Фиона почувствовала, как напряглась рука Уилла. Его, по-видимому, одолевали те же сомнения, что и сестру. Однако оба они продолжали ломать комедию в надежде, что все обойдется. В какой-то момент Фионе показалось, что шторки на окне экипажа слегка раздвинулись и оттуда кто-то наблюдает. Затем пассажир ударил в потолок, подавая знак кучеру остановиться. Карета замерла в нескольких шагах от Уилла и Фионы.
На пару мгновений на дороге воцарилась тишина, и Фиону охватили дурные предчувствия. И тут задняя двустворчатая дверца резко распахнулась, и из нее выскочили четверо вооруженных людей. Это были королевские стражники. Они вместе с кучером и всадниками устремились к Уиллу и Фионе.
Завязалась яростная борьба.
Фиона была в ужасе от всего происходящего. Брэдан и остальные разбойники, сидевшие в засаде, бросились на помощь.
Уилл вынужден был оставить Фиону, чтобы отбить удар направленного на него меча. В тот момент на нее набросился стражник. Замешкавшись, она не успела достать свой кинжал, и сильный ловкий мужчина схватил ее. Он заломил ей руки за спину и приставил острие клинка к горлу.
Фиона с ужасом ощутила прикосновение холодного металла к своей коже. Несмотря на сопротивление, стражник подтащил ее к экипажу. Фиона ничего не могла поделать, ее заломленные руки страшно болели, а острие приставленного к горлу кинжала грозило в любую секунду вонзиться в тело. Оказавшись за каретой, Фиона потеряла возможность видеть, что происходит с Брэданом и остальными.
— Прекратите дергаться! — прикрикнул на нее стражник и сильно тряхнул за плечо. — Если будете брыкаться, вам не поздоровится!
Фиона слышала собственное учащенное прерывистое дыхание. Но она не хотела сдаваться и изо всех сил продолжала сопротивляться…
Придя в ярость, стражник слегка надавил на кинжал, и его острие поцарапало Фионе кожу. Она поняла, что этот человек не намерен шутить, и замерла. Молча стояли они за каретой, слушая звуки ожесточенной борьбы. Однако постепенно эти звуки начали стихать, и Фиона встревожилась. Не понимая, что происходит, она скосила глаза, пытаясь хоть что-то разглядеть, поскольку повернуть голову она не могла. Стражник продолжал угрожать ей кинжалом. Казалось, он терпеливо чего-то ждет.
У Фионы занемела шея, которую она вынуждена была постоянно вытягивать, опасаясь, что острие клинка войдет в ее плоть. Но не это сейчас беспокоило ее. Фиону испугала воцарившаяся вдруг тишина. Не было больше слышно ни лязга металла, ни стонов и криков, ни шарканья ног…
Паника охватила Фиону, но она не хотела верить в самое ужасное и молила Бога о том, чтобы он сохранил жизнь Уиллу, Брэдану и остальным.
У Фионы холодело все внутри при мысли о том, что Уилл и Брэдан убиты. То, что ее пока пощадили, только усиливало ее ужас. Дурные предчувствия не оставляли Фиону. Стражник, угрожавший ей кинжалом, наверняка ждал своих товарищей, чтобы надругаться над ней. Мысль о том, что ее изнасилуют, сводила Фиону с ума. Уж лучше смерть! Она почувствовала, как комок подкатывает у нее к горлу.
Фиона решила сделать еще одну, последнюю, попытку вырваться на свободу, но в эту минуту тишину нарушил чей-то голос. Фиона, затаив дыхание, прислушалась. Кто-то звал ее, чертыхаясь и проклиная все на свете… Сердце Фионы затрепетало от радости. Это Брэдан! Она узнала его голос!
— Черт подери, Уилл, где она?
Последовал неразборчивый ответ. Фионе показалось, что это голос брата. Стражник продолжал крепко держать ее, и она не могла выбежать из-за кареты, закрывавшей ей обзор. Фиона толкнула стражника, и он, громко выругавшись, зашатался, однако так и не выпустил пленницу из своих рук. Зато теперь ее смог увидеть Брэдан.
Он замер. Первым его желанием было броситься Фионе на помощь, но Брэдан сдержал себя. На земле у его ног лежали двое стражников, Брэдан не мог отойти от них.
— Ты ранена? — крикнул он Фионе.
Она хотела ответить, но из ее груди вырвался только хрип. Стражник снова оцарапал ей горло острием кинжала.
Рядом с Брэданом стоял Уилл, его рубашка намокла от пота, грудь высоко вздымалась. В руках он держал меч. Фиона заметила, что на его левом рукаве растекалось пятно крови от полученной раны. Вокруг на земле лежали поверженные противники. Фиона не знала, живы ли они. Неподалеку от них на опушке еще один стражник пригвоздил к земле Руфуса. Рядом в луже крови лежал бездыханный Том, а в нескольких шагах от него мертвенно-бледный Генри, тоже не подававший признаков жизни. Джептаса нигде не было видно.
Вокруг стояла напряженная тишина. Ее прерывал лишь шелест листвы, в которой играл ветер. Участники этой трагической сцены боялись пошевелиться, так как любое движение могло нарушить хрупкое равновесие сил и привести к непоправимым последствиям. Вдали уже раздавались раскаты грома. Надвигалась гроза.
Необходимо было принимать какое-то решение, чтобы разрядить обстановку.
И тут внимание всех, кто еще мог стоять, привлекло движение в окне экипажа. Шторки сначала дрогнули, а потом раздвинулись. Фиона, Уилл и Брэдан попытались заглянуть внутрь…
Это позволило стражникам возобновить сопротивление. Те из них, кто еще мог держать оружие в руках, набросились на Уилла и Брэдана. Брат Фионы истекал кровью и бился из последних сил. Фиона с ужасом увидела, как он зашатался и опустил меч. Брэдан бросился ему на помощь, выпустив из поля зрения двух противников. Те напали на него сзади и обезоружили. В мгновение ока Брэдан оказался на земле, и один из стражников крепко скрутил ему руки за спиной.
А затем они без труда справились с раненым Уиллом. Его привязали веревкой к Брэдану. Трое стражников подтащили сюда же Руфуса и привязали к Брэдану и Уиллу. Сделав дело, стражники замерли с обнаженными мечами. Они как будто ждали чего-то…
Мурашки забегали по спине Фионы.
И в этот момент дверца экипажа со скрипом распахнулась и оттуда вышел высокий человек в длинном плаще. Надвинутый на лоб капюшон скрывал его лицо.
У Фионы упало сердце. Она узнала этого крепкого, ладно скроенного мужчину, несмотря на то что не могла разглядеть его лица. В памяти сразу же возникли яркие и мучительные картины прошлого. Этот человек любил одеваться во все черное — от изящных кожаных сапог до плаща. И лишь рубашки у него были всегда темно-сапфирового цвета. Даже длинные, до плеч, волосы были иссиня-черными, как вороново крыло. Его бездонные карие глаза, казалось, проникали прямо в душу.
Человек в черном наконец скинул капюшон, и все увидели его лицо с правильными чертами. У Фионы было такое чувство, словно время двинулось вспять. Ей вдруг стало нечем дышать, к горлу подкатил комок. Фиона поняла, что обречена и ей никогда не уйти от прошлого.
