бы балансировать на одной ноге.
А вот дальше Глеб повел себя глупо. Ему надо было ударить сразу, как только убедился, что я скован льдом. И ударить наверняка, насмерть.
А Глеб решил поговорить.
— Брат! — выкрикнул Арсений и осекся на полуслове.
— Заткнись! — зло бросил ему Глеб.
Не подходя близко, он обошел вокруг меня. В одной руке меч, в другой — готовое заклинание Льда. Настоящий боец — взгляд внимательный, цепкий, ноги напружинены, монах готов в любую секунду уйти от ответного удара.
— Ты жив, ликтор? — спросил Глеб, заглядывая мне в лицо.
Ну, как я тебе отвечу? У меня же язык сейчас сковало льдом. Я даже глазами пошевелить не могу, потому что они примерзли к векам.
Так что я промолчал, глядя прямо перед собой.
— Я хочу знать, как ты подчиняешь демонов, — негромко сказал Глеб. — Очень хочу знать. Но не рискну освободить тебе даже язык.
Я решил, что это похвальная осторожность. И продолжал слушать — а что еще делать, если твой убийца сковал тебя заклинанием и решил пообщаться.
— А может, ты и не ликтор? — угрюмо спросил Глеб. — Может, старый демон ошибся насчет тебя? Но и этого я никогда не узнаю, потому что ты умрешь прямо сейчас. Арсений!
Грубый окрик Глеба заставил мальчишку вздрогнуть.
— Убей его! — скомандовал Глеб. — Проткни его мечом!
— Я… нет! — в ужасе забормотал Арсений, тараща глаза на Глеба. — Это же… так нельзя!
— Убей его! — настаивал Глеб. — Настоятель это одобрит. Остаться чистеньким у тебя не получится — мы все в одной лодке!
— Нет! — заикаясь, шептал Арсений.
— Слабак! — презрительно бросил Глеб.
Он взмахнул мечом. Удар был хорош — клинок блеснул и начисто снес мне голову.
Вжих, и готово!
Отличный удар, просто замечательный
И что за день сегодня такой? Сплошные отрубленные головы.
Глеб ударил и замер в красивой позе — меч у плеча, ноги широко расставлены.
— Прости, ликтор! — веско сказал он. — Так было надо.
Демоны простят, подумал я.
Моя голова покатилась по траве, а безголовое тело осталось стоять, даже не шелохнувшись. Не было фонтанов крови и других некрасивых подробностей. Просто ровный розовый срез шеи.
— Что за хрень? — изумленно пробормотал Глеб.
Безголовое, замороженное заклинанием тело вдруг подняло руку и показало Глебу средний палец. А отрубленная голова весело улыбнулась и высунула язык.
Бах! Бах!
Две ледяные стрелы ударили одновременно — Глеб, и в самом деле, был отличным бойцом.
Одно заклинание попало в мою грудь, другое пригвоздило к земле голову.
Точнее, заклинание прошло насквозь и ушло в землю, не причинив голове никакого вреда. Она продолжала злорадно улыбаться.
Тело тоже стояло на ногах и теперь показывало Глебу уже два средних пальца.
— Ты спрашивал, как я подчиняю демонов? — гулким басом спросила голова, строго глядя на Глеба. — Я позволяю им меня убить, а потом свожу с ума!
И голова громко расхохоталась.
Арсений жалобно заскулил. Он закрыл голову руками и выл на одной ноте — как воет бессильный, израненный и умирающий зверь.
Интересно будет потом спросить парня, что он видел. Если, конечно, не онемеет со страха.
Наверняка Арсений видел, как Глеб взмахнул мечом и еще раз рубанул стоявшее перед ним тело. Но клинок прошел сквозь плоть, не встретив сопротивления. А тело осталось стоять.
Тогда Глеб закрутился волчком, бестолково тыча клинком в разные стороны. Все его впечатляющие боевые навыки исчезли — их смыло волной страха.
— Где ты? — орал Глеб. — Где ты, гад! Покажись!
А потом Арсений увидел, как из воздуха появился клинок и разрубил Глеба — наискось, от левого плеча к пояснице, пройдя через сердце. И пока половинки монаха падали на землю, клинок сам собой вытерся о его грубую рясу.
Ужасное зрелище, наверное.
— Еще не хватало мне с тобой рыцарские поединки устраивать, — проворчал я, выходя из Тени и убирая меч в ножны.
Тем временем мое безголовое тело враскачку направилось к Арсению. Отрубленная голова, жутко завывая, покатилась туда же.
— Умник, кончай балаган! — строго предупредил я. — Парень и так напуган.
Арсений, мелко дрожа, уставился на меня. Его побелевшие губы беззвучно шевелились.
— Я не собираюсь тебя убивать, — сразу сказал я. — И да, я жив. Это была магия. Можешь пощупать.
Я протянул парню руку.
Он перевел взгляд на мою ладонь и затрясся еще сильнее. Ну, да — рука была в крови, и что с того?
— Подземные демоны, — проворчал я, вытирая пальцы о свою рясу. — Парень, очнись! У нас мало времени, а нам еще демона убивать. У тебя пять минут, чтобы прийти в себя.
— Пять минут! — веско повторила отрубленная голова, строго хмуря брови с налипшим на них песком.
— Умник, убери свой реквизит! — попросил я. — Иначе в Столице я сдам тебя в цирк.
Ага, это был наш совместный с Умником план. Я придумал незаметно скрыться в Тени, подсунув Глебу и Арсению галлюцинацию в виде меня.
Обычное ментальное воздействие — мой менталист на этом кучу демонов съел.
А еще Умник добавил детали — отсутствие крови, говорящую голову, и все остальное. Вышло с огоньком, но чувство юмора, которое внезапно прорезалось у демона, меня тревожило.
Живчик расстроенно причмокнул, а Умник довольно захихикал. Демоны поспорили на Арсения — Живчик утверждал, что монах сойдет с ума, но Умник считал, что парень просто напугается, и все.
Менталист опять выиграл желание. Интересно, что он потребует от Живчика?
— Махровый тюльпан, — признался Умник. — Знаешь, такой темно-красный, с яркими желтыми прожилками на лепестках.
— Зачем тебе тюльпан? — удивился я.
— Надо, — загадочно ответил Умник.
— Ясно, — усмехнулся я.
Наверняка, хочет подарить цветок Темниковой. И будет клянчить, чтобы для этого я воплотил его в медвежонка.
— Убери иллюзию, Умник! — напомнил я.
— Сейчас!
Тело беззвучно исчезло, а следом за ним растаяла голова. На траве остался только изуродованный труп чернобородого монаха.
Я подмигнул Арсению.
— Спасибо, что отказался меня убивать. Твой брат это оценит.
Арсений со всхлипом втянул в себя воздух. Ну, уже лучше —хоть дышать начал.
Мне очень хотелось оставить парнишку здесь, чтобы не мешал разбираться с демоном. Но не одного же! Постоять за себя он точно не сможет, а
