– Гувернантка вынуждена прислушиваться к мнению всех без исключения.
– Вы не обычная гувернантка.
– А знаете, мистер Нэнселлок, – легко заметила я, – мне почему-то кажется, что все гувернантки в вашей жизни были необычными. Будь это не так, они скорее всего не оставили бы и следа в вашей памяти.
Пришпорив Пирата, я оставила Питера Нэнселлока одного и больше не говорила с ним до начала соревнований. Он выступал передо мной. Наблюдая за ним, я подумала, что они с Джесинтой как одно целое. Кентавр. Кажется, так называется существо, у которого тело коня, а голова и плечи мужчины.
– Изумительно, – громко вырвалось у меня, когда, искусно преодолев все расставленные барьеры, он галопом объехал поле. На такой лошади любой может стать победителем, едко заметила я про себя.
Он закончил выступление под громкие аплодисменты. Мои аплодисменты были еще впереди.
Мой взгляд упал на Коннана Тре-Меллина на судейской трибуне.
Наклонившись к шее коня, я прошептала:
– Помоги мне, Пират. Я хочу, чтобы ты победил Джесинту и выиграл приз. Я хочу показать Коннану Тре-Меллину, что я кое-что умею. Помоги мне, Пират.
Конь напрягся и слегка подался вперед. Я знала, он услышал призыв в моем голосе.
– Вперед, Пират, – шепнула я. – Мы победим.
Кажется, мы прошли дистанцию не хуже Джесинты. Я услышала взрыв аплодисментов, когда, закончив программу, покидала поле.
Пришлось ждать, пока выступят все участники, записавшиеся в этот вид соревнований. Я была рада, что результаты решили объявлять в конце каждого вида. Гораздо интереснее узнать имена победителей сразу после выступления. Мне всегда казалось, что когда победителей объявляют только в конце состязаний, это снижает интерес и удовольствие зрителей.
– В этом виде первое место заняли сразу два участника, – объявил Коннан. – Они набрали равное число очков. Это очень необычно, но я счастлив сообщить, что победителями стали мисс Марта Лей на Пирате и мистер Питер Нэнселлок на Джесинте.
Мы подъехали к судейской трибуне получить свои призы.
Коннан сказал:
– Призом является вот эта серебряная ваза для цветов. Поскольку мы не можем поделить ее пополам, вазу получает дама.
– Разумеется, – сказал Питер.
– Но вы получаете серебряную ложку, – сказал ему Коннан. – Утешительный приз за то, что разделили первое место с дамой.
Нам вручили наши призы. Когда Коннан передавал мне мой, он улыбался и был очень доволен.
– Великолепное выступление, мисс Лей. Я и не знал, что Пират способен на такое.
Похлопав коня по шее, я сказала, обращаясь скорее к нему, чем к кому-либо другому:
– Лучшего партнера нельзя и пожелать.
Затем мы с Питером отъехали, держа в руках наши трофеи: я – свою вазу, а он – ложку. Питер сказал мне:
– На Джесинте вам бы не было равных.
– Мне все равно пришлось бы соревноваться с вами, даже если бы вы были на другой лошади.
– Джесинта выиграет любую скачку… только посмотрите на нее. Само совершенство, не так ли? Ну, да что теперь об этом. Вы получили свою вазу.
– Я всегда буду думать, что она не совсем моя.
– Составляя букет в этой вазе, вы всегда будете думать: половина ее принадлежит тому человеку… как бишь его звали? Он всегда был со мной таким нежным, а я – несколько язвительной к нему. Как я сейчас раскаиваюсь в этом!
– Я очень редко забываю имена, к тому же в моем поведении я не нахожу ничего достойного сожаления.
– Мне кажется, я знаю, как разрешить проблему с вазой. А что, если нам зажить одним домом? Она займет в нем самое почетное место. Мы сможем называть ее «наша ваза», и оба будем счастливы при этом.
Меня разозлило его легкомыслие:
– Мы вряд ли будем счастливы в чем-либо другом, – ответила я, отъезжая.
Я хотела быть рядом с судейской трибуной, когда наступит очередь Элвины. Я хотела видеть лицо Коннана во время выступления его дочери. Я хотела быть рядом, когда она получит приз – а в том, что она его получит, я не сомневалась. Элвина мечтала о победе и немало для нее потрудилась. Ей не составит большого труда преодолеть барьеры.
Когда начались соревнования среди восьмилетних младшей группы, я с нетерпением ждала появления Элвины. Почти все дети уже выступили, а ее все не было. Соревнование закончилось, и объявили результаты. Элвина так и не появилась.
Меня душили слезы разочарования. Она испугалась, в последний момент испугалась! Все мои усилия напрасны! В решающую минуту вернулись прежние страхи.
Пока раздавали призы, я стала искать Элвину, но тщетно. Вот-вот должны были начаться соревнования для старшей детской группы. Тут меня осенило: она вернулась домой. Я вообразила ее отчаяние – после всех наших разговоров и тренировок мужество покинуло ее в самый критический момент.
Мой триумф теперь казался ничтожным и пустым. Мне захотелось уйти и поскорее найти Элвину, успокоить ее, потому что, несомненно, ей понадобится мое сочувствие.
Я вернулась в Маунт Меллин. Расседлав Пирата, я быстро обтерла его, налила воды, положила охапку сена в стойло и направилась к дому.
Я зашла с заднего крыльца, дверь была не заперта. В доме было очень тихо. Кроме миссис Полгрей все на празднике в деревне, догадалась я, а она скорее всего отдыхает в своей комнате.
Поднимаясь по лестнице, я позвала Элвину.
Ответа не было, и я бегом направилась в ее комнату через классную. Возможно, она и не возвращалась домой. Тут я вспомнила, что не видела Принца в конюшне. Но я не проверяла его стойло.
Я зашла к себе и в нерешительности остановилась у окна. Вернусь назад, решила я. Она, наверное, все еще там.
Стоя у окна, я вдруг поняла, что в комнате Элис кто-то есть. Не знаю, почему я была в этом так уверена. Может быть, это была всего лишь тень на стекле? Нет, там кто-то есть.
Не думая о том, что я буду делать, когда найду того, кто там прячется, я бросилась к комнате Элис. Мои шаги гулки отдавались под сводами галереи. Широко распахнув дверь в ее комнату, я крикнула:
– Кто здесь? Кто здесь?
В комнате никого не было, но в ту же секунду я заметила, как захлопнулась дверь в противоположном конце комнаты.
Мне показалось, что это могла быть Элвина; я была уверена, что нужна ей в эту минуту. Надо найти ее, и страх, который владел мной, вдруг исчез. Быстро пройдя через гардеробную, я открыла дверь в спальню. Осмотрелась. Подбежала к окну и заглянула за шторы. Там никого не было. Затем я подбежала к другой двери и открыла ее. Я увидела еще одну гардеробную, очень похожую на гардеробную Элис. Дверь на противоположном конце была приоткрыта. Я прошла туда и поняла, что это спальня Коннана: на туалетном столике лежал галстук, который еще сегодня утром был на нем. Поодаль лежал его халат.
