не успел добраться до дома, как настроение графа было испорчено.
Позвонил близкий друг, Пригожев, с которым они хотели породнить семьи. После этого будет подписан договор о взаимном сотрудничестве. И тогда положение Воронцовых в аристократическом обществе значительно укрепится.
Юра Пригожев сообщил, что Юля в грубой форме отшила его сына.
— Не может быть! — вскрикнул Василий. — Она всегда была очень послушной и воспитанной девочкой.
— Воспитанной? Да она чуть ли не матом послала моего Никиту. На улице, при всех! — возмущался друг. — Ты меня, конечно, прости, но ей придётся извиниться.
— Обязательно извинится! В этом можешь даже не сомневаться, — заверил граф.
Он не стал даже выяснять подробности. Дочь в последнее время в кругу семьи очень резко высказывалась в адрес Никиты. Граф прекрасно знал её отношение к Пригожеву-младшему. Но куда она денется. На кону — благосостояние семьи. А это важнее принципов дочери.
— Но и это ещё не всё, — продолжил друг. — С ней был старший отпрыск Черкасова.
— Ты у-уверен⁈ — граф аж заикаться начал от такой новости.
— Конечно. Он сам назвался, — нервно ответил Пригожев. — И они объявили Никите, что встречаются. Как тебе такое? Ты что, с Черкасовыми хочешь породниться?
— Этого ещё не хватало! — вскрикнул Воронцов. — Ты не волнуйся, я вправлю Юльке мозги.
— Да уж постарайся, — вздохнул друг. — Не хотелось бы мне в семью такую строптивую невестку.
— Не волнуйся, я поговорю с ней, — пообещал граф. — Как и договаривались, завтра вечером встречаемся в ресторане. Будем отмечать помолвку.
— Если что — репортёров и живую музыку беру на себя, — ответил Пригожев.
На этом они завершили разговор.
Граф задумался. Начальник службы безопасности Алексей докладывал, что Юля и Черкасов видятся в академии. Но о встречах личного характера ничего не говорил. Неужели прикрывает Юлю?
Граф тут же набрал номер Алексея
— Добрый день, Василий Иванович. Слушаю вас, — послышался из телефона бас Алексея.
— Лёша, до меня дошли слухи, что Юля и Черкасов встречаются. Это правда? — строго спросил он.
— Да. В коридорах академии, на турнире… — принялся перечислять он.
— Я не об этом. Они встречаются, как пара?
Алексей взял паузу.
— Ну так что? Язык проглотил? — раздражённо переспросил граф.
— Я бы сказал, что они друзья, а не пара, — отозвался телохранитель. — Встречаются только в людных местах и в моём присутствии.
— Хорошо. Понял тебя, — с облегчением выдохнул Воронцов.
Он доверял Алексею и знал, что тот исправно выполняет свои обязанности. Если сказал, что друзья — значит, так оно и есть. Правда, их дружба графа тоже не устраивала. Лучше держаться подальше от этих Черкасовых.
Вскоре машина въехала на территорию особняка Воронцовых, а чуть позже граф оказался дома. Отдал дворецкому плащ и велел позвать дочь в свой кабинет.
Даже если Юля придумала, что встречается с Черкасовым, чтобы отвадить Никиту, он всё равно должен жёстко пресечь такое поведение. Ведь решение о свадьбе уже принято.
Через пару минут в кабинет зашла супруга, а за ней и дочь.
— Отец, здравствуй, — радостно прощебетала Юля. — Мне сказали, что ты звал меня?
— Здравствуй, дочь. Садись, нам нужно поговорить, — он указал на кресло напротив стола.
Улыбка с лица девушки тут же слетела. Она знала, о чём будет этот разговор, поэтому посмотрела на мать, ища поддержки, но Валентина лишь отвела взгляд на пёстрый ковёр на полу, устраиваясь в кресле рядом.
— Сразу говорю — я за Никиту не выйду! — упрямо заявила Юля.
— Выйдешь! — грохнул граф кулаком по столу. — И это не обсуждается! Всё решено.
— Нет! Я же говорила! Он мне даже не нравится, — девушка раскраснелась, вцепившись в подлокотники кресла.
— Какая разница, нравится или нет? — раздражённо ответил граф. — Ты обязана слушаться родителей! Мы точно знаем, что для тебя будет лучше. Сколько тебе можно говорить, что для нашего рода это очень выгодная партия⁈ От этого брака все выиграют.
— Нет, не все! — обиженно вскрикнула Юля. — Ты только о себе думаешь и своём… своём сейфе. Деньги, деньги, деньги… А как же я, отец⁈ Тебе же просто наплевать на мои чувства!
— Доченька, — мягко ответила Валентина, положив ладонь на руку Юли. — С Никитой ты всегда будешь при деньгах. У них очень обеспеченный род. А этот Черкасов… С ним вообще непонятно, что будет дальше. Лучше не рисковать своим будущим ради мимолётных чувств.
— Мама, я уже сказала, что не пойду замуж за этого рыжего таракана! — всхлипнула Юля. — Терпеть его не могу!
— Ты что такое говоришь! — граф нахмурил кустистые брови. — А ну, прекрати! Я думаю о твоём будущем! И о твоих детях тоже. Ты хочешь, чтобы Воронцовы обнищали? Чтобы потеряли деньги и власть? Так и будет, если приведёшь в наш род Черкасова.
— Володя самый лучший из всех, кого я знаю. Он… он честный, добрый, справедливый и сильный. И я люблю его! — ответила его дочь.
— Что⁈ — Воронцов вскочил на ноги. — А ну, марш в свою комнату! Будешь сидеть там, пока не одумаешься. А про Черкасова можешь забыть! Я костьми лягу, но не позволю позорить наш род!
— Всё с вами понятно! — Юля вскочила с кресла и выбежала из кабинета, еле сдерживая слёзы.
Граф подозвал дворецкого и велел запереть спальню Юли, а ключ принести ему. Он сможет укротить строптивую дочь. Посидит, подумает, а завтра будет как шёлковая.
Чуть позже поднялся к ней и забрал телефон. Не хватало ещё, чтобы она кому-то пожаловалась. Или связалась с этим недоноском.
* * *
Спальня Юлии, раннее утро следующего дня
Юля отказалась от ужина, таким образом выражая протест. Однако прекрасно понимала, что рано или поздно придётся согласиться на условия отца.
Но ещё бабушка ей говорила: из любой ситуации есть выход. Иронично, конечно, но им был выход из окна. Она хотела улизнуть глубокой ночью, но уснула.
А сейчас на часах шесть утра. По идее ещё все спят, и охрана не очень активно ходит по периметру. Самое время. Другого шанса у неё не будет.
Юля открыла окно, выглянула вниз. Прямо под окном находилась клумба с цветами. А рядом колыхалась на ветру ветка разросшейся старенькой яблони. Если встать
