Вдох, наполняющий лёгкие острыми осколками боли. Выдох, означающий, что я всё ещё живой. Каждый цикл — маленькая победа над смертью.
Дрожащие пальцы наконец нащупали что-то — плоть мертвяка подо мной. Его тело, несмотря на чудовищные повреждения, всё ещё пульсировало остатками извращённой псионической энергии.
Искра надежды вспыхнула в мозгу. Это мой последний шанс.
Собрав остатки сил, я активировал Поглощение. Огонь темной силы растекся по моим рукам — не яркое пламя, как раньше, а жалкое багровое свечение умирающих углей. Интерфейс безжалостно моргал, напоминая о моем состоянии: всего четыре единицы энергии, смехотворная цифра для такой критической ситуации. Но выбора не было.
Пальцы впились в серую плоть Танка, как когти стервятника в падаль. Энергия зомбо-псионика начала плавно перетекать в меня. Но слишком медленно… не поток, а жалкие капли. Будто пытаешься высосать застывший кетчуп через тонкую трубочку посреди сибирской зимы.
Энергия Танка была густой и мутной — как стоячая болотная жижа вместо чистой родниковой воды. В ней чувствовался привкус гнили и разложения, но это не имело значения. Энергия есть энергия, какой бы она ни была. Я впитывал её жадно, с тем же удовольствием, с каким поглощал жизненные силы мародеров и обычных мертвяков.
«Энергия: 5/120… 6/120… 7/120…»
Каждая единица прибавляла сил, которые я немедленно направлял на лечение критических повреждений. Активировав базовое лечение, я почувствовал, как тёмная энергия устремляется к самым опасным ранам. Собственные способности к восстановлению у меня были, но в таком состоянии они действовали слишком медленно — без подпитки я бы истёк кровью раньше, чем тело успело бы себя починить.
Разорванные лёгкие начали срастаться, останавливая внутреннее кровотечение. Осколки рёбер медленно выдвигались из мягких тканей, возвращаясь на место. Позвонки с хрустом встраивались обратно в позвоночный столб. Каждый исцелённый сантиметр стоил мне драгоценной энергии, но я не мог экономить — либо восстановиться сейчас, либо умереть через пять минут.
Зомбо-Танк подо мной высыхал на глазах — кожа сморщивалась, впадая между костями, трескалась, как пересохшая земля. Но его энергии оказалось катастрофически мало — слишком много ушло на поддержание щита во время падения, слишком много потратилось на попытки регенерации. Я высосал его до последней капли, но здоровье всё ещё балансировало на критической грани.
«Здоровье: 19/120. Энергия: 8/120».
Ситуация оставалась хреновой, но хотя бы уже не безнадёжной. И вовремя — со всех сторон уже доносилось утробное рычание. Повернув голову, я увидел их — мертвяков, стягивающихся к месту падения. Некоторые твари были уже слишком близко — всего метрах в десяти от нас.
Мозг холодно проанализировал ситуацию: пятнадцать секунд до первого контакта, ещё тридцать до полного окружения. Выход только один.
Я уперся руками в асфальт и, стиснув зубы, перевернулся на живот. Мое тело пронзила новая волна боли. Позвоночник хрустнул, но все-таки выдержал нагрузку.
Подтянувшись на руках, я сел, привалившись к стене дома. В голове шумело, а перед глазами все расплывалось мутными пятнами.
Рядом со мной валялся кусок арматуры с острым концом, который мог стать моим спасением. Дотянувшись до него, я подтянул железяку к себе и, опираясь на нее как на трость, с трудом поднялся на ноги.
Теперь я стоял, пошатываясь и опираясь на импровизированное копье. Подняться удалось в самый последний момент — первая тварь, тощая бывшая офисная работница в порванной блузке, уже тянула ко мне свои серые руки.
Последние крохи энергии я собрал для удара. Моя рука, окутанная тусклым багровым свечением, коснулась ее плеча. Мертвячка дернулась всем телом. Ее кожа мгновенно сморщилась, глаза запали, а волосы выпали клочьями. Через пару секунд она осыпалась серой пылью к моим ногам.
«Энергия: 14/120».
Лишь шесть единица прироста — не густо. Но с каждым движением мои мышцы словно вспоминали, как работать. Нервные окончания срастались, кости постепенно восстанавливали структуру. Я всё ещё был на грани, но уже мог двигаться, мог бороться.
Второй мертвяк оказался крупнее — бывший охранник, судя по остаткам формы. Вместо Поглощения я использовал арматуру, вонзив заострённый конец прямо в глазницу. Он рухнул как подкошенный.
Третий, четвёртый, пятый… Они наступали, а я встречал их всех, стоя на подгибающихся ногах. Поглощение на одном, удар арматурой на другом, пинок, отбрасывающий третьего.
С каждым убитым зомби я вытягивал по крупице энергии, постепенно восстанавливаясь. Это был изнурительный процесс — кровь сочилась из множества ран, сломанные кости срастались медленно и неровно. Но я держался.
«Здоровье: 29/120. Энергия: 33/120».
Удар, поглощение, уклонение, снова удар. Танец со смертью продолжался, пока вокруг меня не образовался круг из тел окончательно мёртвых зомби и кучек серой пыли — всего, что оставалось от тех, кого я высушивал.
Наконец, в переулке воцарилась тишина. Я тяжело привалился к стене дома, чувствуя, как кружится голова от потери крови и истощения. Но главное — я был жив. Пусть изломанный, избитый, но живой.
Подняв глаза, я оглядел здание, с которого мы рухнули. Седьмой этаж, разбитое окно, через которое совсем недавно мы вывалились с Танком. Где-то там, наверху, осталась Настя. И мне нужно было вернуться к ней, пока не поздно.
И тут я заметил странную деталь. На фасаде здания, от асфальта до самого седьмого этажа, тянулись следы. Глубокие царапины в штукатурке, словно кто-то карабкался вверх, цепляясь за стену когтями. Я проследил взглядом их путь. Они вели прямо к нашему окну. Не к соседнему, не к какому-то другому на этом этаже. Именно к нашему.
«Это не случайность, — мелькнула тревожная мысль. — Он целенаправленно шёл за нами. Но как узнал, где мы?»
Объяснений было два, и оба паршивых. Либо где-то поблизости затаился зомби-Ищейка, который засек нас и навел на нашу квартиру Танка, либо… этот конкретный мертвяк просто приметил нас по пути сюда. Вспомнилось, как в прошлой жизни зомби-псионики часто охотились парами — один находил, второй убивал.
Я оттолкнулся от стены и, шатаясь, направился к подъезду. Каждый шаг отдавался болью во всём теле, но мысль о Насте, оставшейся одной, придавала сил.
Толкнув дверь подъезда, я ввалился внутрь. Передо мной вздымалась бесконечная лестница — семь этажей чистого ада для моего изломанного тела. Каждая ступенька казалась персональным испытанием. Я карабкался, цепляясь за перила, подтягиваясь на руках, когда ноги просто отказывались нести мой вес. Пару раз приходилось останавливаться, чтобы отдышаться, но я не позволял себе задерживаться дольше минуты.
На третьем этаже мне «повезло» встретить одинокого мертвяка — тощего старика в заляпанной кровью пижаме, который бесцельно шаркал по лестничной площадке. Идеальная возможность подзарядиться. Я активировал Поглощение и схватил его
