— Вот, — произнёс он, демонстративно подняв винтовку над головой. — Это оружие вам прекрасно известно с занятий профессора Гиблла по зловещим изобретениям. Сверхзвуковая винтовка подходит в основном для ближнего боя и при осторожном обращении не способна нанести серьёзных увечий, потому я и одолжил у него десять экземпляров, чтобы использовать в качестве учебного оружия. Сегодня же каждому из вас я устрою, если можно так выразиться, вводный бой, в котором вашими противниками будет эта пятёрка гремлинов.
— Вы ведь это не серьёзно, профессор? — скептически спросил Мэт.
— А что вас смущает, Маккинли? Боитесь проиграть гремлину? — уточнил Барк с издёвкой в голосе, и Мэт почувствовал себя пристыженным.
— Я не боюсь каких-то там летучемышиномордых существ, но поймите меня правильно… Это же гремлины! Весьма жалкие и слабые создания. Сражаться с ними — значит не уважать себя. Я думал, мы будем тренироваться друг на друге, но никак не на гремлинах.
— Недооценённость противника — одна из самых распространённых ошибок среди злодеев. Думаете, Маккинли, что готовы к более серьёзному поединку?
— Ха! Определённо готов! Я сражусь с кем угодно. Кто тут самый смелый? — Мэт посмотрел направо и налево, но никто не спешил бросить ему вызов.
— Что ж, я вас за язык не тянул, — мрачно произнёс Джонатан Барк, а затем отдал приказ стоящему рядом гремлину, чтобы тот вручил Мэту вторую сверхзвуковую винтовку.
— И кто же будет моим противником? — спросил Мэт, выходя в центр круга.
— Я, — спокойно ответил Барк.
— Вы, профессор? Но я думал…
— Что? Уже сдрейфили, Маккинли?
— Нет, — раздражённо выдавил парень. — В таком случае, давайте же начинать!
— Отлично. Но сперва разъясню некоторые правила. Мы встаём в центре круга друг к другу спинами, после чего, начиная считать вслух до трёх, расходимся в стороны. На счёт три разворачиваемся и начинаем поединок, который продлится до тех пор, пока один из нас не окажется выброшенным за пределы круга. Всё ясно?
— Более чем.
Затем оба прислонились друг к другу спинами, и профессор спросил:
— Готовы начать считать?
— Готов! — ответил Мэт, крепко сжимая винтовку.
— Отлично. Раз! — выкрикнул Джонатан Барк.
Оба сделали шаг вперёд. Но не успел Мэт произнести «два», как почувствовал удар звуковой волной в спину, которая отбросила его на пять метров: Барк начал поединок раньше положенного. Парень перевернулся с живота на спину и воскликнул:
— Нечестно! Это против правил!
Профессор лишь усмехнулся и подкрутил регулятор мощности на винтовке со среднего уровня до почти максимального.
— Запомните урок номер один — злодей никогда не ведёт честную игру! — громко произнёс Барк, обращаясь к студентам и, нацелившись на Мэта, который хотел встать на ноги, вновь выстрелил.
Парень проскользил на спине до самой линии, словно снаряд для кёрлинга. Мэт приподнялся на локти и стал отползать назад.
— Я понял. Я всё понял, — взмолился он. — Видите, я проиграл. Я за линией.
— А вот вам второй урок — идите всегда до конца! — говорил Барк, приближаясь к Мэту. — Никогда не обращайте внимания на мольбы о пощаде! Это всё уловки героев! Вы не должны дать вашему противнику оклематься и нанести ответный удар.
Профессор Барк выстрелил в очередной раз. Не смотря на то, что после третьего выстрела парень не только проскользил ещё несколько метров, но и оказался оглушён, он не остановился, а напротив — быстро подбежал, встал одной ногой на грудь Мэта и, направив дуло винтовки ему в лицо, сказал:
— И, наконец, третий урок! Когда герой будет повержен и лежать без чувств у ваших ног, не колеблитесь ни секунды! Просто убейте доброго ублюдка!
Само собой, Джонатан Барк не стал делать смертельного выстрела в своего студента. Но убрав ногу с груди, сказал:
— Он скоро придёт в себя. Итак, есть ещё желающие, которые считают, что способны к более серьёзному бою? Нет? В таком случае разделитесь на группы по пять человек.
