что нёс по дороге. Я не со зла. Просто привык так общаться.
Леха удивлённо моргнул. Макс? Извиняется?
— Забей, — он пожал плечами, настороженно наблюдая за здоровяком.
— Нет, серьёзно, — Макс повернулся к нему. — Ты молодец. Классно раскидал тех тварей. Я бы сам так не смог.
Что-то в его голосе насторожило Леху. Слишком уж это было непохоже на обычного Макса — грубого, наглого и самоуверенного. Но прежде чем он успел что-то ответить, снаружи раздались выстрелы, а за ними — отчаянный крик.
— Володя! — крикнул Макс, бросаясь к выходу.
Они выскочили из склада и побежали на звуки выстрелов. Голос Володи, искажённый помехами, донёсся из рации:
— Мертвяки… много… окружают…
Они рванули к административной части, куда направился Голубев. Когда до нее оставалось всего несколько поворотов, из-за угла выскочила огромная фигура — отожравшийся мертвяк, больше похожий на гору раздутой плоти, чем на человека. Он двигался с невероятной скоростью и сходу сбил Макса с ног, отбросив его к стене.
Леха инстинктивно выстрелил, но пуля лишь оцарапала плечо твари. Мертвяк развернулся, издал утробный рык и бросился на него. Парень отскочил, пытаясь использовать свои способности, но усталость от предыдущих усилий давала о себе знать — энергии было катастрофически мало.
Макс тем временем поднялся на ноги и выхватил охотничий нож из ножен на поясе. Он бросился на мертвяка сзади, целясь лезвием в основание черепа. Но тварь оказалась проворнее — она развернулась и отбросила парня мощным ударом. Тот отлетел к стене, с грохотом обрушив на себя стойку с гантелями.
Зомби бросился к Максу, который все еще пытался выбраться из-под обрушившихся на него тяжелых гантелей. Мертвяк навалился на него всей своей тушей, прижимая к полу. Его раздутые руки с почерневшими ногтями ухватили Макса за плечи, а желтые зубы с нитями гнилой слюны медленно приближались к беззащитной шее.
— Помоги! — отчаянно крикнул Макс, безуспешно пытаясь оттолкнуть нависшую над ним тварь. — Используй свои способности!
Леха замер. Перед глазами пронеслись картины: Макс, издевающийся над ним при каждом удобном случае. Макс, унижающий слабых. Макс, который хвастался, как проведет ночь с Машей…
Что-то холодное, расчётливое мелькнуло в его глазах. Он мог бы легко отбросить мертвяка телекинезом, даже с остатками своих сил. Мог бы спасти Макса, который сейчас судорожно извивался под тяжелым телом зомби, отчаянно пытаясь удержать клацающие челюсти подальше от своего горла.
Но вместо этого на губах Лехи медленно расплылась тонкая, змеиная улыбка. Впервые в жизни он почувствовал вкус настоящей власти — власти над жизнью и смертью. Одно его решение, одна секунда промедления, и человек, унижавший его, перестанет существовать.
Он сделал шаг назад, не отрывая взгляда от лица Макса. Хотел запомнить каждую деталь — как расширяются зрачки от осознания предательства, как надменность сменяется паникой, как гаснет самоуверенная ухмылка, уступая место животному страху.
— Леха! — отчаянный крик прорезал воздух. — Не бросай меня! ЛЕХА!
Он наслаждался этим моментом — тем, как Макс молил его о помощи. Макс, который всегда считал его ничтожеством, теперь умолял сохранить ему жизнь. Изысканная, почти интимная месть.
— Пожалуйста! — в голосе парня звучала мольба. Он все еще не мог поверить, что очкарик-телекин действительно бросит его умирать.
Леха развернулся и пошел прочь неторопливым, почти прогулочным шагом. Даже не побежал — зачем спешить? Он хотел слышать каждый звук, каждый вопль, каждый хрип. Это был его момент триумфа, его маленькая персональная победа над всеми сильными мира сего.
Вопль захлебнулся в булькающем хрипе, когда челюсти мертвяка сомкнулись на горле Макса. Леха замер на мгновение, прислушиваясь к звукам разрываемой плоти, ощущая странное, почти сексуальное удовлетворение от мысли, что самоуверенный ублюдок получил по заслугам.
Только когда все стихло, Леха ускорил шаг, но не из страха — ему просто нужно было подготовить историю для остальных. По коридору он уже бежал, старательно придавая лицу выражение ужаса и скорби. Но внутри, глубоко внутри, тлел огонек темного удовольствия. Новое, незнакомое чувство — пьянящее, опасное, но такое сладкое.
Глава 11
Новые вводные
Маленькие пальчики Насти, обхватившие мой мизинец, подействовали как грёбаный холодный душ. Я замер, чувствуя, как тело прошивает судорога, а в голове звенит несколько противоречивых мыслей сразу. Тьма внутри всё ещё рвалась наружу, требуя действий, крови, охоты. Но этот невинный детский жест — такой доверчивый и такой отчаянный — цеплял что-то в глубине души, где ещё сохранились остатки человечности.
— Дядя, не уходи, — повторила она тихим голосом. — Мне стласно одной.
Я медленно обернулся. Девочка смотрела снизу вверх с выражением, которое пробивало мою новообретённую броню насквозь. В её глазах застыл страх, смешанный с надеждой — тот особый взгляд ребёнка, который уже потерял слишком многое и отчаянно цеплялся за единственную соломинку.
Жёлтая пелена перед глазами начала рассеиваться, а тёмный шёпот в голове превратился в невнятное бормотание где-то на периферии сознания. Я смог сделать глубокий вдох, затем выдох, чувствуя, как тело постепенно возвращается под мой контроль. Желтизна в глазах потускнела — не исчезла полностью, но стала менее интенсивной.
— Не уйду, — сказал я, осторожно сжимая её маленькую ладошку. — Обещаю.
Тело Степана уже полностью иссохло. От человека, который несколько минут назад боролся за жизнь дочери, остался лишь мумифицированный скелет, обтянутый пергаментной кожей. Его застывшие глаза всё ещё были обращены к дочери, и я поймал себя на мысли, что надо бы сделать что-то с этим зрелищем, пока Настя окончательно не пришла в себя.
— Подожди здесь минутку, — я мягко усадил девочку на край дивана. — Мне нужно немного прибраться.
Пока Настя сидела, уставившись в пустоту невидящим взглядом, я быстро нашёл в шкафу старое одеяло и аккуратно накрыл им останки её отца. Закончив с этим печальным делом, я решил осмотреть квартиру, чтобы оценить наше временное убежище.
Двухкомнатная, вполне приличная, с нормальной мебелью и явными следами борьбы — опрокинутая мебель, разбитые фоторамки, засохшие пятна крови на паркете.
Я быстро обследовал шкафы на кухне. Запасов оказалось немного, но достаточно для ночёвки: пачка макарон, несколько банок тушёнки, пара пачек крекеров и, что самое ценное, полная пятилитровая бутыль питьевой воды. В одном из ящиков нашлась портативная газовая горелка — компактная, туристическая, с парой запасных газовых баллончиков. Видимо, хозяева были любителями походов. В нашей ситуации это оказалось настоящим сокровищем — можно будет приготовить горячую еду, даже если электричество не работает.
Я вернулся в
