демону. — Мы спешим.
— Это очень важно, Никита! Иди, я тебя догоню.
— Да что случилось-то? Можешь объяснить?
— Не могу. Надо!
Вот зловредные демоны!
Я никогда не был тюремщиком — кроме особых случаев. Какой смысл насильно удерживать в себе магическую сущность? Все демоны внутри меня были моими друзьями — если так можно сказать о демонах. Я никогда и не говорил.
Все, кроме демона Смерти. Вот он — особый случай, да. Его я держал в плену. Но превращаться в ходячую тюрьму для десятков демонов не собирался. Даже если эти демоны начинали хитрить и скрытничать.
Поэтому я щелкнул пальцами и воплотил Проныру.
— Вали! Опоздаешь к ужину, останешься голодным.
В этот раз Проныра не стал прикидываться ангелом и вернул себе привычный облик зубастой летучей мыши. Взмахнув крыльями он понесся вдоль улицы с такой скоростью, как будто за ним гнались привидения.
— Кстати, об ужине, — я повернулся к Вождю. — Будь добр, прикажи к моему возвращению зажарить хороший кусок мяса. Сырое я ем только в крайнем случае.
— Сегодня будет пир, — успокоил меня Вождь. — Мяса много.
— Вот и отлично!
Мне много раз приходилось есть демонов. Мясо как мясо — ничем не хуже любого другого.
— Вы уходите, высшие демоны? — встревоженно крикнул мне кобольд.
Ничего себе у него слух!
— Точно, — ответил я. — Поэтому через пять минут никто не защитит тебя от этих ребят с мечами.
Я показал на демонов Огня, которые угрюмо зыркали в сторону кобольдов.
— Уходим! — зашипел кобольд на свои собратьев. И даже отвесил одному пинка — тот пытался взгромоздить на тележку еще одну здоровенную тушу. Шерсть мертвого демона Воздуха до сих пор дымилась — то ли Циклоп приложил его плетью, то ли Киловольт шарахнул молнией.
Кобольды с трудом развернули тележку и бодро укатили вдоль улицы, оглашая ее немилосердным скрипом кривых колес.
А я повернулся к монахам.
— Я с демонами пойду впереди, вы — за нами. Не забывайте оглядываться, чтобы не пропустить нападение со спины. Ваша задача — остаться в живых.
Отдавая этот приказ, я смотрел на Глеба — проверял его реакцию. Если монах вздумает претендовать на лидерство — пусть это лучше случится сейчас. Я просто оставлю его в безопасности и зачищу аномалию один.
Но Глеб коротко кивнул:
— Понял.
— Понял, — эхом откликнулся Арсений.
— Ну, и замечательно! — улыбнулся я. — Двинули!
* * *
Аномалия Воздуха — это всегда открытое пространство и огромное небо. Демоны воздуха не любят густые заросли или нагромождение скал с узкими ущельями.
Как-то раз, войдя в портал, я вывалился прямо среди облаков и обнаружил, что земля далеко внизу, и я падаю со свистом пушечного ядра.
Я шагнул в портал и оказался посреди вытоптанной степи. Степь во все стороны уходила до горизонта. И со всех сторон к порталу вели следы — это местные демоны сбегались на драку.
Сейчас степь была пуста.
— Никого! — разочарованно прорычал Циклоп,сжимая в лапе огненную плеть.
Киловольт молча поднялся повыше — чтобы лучше видеть.
— Никого, — подтвердил он голосом, похожим на треск электрического разряда.
По высокому небу медленно плыли плотные облака, и из-за каждого облака в любой момент могла вывалиться стая орущих гарпий.
Еще одно облако лежало на земле — у самой линии горизонта. Увидев его, я кивнул монахам:
— Нам туда.
Высокая трава цеплялась за обувь и мешала идти. Как будто тоже не хотела пропускать нас к высшему демону. Ничего удивительного — в аномалии помехой или угрозой может стать все, что угодно.
Даже воздух.
— Живчик! — позвал я демона Природы. — Следи за воздухом. Демон может попытаться его отравить.
— Принято! — прочмокал Живчик, и я выбросил проблему из головы. На лопоухого зеленого демона можно было положиться.
Это было очень удобно — переложить вспомогательные задачи на демонов, а самому сосредоточиться на основной. И демоны не чувствовали себя лишними.
О монахах я не беспокоился — пусть сами о себе позаботятся, раз уж поперлись со мной. Я их не приглашал. Кстати, зачем они вообще пошли в аномалию?
— Что думаешь, Умник? — спросил я менталиста.
— Монахи привыкли быть здесь главными, — сказал Умник. — И не хотят выпускать из рук контроль.
— Похоже на то, — согласился я.
— Кроме того, у них договор о помощи с демонами Огня. Если бы монахи остались в стороне — демоны могли бы отменить договор.
— Логично, — одобрил я выводы Умника.
— А я считаю, что они хотят тебя убить, — внезапно просвистел демон Смерти. — А еще чувствую опасность впереди.
Как всегда, от его замогильного голоса по спине побежали ледяные мурашки. Но демон был прав. Чутье подсказывало мне, что с монахами не все гладко. Неспроста Глеб так быстро согласился играть вторую роль и идти сзади. Насколько я успел понять чернобородого монаха, это не в его характере.
— Лучше тебе убить их сейчас, — просвистел демон Смерти.
— Хорошая идея, — улыбнулся я. — Но я хочу быть уверен в том, что они замышляют.
— Зачем? Убей их, и не беспокойся ни о чем.
— Затем, что в сложной игре не выиграть с помощью простых ходов. Как думаешь, Циклоп?
— Верно, — отозвался демон Огня. — Ты всегда хитришь, а потом выигрываешь.
— На том стоим, — улыбнулся я.
— Не понимаю этих сложностей, — признался демон Смерти.
— Это потому что ты демон, и не разбираешься в людях. Погляди на Арсения — ну, какой из него убийца? Парень дрожит от страха. А его брат подсказал мне, как добраться до нужной аномалии.
— Этот Арсений просто обуза, — презрительно сказал демон Смерти. — Зачем он нужен?
— Пригодится, — улыбнулся я. — А тебя я назову Живоглотом за кровожадность.
Циклоп гулко расхохотался над моей немудреной шуткой, вспугнув из травы парочку гарпий Воздуха. Гарпии взлетели, возмущенно вереща, и рванули в нашу сторону. Но в небе громыхнуло, сверкающие молнии ударили в гарпий, и зубастые птички рухнули обратно в траву.
Это Киловольт исполнил роль божественного правосудия.
— Я не стану отзываться на это имя! — возмутился демон Смерти.
— Станешь, — пообещал я. — Куда ты денешься? Или хочешь поспорить?
Бунт на корабле надо пресекать сразу. Особенно, если корабль —
