– Вы получите от мертвого осла уши, мисс Гаррисон, и я вам это обещаю! Никто вам не поверит, и дело будет закрыто. А чем больше вы будете выманивать у нас деньги, тем больше вами будет интересоваться полиция. Уж в этом я могу вас уверить. Мертон, покажи мисс Гаррисон выход.
– Очень хорошо, сэр, – ответил дворецкий после небольшой паузы. Конечно, Рендолл этой паузы не заметил, но для уха Джульетт, которая знала, что такое быть в услужении, эта пауза значила очень много.
* * *
– Тебе обязательно надо пробраться в этот дом! – сказала Гарриет. – Если письма не там, то мы обязательно выясним, где они, а если они там, то ты сможешь начать действовать. Судя по твоему описанию Рендолла Бэнфорда, я знаю таких людей. Он вроде кажется добреньким, но он настолько эгоистичен, что готов на все, и если он может оттяпать у тебя какой-то кусок, то он изо всех сил постарается это сделать.
– Там может и не быть никаких денег, – ответила Джульетт. – Насколько я знаю, сэр Роджер был в долгах, как, собственно, и все эти богачи.
– Я думала, что он сам одалживал деньги многим гостям в Гемптоне, – сказала Гарриет.
– Ну… так и было, – ответила Джульетт. – Но я не знаю, отдадут ли они их. А еще, если честно, мне очень хочется проучить Бренну. До сих пор не могу прийти в себя после того, как она вырвала стакан из моих рук.
Гарриет глубоко и тяжело вздохнула:
– Это одна из причин, по которым я никогда не шла в услужение, даже если мы с тобой голодали. Все-таки надо уметь уважать себя. Ну а теперь мы займемся поисками крыши над головой.
– Да ты сейчас и двух шагов ступить не сможешь, – ужаснулась Джульетт. – Давай-ка я попробую поискать.
Гарриет внимательно посмотрела на нее:
– Я боюсь, что ты уже потеряла все навыки проживания в этом городе. Ты даже не знаешь, куда следует идти искать.
– Ну, я начну прямо отсюда. Я пойду и буду спрашивать, где найти какое-нибудь место, куда мы могли бы переехать.
Гарриет покачала головой:
– Не могу сказать, что эта идея, мне кажется здравой, но все равно ведь я не смогу пойти сама, значит, придется это делать тебе. Но пожалуйста, будь аккуратнее и не заходи в те дома, которые покажутся тебе подозрительными. Это совсем другой мир, не тот, в котором ты провела последнее время.
– Ничего-ничего, – сказала Джульетт. – Я буду осторожна.
Она поцеловала Гарриет, завернула ее в шаль, которую когда-то подарила ей Сара, и пошла куда глаза глядят в поисках крыши над головой, хотя бы на ближайшее время.
Джульетт очень долго шла, пока дошла до первой таблички «Сдается». Она висела на первом этаже в грязном, закопченном здании. Многие окна были побиты, все забрызганы грязью и занавешены каким-то старым, рваным тряпьем. Джульетт вспомнила, сколько усилий они с подругами тратили, чтобы до блеска отмыть стекла на Эппинг-Плейс. Она постучала в дверь, думая, что пройдет минута или две, прежде чем хозяин квартиры откроет. Почему-то в образе хозяйки этой квартиры ей рисовалась старая немощная старушка. Но дверь тут же распахнулась, и на пороге показался крепыш лет сорока. Он выглядел как докер – крепкий, мускулистый, приземистый.
– Добрый вечер, чем могу вам служить, миледи? – спросил он.
– Добрый вечер! Я пришла, чтобы поговорить о комнатах.
Он удивился:
– Такая леди, как вы?
Джульетт поняла, что ее траурное платье выглядит роскошно, даже лучше тех платьев, что принадлежали Саре.
– Я занимаюсь швейным делом вместе с моей тетей и ее подругами. Нам нужно где-то жить. Мы аккуратные жильцы и будем платить вовремя.
Он медленно кивнул:
– Звучит хорошо. Хотите посмотреть место?
– Если позволите, – ответила она, заглядывая ему за спину.
Здание выглядело грязным и темным и пахло застарелым луком и гнилым мясом.
– Кавалеры пропускают дам, – сказал мужчина, указывая рукой вглубь комнаты.
Весь пол был покрыт кучами мусора и старой одеждой. Она почувствовала, что из окна ужасно дует.
– Холодно тут у вас, – сказала она.
Когда она обернулась к мужчине, он нервно хихикнул, глядя на нее.
– «Холодно тут у вас», – передразнил он. – Вы же такая вся из себя приличная молодая леди. Так почему же вы говорите, что работаете швеей?
– Я работала камеристкой несколько лет, – ответила она. У нее не было ни малейшего желания обсуждать свое прошлое с этим мужчиной.
– А! И вас, стало быть, уволили!
– Не вполне так, – ответила она. – Просто я хотела бы провести некоторое время со своей тетей.
– Ну да, а мой дядя – принц Эдинбургский, – произнес он, все ближе подходя к ней. – Могу представить, как во всех этих чистеньких домах такая крошка, как ты, привлекала внимание всех мужчин по соседству. Ну и как это случилось?
«Немедленно беги из этого места», – подсказал ей внутренний голос. Джульетт почувствовала, что в горле у нее пересохло.
– Нет-нет, все было не так, – сказала она, но это прозвучало как лепет испуганного ребенка.
Он подошел к ней и схватил ее за руку.
– Не пытайся увиливать, деточка. Все эти аристократишки с их холодными аристократскими женами, наверное, по тебе с ума сходили.
Она выдернула руку и побежала к двери, но он обогнал ее и преградил ей путь.
«А теперь соберись с мыслями и подумай, что тебе надо делать. В пять лет ты же знала значительно больше о том, как выжить на улице».
– Послушай меня, – сказал мужчина, хватая ее за плечо и разворачивая к себе лицом.
Теперь она почувствовала, как чудовищно разит от него потом, перегаром и нестираной одеждой. Она подумала, что это, наверное, не хозяин дома, а какой-то негодяй, который делает вид, что сдает комнаты, чтобы заманивать ничего не подозревающих женщин.
– И не торопись, – сказал он голосом, который ему самому казался умиротворяющим. – Есть один большой плюс во владении таким домом: можно поддержать упавшую женщину, прежде чем она встанет на ноги.
Она стояла довольно близко к двери, но не так близко, чтобы он ее не поймал. Он смотрел на нее пристально, словно ожидая, что она будет делать дальше. Джульетт собралась с духом и сказала:
– Что ж, я передам об этом варианте своим друзьям. Они как раз вот-вот подойдут. Ведь они идут вслед за мной.
Мужчина ухмыльнулся:
– Не подойдут. Ты что, меня за дурака держишь? Могу, конечно, поверить, что ты здесь будешь жить со своими друзьями, но готов спорить на что угодно, что их сейчас здесь нет.
– Они сейчас подойдут, – сказала она, чувствуя, что сердце вот-вот остановится.
Этот человек, очевидно, не верил и приближался к ней. Если бы она кинулась к двери, он бы поймал ее и у нее не хватило сил отбиться.
– Подумайте, зачем мне лгать? – спросила она дрожавшим голосом.
