— Да. Наверное, это название, которое присвоили горам эвенки, хотя слово «Сурунган» тоже эвенкийского происхождения. Что оно означает, я до сих пор не знаю.
— Еменку спрашивали?
— Нет. Я был доволен, что он и Чижов сразу догадались, о каких горах идет речь, хотя названия «Сурунган» нет ни на одной карте. Надо будет спросить.
— Я думаю давно пора. Может быть, название «Певучие» или «Сурунган» вам что-нибудь объяснит. А теперь советую вам: спите! Вам нужен покой и сон. Спокойной ночи!
Не знаю, когда заснул Олег, потому что, едва закрывшись как следует в своем спальном мешке, я уже спал и проснулся, лишь услышав звуки обычного будильника: кукареканье Чижова.
Петр Андреевич был весел и на вид совершенно беззаботен. Во время завтрака он встал, хлопнул в ладоши и объявил:
— Товарищи, прошу внимания. Негодяи, которые напали на нас, наверное, обосновались именно в этих, наиболее отдаленных местах. Никто не может ручаться, что они не повторят своей неудачной попытки. Замыслы бродяг неизвестны. Мы хорошо знаем, что это значит, скрываться в тайге и избегать человеческого жилья. Судя по всему, им не хватает самых жизненно необходимых предметов: им нужны патроны, да и соль тоже… Видно, они в таком состоянии, что готовы пойти на все. Иначе бы едва ли посмели напасть на нас, тем более что этим они открыли свое присутствие. Нам нужно остерегаться этих бродяг. Поэтому предлагаю соблюдать следующий порядок: иметь передовое и боковое охранение нашей кавалькады, выдерживать дистанцию между ездоками, вьючных лошадей, которые особенно привлекают бандитов, вести сразу же за первым ездоком. И главное, никто из нас не смеет отставать или удаляться от остальных. Первым поедет Еменка, замыкающим я. Все! Возражения есть?
Наступила тишина. Еменка, видно, из чувства приличия и уважения к Петру Андреевичу сразу же согласился, в то время как Старобор запустил руку в волосы и что-то проворчал. Тамара смотрела поочередно то на говорившего, то на Олега, который упорно молчал, а я был его достойным партнером. Отозвался только Шульгин, заявивший, что подобные предосторожности совершенно излишни. Банда, если вообще о таковой может быть разговор, едва ли посмеет повторить нападение, так как она уже выдала свое присутствие и, наверное, уже скрылась подальше, чтобы избежать дальнейших встреч.
Несмотря на вескость его доводов, Чижов упорно стоял на своем и по установившемуся обычаю поставил свое предложение на голосование. Шульгину, единственному голосовавшему против, пришлось согласиться с мнением остальных.
Олег чувствовал себя вполне сносно и только избегал встрясок и быстрых движений головой. Поэтому ехали мы медленно. Тамара непрерывно кричала Еменке, чтобы выбирал дорогу получше. Олег благодарно улыбался.
Было жарко и безветренно. Вдали над тайгой поднималась темная вершина безымянной горы, которая время от времени терялась за высокой стеной деревьев. Наконец узенькая тропинка вошла под сомкнутый свод деревьев, куда не проникал ни единый луч солнца. К полудню мы добрались до малой речушки и устроили небольшой привал. Пока Тамара со Старобором готовили обед, мы купались в холодной воде и вылезли из нее стуча зубами. Наши лошади тоже вошли в воду, нашли более глубокие места и с видимым удовольствием погрузились так, что торчали из воды только их головы.
Дальнейший путь прошел без каких-либо препятствий и неожиданностей. Даже на открытых местах мы соблюдали установленный порядок, а когда уже вечерело, Еменка и Чижов выбирали для лагеря такое место, где незаметное приближение кого бы то ни было почти исключалось. Мы остановились в узкой долине, по которой с одной стороны протекала довольно широкая река, а с другой — поднималась отвесная скала. При осмотре окрестностей выяснилось, что за рекой тянулись обширные болота. Значит, с той стороны опасаться было нечего. Крутая скала с южной стороны была совершенно недоступна, и, таким образом, оставался единственный подступ по долине, который стерегли собаки.
На небосклоне постепенно угасали красные отблески вечерней зари и алые облачка теряли свой блеск, пока не слились с наступающими сумерками. Последние лучи солнца ложились на скалу узкими полосами и окрашивали одиночные деревья и кусты во все цвета радуги.
Потянул ветерок, зашелестел в верхушках деревьев. Темнота опустила на землю свой занавес.
Где-то поблизости протяжно прокричала сова, потом все стихло. После ужина мы еще немного посидели у костра. Тишина в тайге казалась совершенно необычной. Нас угнетало чувство, будто все вокруг подстерегает и в следующее мгновение что-нибудь произойдет. Чижов сидел задумавшись и крутил в пальцах стебелек травы. Еменка тоже был погружен в мысли, а Шульгин ковырял палкой в огне костра. Олег с Тамарой сидели в стороне на медвежьей шкуре и тихо о чем-то разговаривали. Старобор улегся около огня, покуривал и мурлыкал мотив старой народной песни о Байкале.
Я встал и вышел из круга, освещаемого костром. Мне казалось, что меня никто не видит, в то время как я видел всех своих друзей, освещенных оранжевым пламенем огня.
О чем они думали?
Совсем незаметно ко мне подошел пес Верный и стал тереться головой о голенища сапог. В темноте его глаза блестели. Когда я нагнулся и приласкал его, он, прыгнув от радости, чуть не сбил меня с ног. Сурова жизнь охотничьей собаки в тайге, поэтому она благодарна за каждую ласку, полученную от человека. Верный был резвой, веселой и чрезвычайно смелой собакой. Сейчас он разнежился, и когда я перестал его гладить, он несколько раз провел своей лапой по руке, чтобы я продолжал. Но вдруг он поднял голову, насторожил уши и грозно заворчал. Одновременно отскочил от меня и прислушался. Я напряг слух, но ничего подозрительного не слышал. Пес некоторое время всматривался в темноту, затем успокоился и уселся рядом со мной. Мы улеглись в своих палатках спать, и только Старобор еще крутился около лошадей.
Для людей ночь в тайге — это тайна за семью замками. Мне казалось, что я уже совсем заснул, как вдруг раздались совершенно неописуемые шум, вопли и рев. Прежде чем я пришел в себя, в нашу палатку ударило что-то пыхтящее и сопящее, колья затрещали, затем последовало еще несколько ударов… и палатка свалилась нам на головы. Олег закричал, я тоже… Мы с трудом выбрались из спальных мешков и из-под полотнищ палатки и пытались нащупать свои ружья, в то время как вокруг продолжали раздаваться голоса наших товарищей, топот, крики, странное хрюканье и хриплый лай собак.
Что случилось?
Вот когда мы узнали, что значит оказаться вблизи свирепого хищника — амбы, то есть тигра. Не то чтобы этот грозный властелин непроходимых, дремучих лесов и чащ лично удостоил нас своим посещением. Нет! Но одной его близости было достаточно, чтобы вызвать панику в его «стаде».
