Брэдан взглянул на своих приятелей, которые вынуждены были сдаться стражникам, поскольку Уилл из-за раны не мог продолжать сопротивление, а потом посмотрел в окно кареты на бледную перепуганную Фиону. Рялом с пленницей сидел охранник, которого Дрейвен приставил к ней.
Брэдан опустил меч.
— Мне кажется, мы зашли в тупик, мой дорогой племянник, — кривя рот в усмешке, заметил Дрейвен. — Вы угрожаете оружием мне, но ваши приятели и Гизелла, в свою очередь, находятся в руках моих людей. Итак, ничья!
— Вашей смерти достаточно для того, чтобы победа оказалась на моей стороне! — прорычал Брэдан, снова поднимая свой меч.
Однако ни один мускул не дрогнул на лице Дрейвена. Он все так же нагло ухмылялся. Его пронзительный взгляд буравил Брэдана.
— Хорошенько подумайте, прежде чем на что-то решиться, Брэдан, — тихим завораживающим голосом произнес Дрейвен. — Если вы хоть пальцем меня тронете, мои люди тут же убьют и ваших приятелей, и эту красивую женщину. Таков мой приказ. Так что если вы меня заколете, то явитесь виновником гибели еще трех человек. А затем мои люди и вас отправят к праотцам. — Дрейвен перевел взгляд на рану Брэдана. — Вы прекрасный воин, мой милый племянник, ваше владение оружием выше всяких похвал. Но вы утомлены и ранены, а потому не сможете одолеть трех моих стражников. Они тоже опытные и искусные воины. Подумайте об этом.
Больше всего на свете Брэдану хотелось ударом меча расправиться с негодяем. Но он не имел права рисковать жизнью Руфуса, Уилла и Фионы. Сам он был готов умереть, но опасность грозила его друзьям. И это удерживало Брэдана от решительного шага. Разве мог он принести в жертву прекрасную Фиону и ее брата? Прищурившись, он внимательно посмотрел на дядю, стараясь проникнуть в его тайные мысли. На щеках Брэдана от напряжения ходили желваки.
— Я вижу, что нам не остается ничего иного, как заключить соглашение, — проговорил он.
— Вы так считаете? — спросил Дрейвен, и в его голосе прозвучали нотки торжества.
— Да. Я хочу обменять жизнь моих приятелей на вашу. Прикажите своим людям отпустить Гизеллу и обоих пленников. Когда мое требование будет выполнено, я позволю вам и стражникам сесть в карету и беспрепятственно уехать.
Дрейвен насмешливо хмыкнул.
— Восхитительный план, де Кантер, но меня он не устраивает.
— Почему?
— Потому что, как только мы отпустим Гизеллу и ваших приятелей, ничто не помешает вам расправиться со мной.
— Я даю слово, что наше соглашение будет выполнено.
— По-вашему, я должен верить человеку, объявленному вне закона? — ухмыльнулся Дрейвен. — То есть преступнику?
— Я в меньшей степени преступник, чем вы, Дрейвен, и вам это хорошо известно. Решайтесь!
Дрейвен на минуту задумался. Он был недоволен тем положением, в котором оказался. Брэдан же испытал удовлетворение, заметив замешательство дяди. Дрейвену было явно не по себе, и ему даже не удалось это скрыть.
— Похоже, вы не оставили мне другого выхода, — нахмурившись, проворчал он. — Я вынужден принять ваше предложение.
Брэдан вдруг почувствовал сильное разочарование. До последней минуты он надеялся, что Дрейвен не пойдет на уступки и тогда Брэдан с легким сердцем убьет его, чтобы избавить мир от негодяя. Однако соглашение было достигнуто, и теперь Брэдан не мог изменить данному им слову. В конце концов он был человеком чести и всегда выполнял свои обещания.
— Прикажите стражнику, сидящему в карете, отпустить Гизеллу, — потребовал Брэдан. — А потом ваши люди освободят моих товарищей и смогут погрузить в карету убитых и раненых. Один из уцелевших стражников займет место кучера, и только тогда я отпущу вас. Вы сядете в экипаж и сможете отправиться в Лондон.
На несколько минут воцарилось напряженное молчание. Поверженный Дрейвен был мрачнее тучи.
— Неужели вы думаете, что я поверю вам? — спросил он. — Как только ваших людей и Гизеллу отпустят, у вас будут развязаны руки и вы сможете беспрепятственно расправиться со мной.
Гнев охватил Дрейвена при мысли о том, что его хотят обмануть.
— Вы же знаете де Кантеров, Дрейвен, — холодно произнес Брэдан. — Задолго до женитьбы на сестре моей матери вы были хорошо знакомы с моим отцом. Мир его праху… Надеюсь, вы не станете отрицать, что он был человеком слова. Я — его сын и тоже умею отвечать за свои слова. Считаю, что нам больше нет смысла возвращаться к этой теме.
Дрейвен зло прищурился и, не сводя глаз с Брэдана, громко отдал приказ своим людям отпустить пленников. Освобожденные Фиона, Уилл и Руфус отошли подальше к опушке леса. Уилл, потерявший много крови, был очень бледен. Стражники собрали трупы и раненых с поля боя и погрузили их в карету, а затем привязали к ней верховых лошадей. После этого люди Дрейвена сели в экипаж, а один из них поднялся на козлы.
Брэдан, все еще угрожая дяде мечом, усадил его в экипаж и заблокировал дверцу длинной палкой, которую ему принес Руфус. Теперь те, кто находился внутри, не могли выйти без посторонней помощи.
Отступив от экипажа, Брэдан хмуро кивнул кучеру, разрешая трогаться с места. Как только карета пришла в движение, сидевший у окна Дрейвен раздвинул шторки и нашел взглядом Фиону. Слабая улыбка тронула его губы.
Мурашки пробежали по спине Брэдана.
— Не беспокойтесь, Гизелла, — пообещал Дрейвен, — мы скоро снова встретимся, и я вас больше никому не отдам.
Он послал ей воздушный поцелуй и еще что-то негромко сказал, однако его слова заглушил грохот колес набиравшего скорость экипажа. Вскоре карета скрылась из виду.
Брэдан взглянул на Фиону. Она выглядела измученной, руки дрожали. Внезапно крик отчаяния вырвался у нее из груди и она, повернувшись, бросилась в лес. Брэдан хотел остановить ее, но Фиона уже скрылась за деревьями.
Вложив меч в ножны, Брэдан подошел к Уиллу, которого перевязывал Руфус. Главарь изредка постанывал.
—Догоните ее, — морщась от боли, проговорил Уилл. — Ей сейчас очень нужны помощь и поддержка. Генри и Том погибли. Царствие им небесное… Джептас тоже убит. Он лежит там, в канаве. — Уилл кивнул в ту сторону, где началась схватка. — Но моя сестра должна жить. Я очень беспокоюсь за нее. Встреча с этим негодяем выбила ее из колеи. Догоните ее, а мы тут сами справимся.
Брэдан молча кивнул и быстрым шагом направился в лес. Там, где прошла Фиона, мокрая трава была примята. Брэдан надеялся, что ему удастся найти и успокоить эту женщину, дороже которой у него никого не было на свете. Он понимал, что встреча с Дрейвеном разбередила незажившие душевные раны Фионы.
Глава 12
Фиона бежала, не разбирая дороги. Ее душили слезы. Из груди рвались рыдания. Тошнота подкатывала к горлу. Почти ничего не видя, она спотыкалась о мокрые от дождя сучья, ей с трудом удавалось устоять на ногах. Фиона бежала куда глаза глядят, ее подгонял страх. Она была напугана словами Дрейвена,
