могу для него всю ночь танцевать, если он будет продолжать смотреть на меня таким горящим взглядом. Больше никакого льда и холода в глазах. Только нежность, желание и любовь, я очень надеюсь, что это любовь. Видимо, он неверно воспринимает мое молчание, потому что в его глазах появляется сначала настороженность, а потом она сменяется веселыми искорками.
— В конце концов, ты должна мне желание, Ника. Помнишь, в доме моих родителей я помог тебе слинять с ужина? Ценой моей помощи было желание. Так вот, я желаю твой танец, самый откровенный, дерзкий, сексуальный.
Я смеюсь, с облегчением понимая, что буря миновала.
— Для тебя да, я станцую, — говорю, обвивая его шею руками. — Но сначала … мы же даже не поздоровались друг с другом, как следует. Поцелуй меня, Кирилл. Сначала поцелуй, потом все остальное, я так скучала по тебе.
Он целует. Набрасывается на мои губы сразу же после моей просьбы так, что весь воздух мгновенно вышибает из моих легких. Не знаю, сколько проходит времени, оно сейчас смазывается за ощущениями и чувствами, но Кирилл с сожалением отрывается от меня. Тяжело дышит, но старается взять себя в руки.
— Я теряю контроль, Ника. Сначала танец, пожалуйста. Потом все остальное.
Мой контроль уже давно потерян и меня даже не пугает сейчас тот намек-обещание, который вылетает из его рта. Я готова на все рядом с ним. Я хочу эту ночь, нашу ночь любви и страсти.
С сожалением отхожу от него и оглядываюсь в поисках своей сумки. Мне нужен телефон, там у меня все песни, под которые я танцую. Снимаю с себя сапоги и пиджак, выключаю верхний свет, оставляю только два настенных светильника. Подключаю телефон к колонке, нахожу нужный трек и включаю.
Мое тело уже разогрето практически до точки кипения нашими поцелуями и объятиями, поэтому все движения получаются наиболее чувственными. Мне всегда безумно нравится танцевать, но от осознания, что сейчас я танцую для любимого мужчины, предохранители слетают напрочь.
Прямо в танце стягиваю с себя джинсы, потому что они сковывают движения. Сейчас на мне только кружевная маечка до талии и кружевные трусики. Кирилл неотрывно следит за мной пылающим взглядом и с силой сжимает кулаки. Во второй половине танца он не выдерживает и вскакивает с места, доходит до середины комнаты и останавливается.
Я не прекращаю танцевать, просто быстро переключаю трек на более медленный и подхожу к нему вплотную. Сама прижимаю его к себе за бедра и начинаю двигаться под музыку уже с ним. Руками обнимаю за плечи и поднимаю голову, чтобы посмотреть в его глаза. Там настоящая буря эмоций. И это торнадо сейчас сметет все на своем пути.
Вижу, что тормоза слетают у нас обоих и тянусь навстречу его губам. Кирилл подхватывает меня под бедра и впивается в меня поцелуем. Одновременно с этим я обнимаю его ногами и безропотно сдаюсь его властному напору.
А дальше все сливается в один волшебный миг, в котором я чувствую только нежные руки, требовательные губы и горячий шепот у виска. Плавлюсь под этим напором и ничего больше не соображаю, тону в этом водовороте удовольствий, хочу еще больше его рядом, в себе, на себе, под собой.
Выдыхаю со стоном его имя и проваливаюсь в очередную волну наслаждения, которая отбирает у меня все силы. Кажется, что даже пошевелиться не смогу больше. Никогда не думала, что так может быть, это даже словами не описать. Вот так отдавать мужчине себя без остатка и взамен брать то, что дает он.
Нам не удается выспаться этой ночью, кажется, я закрывала глаза только пару раз на несколько минут, а потом нас опять сносило ударной волной желания и все повторялось снова и снова.
Глава 19
Мы кое-как сползаем с кровати в районе одиннадцати часов утра и я, еле отбившись от Кирилла, с диким хохотом убегаю в душ. Все мое тело покрыто следами нашей любви, губы выглядят так, будто в них накачали не одну порцию силикона, ярко-красные и припухшие.
Свою одежду с собой я не брала, поэтому заворачиваюсь в полотенце и выхожу из ванной. Кирилл в это время что-то готовит на кухне, но когда видит меня, быстро выключает конфорку, одним рывком стаскивает с меня полотенце, сажает на стол, и … желает доброго утра. Мне кажется, что мой голос окончательно садится от бесконечных стонов и криков.
— Не могу остановиться, прости, — шепчет Кирилл мне в губы, — вижу тебя в таком виде и мне сносит башню. А тебе нужен перерыв, совсем я тебя замучил. Одевайся, поедем в университет. Может, хоть к последней паре успеем.
Я быстренько привожу себя в порядок, одеваюсь и мы выходим на улицу. Хорошо, что я вчера успела предупредить родителей и Юльку, что ночую у нее. Хотя она на мое сообщение прислала мне кучу смайликов с выпученными глазами. Поняла, скорее всего, где я собиралась остаться на ночь. Это значит, что сегодня меня ждет допрос с пристрастием.
Мы расходимся с Кириллом по разным аудиториям, но перед этим долго прощаемся. Он нисколько не смущается и вовсю демонстрирует наши отношения, вызывая возмущенные недовольные возгласы девчонок и их же завистливые взгляды в мою сторону. Я чувствую себя не так свободно, мне не нравится такая публичность, но сказать Кириллу об этом не решаюсь, ему это точно не понравится.
Подруга подбегает ко мне и долго сканирует лицо внимательным взглядом.
— Охренеть, — выдыхает и ее брови с изумлением ползут вверх, — это в какую же турбину тебя засосало этой ночью.
Я моментально краснею от ее фразы и закатываю глаза.
— Ты и без меня знаешь в какую, Юль, — стараюсь ответить максимально спокойно.
Всю лекцию она не сводит с меня хитрющего взгляда и периодически хихикает. Если честно, я ожидала упреков с ее стороны и нравоучений на тему, что я слишком быстро сдалась. Но подруга удивила, она скорее выглядела так, будто давно ждала такого развития событий.
А еще я постоянно чувствую на себе женские взгляды. Прожигающие, с ненавистью, злобой и завистью. Вот она одна из граней реальной жизни, в которой я девушка Кирилла Гордеева. Надеюсь, меня за углом нигде не пристукнут.
Когда пара заканчивается, и мы с Юлькой выходим в коридор, меня сразу ловят чьи-то руки, обнимают сзади за талию и крепко припечатывают к сильному телу. Мое в ответ сразу слабеет, голова кружится, дыхание перехватывает и конечно же мурашки, куда без них. Я начинаю смеяться
