class="p1">Но Виктор не ответил на мой вопрос. Он перекинулся несколькими фразами с напарником Макарова, завел меня в дом, а потом…
Потом он начал опять терзать мое сердце своим “пантелеем”.
А я?..
А что я?!
На секунду я забылась, ответив на его требовательный, но такой возбуждающий поцелуй, что перестала чувствовать свое тело. Только сгусток вновь рождённой энергии, которая восстанавливала расстроенный к чертям баланс и возвращала к жизни.
Хотелось гореть так вечно.
Чтобы чувствовать нежность его губ, подчиняться движению языка и дышать в такт бешеным ударам наших сердец.
Ещё чуть-чуть…
И ещё…
А может…
Один раз…
Просто чтобы узнать, как это, когда чувствуешь человека вот так…
Я схватила Виктора за ворот куртки, прижалась к нему плотно-плотно.
Прошептала “Пантелей” и поцеловала сама. Впервые в жизни.
Так, как когда-то фантазировала и мечтала, но боялась показаться неумелой и глупой с Гришкой.
Это моя самая правильная и яркая точка.
Точка.
Но Виктор по-прежнему не собирался ничего заканчивать. Он медленно тянул молнию моего пуховика, пока не добрался до груди и задышал так, что ещё секунда и его уже было бы не остановить!
Я со стоном отпустила руки:
— Я не могу, Вить. Ты уже не Пантелей.
— А кто?
— Надо узнать.
— Хорошо. Значит, ты едешь со мной.
— Куда?
— Туда.
— Я не могу. У меня дети.
— Бросишь меня?
— Что ты такое говоришь?
— Ты сейчас единственная, на кого я могу положиться.
— Виктор.
— Да не называй меня этим именем! — вспылил он, но сразу же извинился: — Прости. Бесит. Чувствую себя так, как будто мне мне специально навязывают чужую жизнь.
— Она не чужая. Она твоя. Память вернётся, и все встанет на свои места.
— А пока не встанет, будешь рядом?
— Боже, Вик…
Я не успела договорить. В дом вошёл Макаров.
Он успел заметить, как я отступила от Виктора, но не прокомментировал.
— У нас следующий план действий. Едем в отделение полиции. Пишете заявление. За гражданкой Фоминой Эллой Евгеньевной также направлен наряд.
В данном случае, мы располагаем достаточным количеством улик и показаний, чтобы задержать всех участников происшествия на сорок восемь часов, в течение которых предъявим обвинение задержанным.
С вами, гражданка Волгина, проще. А вот вы, гражданин Савин, пока темная лошадка.
— Надеюсь, это не повод для задержания?
— Нет, но ваш поджигатель только огрызается, угрожает и не имеет при себе ни бумаг, ни документов, которые помогли бы установить его личность.
— Это проблема?
— Да. Не надолго. Но пока да.
— Ну мою-то мы знаем. С нее и начнем.
— Согласен. Наряд будет через 7 минут. Выходите на улицу.
Виктор подтвердил, что все понял кивком и, когда дверь за Макаровым закрылась, повернулся ко мне.
— Мне надо переговорить с Людой насчёт детей.
— Звони. Она точно присмотрит за ними до утра, а потом…
— Что?
— Будем ориентироваться по обстановке.
На секунду я поддалась панике.
— Утром я в любом случае должна вернуться. У меня хозяйство.
Виктор шумно выдохнул и заверил:
— С хозяйством твоим разберемся.
Он опять подошёл вплотную и, ловко меня обдурив, поцеловал в щеку.
Голова сама склонилась ему грудь. Я прикрыла глаза, про себя пообещала себе, что со всем справлюсь, открыла глаза и набрала телефон Люды.
Она согласилась, добавив в мою копилку ещё балл веры в людей, которая заметно пошатнулась после сегодняшнего вечера.
А через десять минут мы уже мчались в сторону города. Где я очень надеялась, наконец-то, разобраться во всей дичи, которая со мной приключилась.
И впервые за год, я была не одна.
Всю дорогу до города Виктор не выпускал мою руку из своей.
В полицейском участке я написала два заявления: одно на Игоря, второе на Гришку.
К счастью, большую часть общения со следователем Виктор взял на себя.
И я практически успокоилась, когда в кабинет ввели Эллу:
— Ну что, неблагодарная дрянь, решила меня подставить?! Я к тебе, как к родной. Дом. Работу. Жизнь твоим соплякам, а ты! Совести у тебя, Ирка, нет!
Дрожь опять пробежала по всем конечностям.
— Наше присутствие обязательно? — резко вмешался Виктор.
— Нет, — ответил следователь.
— Отлично, — Виктор встал, заставил подняться меня.
— Что подцепила мужика и думаешь все проблемы решились? А ты попробуй удержать! Бревно бесчувственное!
— Ты что себе позволя… — Виктор двинулся на Эллу. Она испуганно взвизгнула и попятилась.
Следователь ругнулся, но затем предельно вежливо попросил нас покинуть его кабинет.
Мы подчинились и на выходе встретились с крайне довольным Макаровым.
— Вот, гражданин Савин, ваш адрес по прописке. Копия паспорта и свидетельства о браке. Вы реально женаты.
— У меня есть дети? — каменным голосом спросил Виктор, одновременно сжав мою руку так, словно опасался, что я сбегу.
Глава 47
Виктор
— По этим документам нет, но если у вас младенец, и его не успели зарегистрировать то…
— Я понял вас лейтенант. Спасибо, — рыкнул я.
— Вы женаты чуть меньше года, так что все возмо… — не унимался Макаров.
— Я понял, — вновь прервал его я.
— Хорошо. Тогда поехали.
— Куда?
— Как куда? Проверять вашу жену. Прямых показаний против нее нет. Только косвенные по слов гражданки Волгиной. К тому же, тот номер, — он с разочарованием посмотрел на Иру, — незарегистрирован. И был в сети всего лишь три раза. Исходя из чего предполагаю, что звонившая — подельница нашего задержанного поджигателя, а никакая не ваша жена. А жена ни сном, ни духом об этой ситуации. Нужно проверить. И пока коллеги пробивают ее по нашим базам. Мы посмотрим, как обстоят дела у вас дома.
Я не стал вступать в диалог с воодушевленный лейтенантом.
Внутри и так варилось ведьмино варево из бешенства, ярости и раздражения. И оно было близко к тому чтобы вырваться и заляпать всех вокруг.
Мне не нравился этот расклад.
Мне не нравилась эта реальность.
Я по-прежнему хотел свою утреннюю жизнь.
Но деваться было некуда.
Поэтому, продолжая держать Иру за руку, я вышел на улицу. Где нас уже ожидал напарник Макарова на служебной машине.
Весь путь до дома, где я был прописан, мы проехали в молчании и только когда остановились перед среднего уровня жилым комплексом, лейтенант озвучил план дальнейших действий:
— Ирина, сейчас важно установить, действительно ли, вы слышали голос жены гражданина Савина. Поэтому будьте предельно внимательны.
Ира поежилась, но утвердительно кивнула.
— Вам же, Виктор, тоже не стоит торопиться с признанием о потере памяти, если она будет вести себя как ни в чем не бывало. Что маловероятно. Но оценим обстановку в общем. Наше присутствие можете обозначить необходимостью уточнить какие-то детали по