Когда все поделились, гремлины выдали первой пятёрке, в которой оказался и Генри, оружие и встали на изготовку в центре круга.
Генри знал, что сегодняшний день окажется весьма необычным, но никак не думал, что получит столько удовольствия от поединка Маккинли и Барка.
Он прекрасно помнил, как Мэт бесцеремонно напал на него в учебной лаборатории Гиблла, а теперь сам Маккинли получил достойную взбучку от преподавателя героеведения. Генри расплылся в широкой улыбке, но тут последовала команда всем приготовиться, и он мгновенно подкрутил регулятор на винтовке. А затем профессор Барк выкрикнул:
— Раз!..
Глава 16. Безвыходное положение
За занятиями по героеведению и тренировками в Дуэльном клубе Генри не заметил, как быстро пролетели январь и февраль. Он так этим увлёкся и с таким нетерпением ждал новых занятий, что даже не сразу заметил, как на голове появились первые почки. Особенно хорошо у него получалось сражаться. Он полагал, что в будущем, все приобретённые здесь навыки пригодятся ему для борьбы против злодеев. Да, он до сих пор втайне надеялся, что будет в будущем бороться со злом, хотя иногда его голову всё же посещала мысль, что отец прав — быть может, ему суждено служить тёмной стороне…
Вся группа значительно повысила свой уровень, и теперь бои устраивались не против гремлинов, а друг с другом, как того и желал Мэт. Причём злодеи учились применять в бою не только сверхзвуковые винтовки, но и другое, более серьёзное, оружие: светошумовые гранаты, дымовые шашки, волновые заслоны, небольших радиоуправляемых дронов, гравитаторы и электрогромовые разрядники. Так же профессор Барк каждую новую тренировку с помощью гремлинов видоизменял поле боя, возводя на нём заслоняющие сооружения, за которыми очень удобно было прятаться от противника.
На последней тренировке Барк и вовсе устроил командный бой три на три с использованием обездвиживающих дротиков. Лишь благодаря Генри его команда одержала победу.
Что же касалось других учебных дисциплин, то тут успехи Генри оставляли желать лучшего, и он не представлял, как будет сдавать по ним экзамены в мае. Как бы то ни было, до них оставалось ещё два с половиной месяца, за которые он надеялся реабилитироваться, чтобы не злить отца.
Если говорить о личном дневнике, то после того, как Фичетту частично отшибло память, Генри перестал о нём беспокоиться, хотя и задавался время от времени вопросом, где тот ныне находится.
Самого же Фичетта ещё в начале февраля выписали с больничного этажа, но с тех пор он был вынужден носить шейный фиксатор в течение определённого времени.
Но однажды произошло то, чего Генри так сильно опасался — к смотрителю вернулась память. Подтверждением этого стала новая записка. На этот раз он получил её от гремлина, когда шёл из Дуэльного клуба ужинать в Общий зал: тот просто подошёл к нему, молча протянул клочок бумаги и убежал прочь.
«Зря, Генри, ты тогда пробрался ко мне в кабинет» — с этих слов начиналась записка. «Да, память постепенно вернулась ко мне. Теперь я понимаю, что тринадцатого декабря ты неспроста оказался в Норах. Решил нарочно попасться моим парням в запретное время, чтобы потом устроить у меня обыск… Должен признаться — умно. Но снова со мной такое не пройдёт!
Я всё вспомнил, и думаю, медлить больше нельзя. Пришло время выполнить моё поручение. Завтра в шесть вечера ты украдёшь для меня то, что хранит Реджинальд Гиблл у себя в сейфе. Это мне очень необходимо. Сам сейф спрятан в стене, за картиной. Кабинет же будет открыт, поэтому тебе не придётся думать над тем, как попасть внутрь. О Гиблле тоже не беспокойся, я позабочусь, чтобы в это время он оказался как можно дальше от кабинета.
Поэтому, когда в указанное время ты окажешься внутри, к тебе явится гремлин, с которым я передам тебе необходимые инструменты и инструкцию по вскрытию сейфа, и как действовать дальше.
И помни! Никому ни слова. Иначе все узнают твой маленький секрет».
