поясе.
— Синьор Матчин, — тихо сказал он после того, как все расселись по местам в автобусе и мы выехали за территорию поместья маркиза Сальви. — Только не говори, что ты усовершенствовал технику сдерживания мастеров холодного оружия.
— Нет, — я улыбнулся, видя его серьёзное выражение лица. — Я этой темой не занимался. Не до этого сейчас.
— И правильно, — он одобрительно кивнул. — Не нужно это никому. Только навредит.
Я в окрестностях Рима не ориентировался, но судя по навигатору, ехали мы на восток. Первого января по полупустым улицам и автострадам дорога заняла всего тридцать пять минут. Мы выехали за пределы столицы, свернули на ещё более пустую дорогу, объезжая пригород, и оказались перед небольшой промышленной базой, огороженной сплошным забором и двумя линиями шлагбаумов. Количество охранников в военной форме и с автоматами в руках указывало, что приехали мы в ту самую ведомственную кузню, о которой упоминал Вито. Он вышел на минуту, что-то сказал охране, и нас пропустили даже без досмотра.
Проехав базу почти насквозь, мы остановились у ряда одинаковых кирпичных домиков с высокими острыми крышами. Из трубы над ближайшим домом в пасмурное небо поднимался горячий воздух, а из-за приоткрытой двери слышался лязг железа. Вито пригласил нас как раз туда. В кузницах мне бывать доводилось, но только в диких странах Африки и ещё на паре островов вокруг. Здесь же всё выглядело совсем иначе. К примеру, здесь стоял массивный пневматический молот, а горн, наоборот, был скромным по размеру. Зато кузнечного инструмента вокруг море, молоты самых разных размеров, три наковальни, точильные камни, баки с самой разной жидкостью и теснота. Резко пахло машинным маслом, зато светло и тепло, даже жарко.
— Тесновато, — сказал я, когда мы огромной компанией вломились в помещение.
— Они здесь все одинаковые, — сказал Вито, имея в виду кузню. — Можете посмотреть отсюда за работой мастера или заглянуть в соседние кузни. Только не трогайте ничего, чтобы не испачкаться и не пораниться.
Последнее он сказал любопытным мальчишкам, выглядывающим из-за спины Эсмеральды. Мне бы такое сказали в девять лет, я бы уже бегал по территории, размахивая найденным клинком от недоделанного меча или кузнечным молотом. Мечи, кстати, в помещении были. Точнее, клинки без рукоятей. В основном простой прямой формы, установленные на специальную деревянную подставку. И выглядели они так, словно их специально установили для гостей. Два заточенных и отполированных до зеркального блеска клинка, обоюдоострых. Ещё три выглядели как полоски стали, без режущей кромки, и ещё один ждал, чтобы по нему хорошенько прошлись молотом.
Девушек помещение не впечатлило. Мартина и Сабина встали у самого входа, чтобы не испачкать платья. А вот разочарованный взгляд Эйли говорил, что она ожидала увидеть совсем иную картину.
— Мастер Конте, — Вито обратился на итальянском к крепкому широкоплечему мужчине, работающему у горна. Открыв небольшую дверцу, он что-то поправил длинными щипцами.
Надо сказать, что мастер особым образом сдерживал жар из горна, чтобы он не проникал в помещение. Он что-то ответил низким голосом, посмотрел на обилие гостей, топчущихся в тесном закутке у входа.
— Мастер Конте плохо говорит на английском, — сказал Вито. — Я буду вашим переводчиком.
— Это займёт какое-то время, — сказал я Сабине и Мартине. — Можете погулять пока. Если у меня получится задуманное, я всё покажу. Эсмеральда?
— Мы погуляем вокруг, — она понятливо кивнула, посмотрела на Вито.
— Можете гулять смело, — сказал он. — Сейчас здесь почти никого нет, и вы никому не помешаете.
— А мы посмотрим, — сказал Ивар, развернув за плечо Эйли и подтолкнув к выходу. — Только не шали и присмотри за мальчиками.
— Хорошо, дядя Ивар, — она кивнула с серьёзным выражением лица, заставив улыбнуться.
Я немного прошёл вглубь кузни, мимо верстака с тисками и аккуратно разложенным набором инструментов.
— Что нужно для проверки? — перевёл слова мастера Вито.
Я обернулся, посмотрел на Оскара.
— Нужен откованный клинок из хорошей стали, готовый к закалке, — сказал он. — И нагреть его до нужной температуры.
Мастер что-то спросил, посмотрел на Вито со скепсисом. Получив ответ, он проворчал что-то недовольно и вернулся к горну.
— Спрашивал насчёт материала, — сказал Вито. — У него осталась заготовка с примесью вольфрама. Сталь очень прочная, но закаливать её сложно, нужно учитывать много тонкостей. Одна ошибка, и сталь из хорошей станет плохой, слишком хрупкой. Важно время выдержки в печи и правильная скорость охлаждения.
Мастер Конте достал из контейнера под верстаком клинок, по форме напоминающий широкий охотничий нож. Неужто это была вся «особая» сталь? Если да, то не пойму, зачем так заморачиваться? Опытный мастер может противника тупым ножом для масла на дольки порезать. Хотя есть нюанс, в виде редких артефактов. Взять хотя бы боевой стержень, подаренный мне императором Цао. Невероятная вещица, способная пропускать сквозь себя огромное количество энергии. Может, с оружием точно так же? В таком случае мастерам, как Вито и Оскар, можно посочувствовать. Не каждый день тебе в руки попадает уникальный и настолько сильный артефакт. Понятно, почему Оскар второй день ходит в обнимку с рапирой. Не удивлюсь, если он её держит рядом с кроватью, когда спит.
Пришлось подождать, пока клинок разогреется до нужной температуры. Мастер Конте следил за ним, не отвлекаясь, глядя на датчики, встроенные в печь. Попутно он использовал какую-то огненную технику, направленную на заслонку. Обернувшись, он что-то сказал, показав на бадью с тёмной жидкостью.
— У Вас будет совсем немного времени, — перевёл Вито. — Иначе металл остынет и не закалится должным образом. Готовы?
— Готов.
Мастер Конте открыл заслонку, ухватил раскалённый клинок длинными щипцами, осторожно вынимая. Чтобы не терять время, я почти сразу пропустил сквозь горячий металл поток мировой энергии. Странно, но в кузне её было необычно много. Я почти физически ощутил, как клинок сопротивляется. Пришлось прижать его у основания доспехом духа, чтобы не вырвать из щипцов. Представив, что передо мной рапира, надавил сильнее. На секунду показалось, что металл не выдержит и разлетится на кусочки. Дальше всё произошло как-то слишком резко. Поток силы прошёл через клинок насквозь, разрезав самую большую из наковален, стоявшую как раз напротив острия. Массивный нос наковальни с громким «бум» тяжело рухнул на пол.
— Давай, — сказал я на итальянском, отпуская контроль над силой.
Мастер Конте поспешил окунуть его в ёмкость с тёмной жидкостью, которая забурлила, но быстро
