Джорджа, вот и все. Но завтра вечером я буду в лучшем расположении духа, когда он сопроводит нас на ужин к леди Миллингтон. И тогда все вернется на круги своя.
Там не будет лорда Халлуорта, который прижимал бы ее к себе, пока она не почувствовала бы каждую тонко сотканную ниточку в тканях, которые лежали на ее коже. Там не будет лорда Халлуорта, из-за которого у нее так пересохло в горле, что ее не смог бы утолить стакан пунша. Рядом не будет лорда Халлуорта, который предложил бы ей свою чашу, чтобы она могла напиться досыта — и она приняла ее, черт бы все побрал! Рядом не будет лорда Халлуорта, который помог бы ей сесть в экипаж и пожелал спокойной ночи с этим теплым понимающим блеском в глазах, как будто он очень хорошо знал, что он будет сниться ей во сне.
Было облегчением, что его там не будет. От Мэг она узнала, что вместо этого они с братом собирались поужинать с лордом Баттерфилдом. И мисс Кармайкл.
Конечно, Элли ни в малейшей степени не беспокоила мысль об этом. Нет, она была слишком взволнована своими собственными планами, чтобы мимолетно задуматься о его. Пусть он пообедает со всеми мисс Кармайкл мира.
— Дорогая, ты хорошо себя чувствуешь? — спросила тетя Мэйв с тихим беспокойством.
Тетя Миртл погладила ее по щеке.
— Ты действительно выглядишь какой-то изможденной.
— Совершенно здорова, — немедленно ответила она. — Просто устала, вот и все.
Устала от того, что мужчина, за которого она хотела выйти замуж, бросал ее в беде. Устала от того, что лорд Халлуорт делал все, чего она хотела от Джорджа. Устала от этого ощущения спелого яблока. И устала беспокоиться о том, что, если она не поймает Джорджа в ловушку в этом сезоне, все закончится тем, что ее оставят гнить на ветке, она упадет на землю, а затем превратится в ничто.
— Пожалуйста, не оставляй меня в подвешенном состоянии, Джордж, — думала она, поднимаясь по лестнице и предвкушая ужин у леди Миллингтон, хотя и с некоторым трепетом.
Глава 12
“Дебютантка всегда должна быть настороже от своенравных ухаживаний и похитителей сердец”.
— Примечание к Брачным привычкам местного аристократа
На званом ужине у леди Миллингтон все шло не так, как хотелось Элли.
Джордж прислал свои сожаления, даже не потрудившись объяснить причину. Тетя Мэйв не пришла, сославшись на головную боль. Джентльмен, сидевший справа от нее, был законченным развратником. И лорд Халлуорт был здесь.
Позволит ли ей Судьба провести хоть один день, не видя его чертовски красивого лица?
И было невозможно не смотреть на него, потому что он сидел напротив нее в идеальном пятне света. Тот же отблеск люстр, который золотил полированные бронзовые кудри, искусно зачесанные назад со лба, также подчеркивал точеные очертания его челюсти и, естественно, притягивал взгляд к неглубокой ямочке на подбородке и невыносимо хорошо очерченному рту. Его вид напомнил ей о том, что она чувствовала, когда он прижался к ее собственному, вызвав тем самым бурю усиливающихся недугов, среди которых были покалывания, учащенный пульс и ощущение тяжести глубоко внутри. Она, скорее всего, не переживет эту ночь.
К его чести, однако, он не злорадствовал по поводу отсутствия Джорджа. На его лице не было самодовольной ухмылки всякий раз, когда его взгляд скользил мимо нее, когда он поворачивал голову, разговаривая с женщинами, сидевшими по обе стороны от него. Что было еще одной вещью, которая бесконечно раздражала Элли. Неужели леди Миллингтон обязательно было сажать его между такими прославленными красавицами?
Молодая женщина слева от него была леди Элизой — дочерью герцога в ее первом сезоне, а справа сидела мисс Кармайкл.
Ранее она слышала, как в гостиной перешептывались, что, добившись присутствия лорда Халлуорта, леди Миллингтон пригласила мисс Кармайкл всего за несколько минут до ужина этим же вечером. Явная попытка сватовства! Это ужаснуло Элли. Не ради себя, конечно. Но ради него. Как его друг, она не хотела, чтобы он подвергался вниманию этих изголодавшихся по мужу женщин. Он заслуживал лучшего, чем позволять хозяйке манипулировать собой. Но теперь вопрос, который больше всего вертелся на устах высшего света, несомненно, заключался в том, кто из них заманит в ловушку самого неуловимого холостяка Лондона?
Элли было наплевать. Она и ее сморщенное тело, которому было четверть века, были довольны ждать Джорджа.
С этой мыслью она старалась вообще не смотреть через стол. Вместо этого она сосредоточилась на своих партнерах по креслу: красивом лорде Сэвидже слева от нее и подвыпившем лорде Бэссингстоуке справа. В то время как первый уклонялся от заигрываний леди Бэссингстоук, сидевшей с другой стороны от него, последний, казалось, был очарован тонкими штрихами рукоделия, которые Элли вышила по краю своего лифа.
— Вашей жене нравится вышивать, милорд? — спросила она сквозь зубы.
Это был не первый раз, когда она спрашивала о его жене, надеясь, что мягкое напоминание заставит его опомниться. Но его два — ну, может быть, три — интереса, казалось, заключались в раскрытии тайн на дне его бокала с вином и того, что скрывалось за ее бледно-абрикосовым платьем.
Когда она смотрела в зеркало ранее, то подумала, что стильный крой был скромным. Однако, когда она села, кружевной край лифа слегка опустился — но не неприлично, — а округлости ее грудей цвета слоновой кости поднялись, как два суфле, запеченных в чашечках корсета с ластовицами.
Лорд Бэссингстоук постепенно вопросительно поднял взгляд.
— Что вы сказали, мисс Пэрриш?
К счастью, появление лакея со свежим графином у другого его локтя на мгновение отвлекло развратника.
— Достойное восхищения усилие, мисс Пэрриш, — пробормотал лорд Сэвидж рядом с ней. — Но есть джентльмены и леди, которым просто нравится шалить. Боюсь, единственный способ справиться с ним, — он незаметно подвинул к ней вилку, его рыжевато-коричневые брови изогнулись над ясными изумрудно-зелеными глазами, в которых мерцало циничное веселье, — это мягкое убеждение.
— Спасибо, милорд, — сказала она. — Я воспользуюсь этим советом с умом.
— Не оставляйте ее у себя слишком долго, хорошо? Иначе у меня не будет возможности защитить свою честь.
Она тихо рассмеялась. Заявление было комичным, так как исходило от человека такого мощного телосложения как у лорда Сэвиджа. Ходили слухи, что какое-то время он даже руководил боксерским клубом в своем бальном зале. И все же, он двигался с грацией золотого льва и казался таким же опасным для окружающих. В конце концов, он был хорошо известен в высшем свете как своего рода негодяй.
Он был еще одним богатым
