работе.
— Осталось выяснить, есть ли у меня работа, — буркнул я, и внутренне усмехнулся вспоминая вид деятельности, который приписала мне Ира, когда я только попал к ней в дом.
— А я помню, что вы обещали компенсировать все наши расходы? — не зло подколол меня Макаров, как только мы вышли из машины. Напарник остался за рулём и на связи.
— Вот сейчас и узнаем источник моих доходов, — я с сомнением взялся за ручку двери подъезда, дёрнул и она оказалась открыта.
Небольшой, но уютный холл осветился теплым приятным светом.
Я пропустил вперёд застопорившуюся на пороге Иру. Ей явно было не по себе, но она держалась и даже благодарно мне улыбнулась.
Следом за ней я пропустил участкового и вошёл сам.
Внутри было тепло и чисто, а в нос моментально проник запах свежесваренного кофе.
И что удивило меня окончательно, так это то, что несмотря на практически полночь, к нам тотчас метнулась бодрая пожилая консьержка.
— Господа, а вы к… — она запнулась. — Виктор, ой! Как же давно вас не было! Я и не признала сначала!
Я не помнил эту женщину. Но радость отразившаяся в её глазах обнадеживала и заверяла, что я не абсолютная скотина, каким меня увидела Ира в нашу первую встречу.
— Вы… — начал я, но Макаров бесцеремонно меня перебил.
— Добрый вечер, лейтенант Макаров, — он показал удостоверение.
— Господи, что случилось?! — встревоженно взмахнула руками женщина.
— Ничего страшного. Не переживайте, гражданка…
— Валуева. Валуева Арина Павловна, — вытянулась по струнке консьержка.
— Приятно познакомиться, Арина Павловна. Мы с вами практически коллеги. Несём непростую службу. — Валуева одобрительно закивала. — Сейчас помощь требуется вашему жильцу. Дело в том, что Виктор был травмирован, в результате чего пострадала его память.
— Ох ты ж! Как же это?!
— Расскажите, пожалуйста, когда вы видели Виктора в последний раз. Были ли у него какие-то известные вам конфликты? Может быть вражда с соседями?
— Ну что вы! Виктор, вы уж простите, — повернулась она ко мне. — Что не обращаюсь по отчеству. Но я его не знаю, вы с самого начала попросили называть вас только по имени.
— Все нормально, — успокоил ее я.
— В последний, в последний… — пробормотала она. — Так вот! Около года назад. Я же на прошлой неделе подумала, что пора вам звонить. У вас годовое обслуживание оплачено. Но год подходит к концу. Девочки у меня умницы, работают на славу, хоть сейчас заезжай, все чистенько и ни одной пылиночки.
— У вас есть ключ от моей квартиры? — не поверил я в свою удачу.
— Да, дубликат. Вы же сами мне его и вручили для клининга.
— Отлично! — в два голоса выдали мы с Макаровым.
— Сейчас возьму и пройдем. Заодно и проверите, что там у вас полный порядок, — консьержка на полминуты скрылась в своей служебной комнате и вышла уже с ключом в руке.
— Арина Павловна, а что вы знаете о Викторе? — возобновил сбор информации Макаров, когда мы направились через холл к лифту.
— Да не так чтобы много. Я в чужую жизнь не лезу. Но конфликтов у Виктора никаких нет. Так-то у нас все нормальные жильцы. И если бы им кто-то был недоволен, сразу бы сообщили. Да живете вы здесь уже лет пять, как. А… вы тоже память потеряли? — обернулась она и посмотрела на Иру.
— Нет, — Ира распахнула глаза от неожиданного вопроса.
— Вы разве не жена Виктора? — подозрительно прищурилась консьержка.
— Нет, — не растерялся Макаров, — Ирина социальный работник, который сопровождает гражданина Савина, пока ему сложно самостоятельно ориентироваться на местности.
— Ах вот оно что! — голос Арины Павловны мгновенно потеплел, но взгляд недоверчиво спустился на наши с Ирой по-прежнему соединённые руки.
Ира тут же попыталась освободить руку, но я не позволил.
Более того поднял ее руку к своему лицу, повернул тыльной стороной и поцеловал:
— Не представляю, как бы справился с этой травмой, если бы Ирины не было рядом.
Арина Павловна на секунду застыла, но быстро пришла в себя и продолжила:
— Да жизнь, порой, так непредсказуема. Додумывать ничего не буду. Но прямо перед тем, как вы оставили мне вашу квартиру под присмотр, оплатив за год вперёд, у вас намечалась свадьба.
— То есть до этого я жил здесь? — я не стал заострять внимание на чертовой свадьбе.
— Нет.
— Это как?
— Время от времени приезжали на день-два. Иногда на выходные. Но не часто.
— Один? — вклинился Макаров и, заметив мой испепеляющий взгляд, пожал плечами: — Меня, гражданин Савин, сейчас меньше всего интересует ваш моральный облик. Мне нужно установить ваши связи и вернуть вас в привычную среду обитания. А потом, — он скосил глаза на Иру, — живите, как хотите.
— Один! — неожиданно рьяно встала на мою защиту Арина Павловна. — Так и говорил, что квартиру купил, чтобы отсыпаться и отдыхать от работы, которая везде достанет.
Я победно посмотрел на Макарова.
Тот ухмыльнулся в ответ:
— А если ты не один, глядишь, и контакты независимые остались. Арина Павловна, а у вас тут камеры не муляжи? Работают? — продолжил лейтенант, когда мы вышли из лифта и пошли вдоль коридора за консьержкой.
— Конечно работают! И запись хранится долго! — возмутилась Арина Павловна.
— Вот у всех бы так! Люблю, когда граждане проявляют сознательность и сами следят за порядком. Тогда и мы в этом случае можем оперативно помочь.
Макаров продолжал устанавливать полезные связи, а я прошел в открытую консьержкой дверь.
— Обувь! — спохватилась хозяйственная Ира, когда я размашисто зашагал по квартире высматривая что-то полезное из своей предыдущей жизни.
— Гражданин Савин, вы же все улики своими ботинками затопчите!
— Какие улики?! — снова возмутилась Арина Павловна. Здесь же два раза в неделю убираются. Вот вчера как раз во второй половине дня! Нет тут никаких улик! Ох… А что преступление какое-то произошло?..
Счётчик меня, как жильца с отличными рекомендациями, обнулился.
Но это меня волновало в последнюю очередь. В этой вполне себе достойной квартире нужно было найти то, что связывало меня с прежней жизнью.
Я осмотрел идеально чистую гостиную, поделенную на обеденную зону и зону отдыха. Удивился настоящим живым растениям, гармонично вписавшимся в интерьер. Аппаратура даже на первый взгляд была недешевой и качественной. Можно ли было в моем положении считать это мнение экспертным? Нет.
Но мне все нравилось!
Я прошел в спальню.
Оценил минимализм обстановки, отличную широкую кровать, оставшееся свободное пространство и идеально скрытый гардеробный шкаф.
Одно движение. Полотно двери сдвинулось вправо.
Пятнадцать комплектов деловых костюмов.
Дорогих. Деловых. Костюмов.
Я либо шопоголик, либо киллер.
Две полки с кожаными туфлями.
Три ящика с аксессуарами.
Так, ну отблагодарить Макарова я
