– Можем перенести, Ален, – негромко отозвался из-за спины Рэм, и я чуть не подскочила от неожиданности, слишком уйдя в размышления.
По-хорошему, сейчас бы догнать Женьку и разрешить недоразумение, но… Я поджала губы и мотнула головой.
– Нет, пойдем, – отрывисто произнесла, продолжив спускаться.
Про себя подумала, что если Рэм сейчас из джентльменских соображений начнет уговаривать меня все-таки вернуться и разобраться с моим ревнивым мужчиной, я его стукну, точно. И не посмотрю, что начальник. Однако Рожнов благоразумно молчал, видимо, мое красноречивое сопение говорило лучше всяких слов. Нет, в самом деле, почему я должна оправдываться перед Соколинским, будто сделала что-то нехорошее? Не на свидание же иду. И вообще, где сказано, что я теперь не имею права вообще общаться ни с какими другими мужчинами? Что за шовинизм? Вот сам же виноват, что ведет себя по-дурацки, а обижается на меня.
Мы вышли на улицу, так же молча дошли до улицы Белинского и засели там в небольшом уютном грузинском кафе. Я отодвинула нерадостные мысли о своей так резко начавшей рушиться личной жизни и сосредоточилась на обеде. Сделав заказ, откинулась на спинку стула, посмотрела на задумчивого Рэма и задала первый вопрос:
– Почему я в рысь превратилась?
В голубых глазах Рэма мелькнуло неподдельное удивление, но он все же ответил:
– Потому что это твоя вторая ипостась.
– А разве так бывает? – теперь удивилась я. – Вроде у всех оборотней только одна форма, разве нет?
– Бывает, Ален. – Взгляд начальника стал внимательным, я едва не поежилась под ним. – У песцов – бывает. У тех из них, кто является близким родственником главы клана, – уточнил негромко Рэм, и я уставилась на него, неприлично открыв рот.
– То есть… – пробормотала обескураженно я, силясь уложить в голове поистине убойные сведения.
Рожнов вздохнул, все так же не отрывая от меня взгляда, и следующий вопрос задал уже он:
– Ален, ты не помнишь своего прошлого? Ты ведь должна это знать.
Я покачала головой и отвела глаза.
– Не помню, – тихо призналась. – Все, что было со мной до появления в Питере, не помню.
Рэм поднял брови и чуть поморщился, потер пальцами лоб.
– Ты – дочь главы клана, – выдал наконец он, и я вторично ударилась челюстью об стол. – Единственная, кто остался в живых.
После этой его фразы мне резко расхотелось продолжать расспросы, но пребывать дальше в неведении я уже не могла.
– Что… с ними случилось? – почти шепотом спросила, одновременно и страшась, и жаждая получить ответ.
– Они… – начал было Рэм, но тут у него зазвонил телефон.
Он достал, недовольно нахмурившись, посмотрел на номер и принял вызов, тихо обронив:
– Прости, это важно. Да, слушаю, – уже нормальным голосом. – Добрый вечер, рад слышать. – Рэм помолчал. – Да, все в порядке, я нашел ее.
Мои уши встали торчком, силясь расслышать разговор, но услышала я лишь громкий возглас после последних слов шефа.
– Думаете, стоит?.. – осторожно переспросил барс, покосившись на меня со странным выражением, выслушал ответ и кивнул, хотя собеседница не могла его слышать. – Хорошо, вам виднее. Всего хорошего. – Он отключился и убрал телефон. – В общем, это была твоя бабушка, она – единственная близкая родственница, оставшаяся в живых, и она скоро приедет в Питер, – добил окончательно Рэм.
– Так. – Я глубоко вздохнула и прикрыла глаза. – А теперь, пожалуйста, все с самого начала. Какое отношение ты имеешь к моей жизни, что случилось с моей семьей и как я оказалась здесь, – решительно заявила, посмотрев на Рэма.
Нам очень вовремя принесли заказ, и я приготовилась слушать под вкусную еду. Надеюсь, она не встанет мне поперек горла.
– История не очень веселая, – предупредил Рэм, и я обреченно поняла, что моим надеждам не суждено сбыться.
– Не надо запугивать. – Я мотнула головой.
– Как скажешь. – Барс наклонил голову и начал рассказ: – Четырнадцать лет назад дядя попросил меня присмотреть за тобой, потому как наша семья давно служила твоей в качестве телохранителей…
Чем дальше говорил Рэм, тем меньше я смотрела в свою тарелку, аппетит постепенно сходил на нет. Его история вышла не очень длинной, но совсем нерадостной. Мой отец был судьей в Мурманске, разбирал сложные дела, связанные с магами, ведьмами и нарушением закона, регламентирующего использование дарованных сил. Естественно, многие его не любили, поскольку он взяток не брал и всегда судил по совести, как и полагается судье. Ну и особый нюх позволял ему безошибочно определять, виноват обвиняемый на самом деле или нет, лучше всяких улик. Обмануть нос песца, умеющий чуять запах магии, невозможно, как я уже сама смогла убедиться за время работы в агентстве. Я как раз только перешла в десятый класс, когда кто-то из недругов отца, по всей видимости, решил ему отомстить и каким-то образом ухитрился устроить побег из резервации парочке вампиров недалеко от Мурманска. Ну и… Отсутствовала тогда только бабушка, она уехала в Канаду к дальним родственникам, а вампиры напали неожиданно, быстро и бесшумно. Рэм тогда и получил свой шрам, дав мне возможность убежать, а мои родители до последнего защищали меня…
Он потерял в той бойне дядю, у меня же, наверное, от сильного стресса и случилась эта амнезия, да еще я долгое время провела в животной ипостаси, пока к Питеру бежала. А бабушка, когда приехала через несколько дней, подняла на уши всех, но я, видимо, уже далеко ушла, а поиск по крови с нами не работает.
– А я в больнице провалялся несколько месяцев, – закончил Рэм. – Только когда вышел, смог начать твои поиски.
Барс замолчал, а я, отодвинув наполовину съеденный шашлык, сглотнула горький ком, силясь хоть как-то пробудить память, но даже на откровения Рэма ничего не отзывалось. В груди будто ворочался большой колючий еж, чутье подсказывало, что барс не врал и все было действительно так, как он говорил. Еще и наверняка что-то утаил, чтобы поберечь мою психику. И… что мне теперь делать с этим знанием? Если я дочь главы клана, значит, наверное, мне надо вернуться в Мурманск? Я подняла голову и растерянно уставилась на Рэма.
– Я не поеду обратно, – неожиданно твердым голосом ответила. – Мне и здесь, в Питере, отлично живется. Кстати, нашли того, кто натравил вампиров?
– Нет. – Рожнов покачал головой и снова поморщился. – Но нападение точно было спровоцировано, сами они не выбрались бы.
Я приложила пальцы к вискам и покачала головой. Конечно, хотелось узнать, как Рэму все же удалось спустя четырнадцать лет найти меня, зачем сюда бабушка приезжает, но мозг уже отказывался принимать новые порции сведений. Ему бы эти переварить, о том, что я сирота и еще и целая наследница клана… Глянув на собеседника исподлобья, я выпалила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
