу, соединяясь в огромную воронку у нас над головой.
ЗА РУСАЛКУ!!!
Мы расступились в стороны, оставив паладина в гордом одиночестве. Он вскинул щит, глядя вверх, словно в око тайфуна.
Первая птица, набрав агро спикировала вниз, с разгону врезалась клювом о щит, и тряпкой свалилась на землю без признаков жизни. Она стала той снежинкой, что
