Как-то неуклюже оправдывается Шепилов — помогал, две главы написал, свои фразы улавливал, но соавтором не являлся. Как это так?
Имелись ли у Хрущёва ещё «помощнички», кроме Шепилова — ничего не известно. Однако вот какие подробности сообщает доктор исторических наук Рудольф Пихоя:
«Пока шёл съезд, он (Хрущёв. — И.П., И.Д.) вызвал к себе стенографистку и продиктовал такие «добавления» к докладу Поспелова, которые в значительной степени изменили само содержание доклада.
Ход закрытого заседания не стенографировался, магнитофонная запись не велась и подавно. Делегатам также было запрещено делать какие бы то ни было пометки. В то же время некоторые слушатели позже отмечали, что Хрущёв довольно часто отрывался «от бумажки» и нёс откровенную отсебятину В общем, можно констатировать: мы, скорее всего, никогда не узнаем, что именно говорил Хрущёв с трибуны XX съезда».[287]
Хотя съезд и проголосовал единогласно по докладу «О культе личности…», тем не менее, многие представители партийной элиты с «февральскими тезисами» Хрущёва были согласны не до конца. К тому же Никита Сергеевич раздражал коллег своим стилем руководства, весьма далёким от ленинского, который он так превозносил. К июню 1957 года в Президиуме ЦК КПСС сложилась внушительная группа людей, считавших, что Хрущёв должен покинуть пост Первого секретаря ЦК КПСС, так как коллективное руководство партией он старается подменить своим личным. Среди недовольных Хрущёвым оказались «старые большевики» В.М. Молотов, Л.М. Каганович, Председатель Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилов, Г.М. Маленков, Н.А. Булганин, а также «более молодые товарищи»: М.Г. Первухин, М.З. Сабуров и «примкнувший к ним Шепилов».
Под ногами Хрущёва заколыхалась земля. Но у «оппозиции» не оказалось решительного лидера, инициативу перехватил Никита Сергеевич. Был созван Пленум Центрального Комитета (июнь 1957 года) и «антипартийная группа» была разгромлена в полном смысле этого слова. Ни о каком «ленинском воспитании и разъяснении» не было и речи. Строптивых Хрущёв и его соратники просто топили. Тон выступлений Хрущёва был таким же, как и в 1937 году: церемониться не будем!
После пленума Молотов, Маленков и Каганович были вышвырнуты из руководящих верхов, их выслали из Москвы. Формальному главе государства КЕ.Ворошилову была устроена публичная словесная порка. Первухину, Сабурову, Шепилову тоже указали на дверь: мол, молодым везде у нас дорога. На своём посту оставили лишь Булганина.
Удержать «бразды правления» Хрущёву в значительной мере помог маршал Г.К. Жуков. И всё же его взяли под подозрение. Никита Сергеевич рассуждал так: «Да, сегодня министр обороны Жуков мне помог. А если завтра он решит помочь кому-то другому?»
Судьба Жукова была решена. В октябре 1957 года во время его пребывания с официальным дружеским визитом в Югославии Георгия Константиновича заочно сняли с поста министра обороны и отправили в отставку. Хрущёву приглянулся более покладистый маршал — Родион Яковлевич Малиновский.
А ещё через несколько месяцев, в марте 1958 года, попросили со своего кресла и «последнего из могикан» — Булганина. Председателем Совета Министров СССР стал Хрущёв, сохраняя при этом, разумеется, и должность Первого секретаря ЦК КПСС. Теперь Никита Сергеевич с полным правом мог сказать:
«Достиг я высшей власти!»
На XX съезде КПСС Хрущёв обвинял Сталина: «Он отбрасывал ленинский метод убеждения и воспитания, переходил с позиций идейной борьбы на путь административного подавления, на путь массовых репрессий, на путь террора».[288]
Как уже отмечалось, при жизни Сталина сам Хрущёв репрессивными мерами отнюдь не брезговал. Ну а когда вождя не стало? Оказалось, что и в новых условиях без подавления не обойтись. Элементы террора поменяли окраску — на смену арестам пришло использование военной силы для «усмирения» народных волнений.
Прошло всего каких-то десять дней после закрытия XX съезда, и уже понадобились войска, чтобы «утихомирить» Тбилиси.
А после XXII съезда КПСС, в июне 1962 года произошли неприятные события в городе Новочеркасске Ростовской области. Забастовали рабочие электровозостроительного завода, требуя повышения зарплаты и улучшения продовольственного снабжения. Затем волнения захватили практически весь город. Они начались с мирных демонстраций, а закончились захватом административных зданий. Местные власти оказались не в состоянии выправить ситуацию «воспитательной работой» и запросили помощь из центра. «Помощь» выразилась в присылке войск. Для координации действий по наведению порядка из Москвы в Новочеркасск были направлены члены ЦК КПСС Ф.Р. Козлов и А.И. Микоян. Но и они не смогли достичь «мирного урегулирования». Тогда Козлов обратился непосредственно к Хрущёву и получил от него санкцию на применение оружия против демонстрантов. Военную часть «операции» возглавлял командующий Северо-Кавказским военным округом генерал-полковник И.А. Плиев. Войскам был отдан приказ, и лишь после этого жизнь в Новочеркасске вошла в мирное русло.
За время беспорядков было убито 23 человека. Все погибшие были из числа горожан, ни одного убитого со стороны военных не было.
Особенностью новочеркасских событий стало сращивание экономических требований с общеполитическими настроениями. В своей подавляющей массе демонстранты были сторонниками социализма. Над колоннами развевались красные флаги. Люди несли портреты Ленина, пели «Смело, товарищи, в ногу» и «Интернационал».
В начале 1920-х годов некоторые видные большевики из состава «ленинской гвардии» (Г.Е. Зиновьев, М.П. Томский) так объясняли забастовки на советских предприятиях: рабочие бастуют вовсе не против Советской власти, они бастуют против плохого управления.
Практически подобная ситуация и возникла в Новочеркасске. Народ стал сравнивать время Хрущёва и время Сталина. Появилась листовка:
«О липовых ленинцах
Сталина вы критиковали, сторонников частично в гроб загнали, остальных от руководства отстранили, но цены на все продукты и товары в апреле каждый раз снижать они не забывали. Хрущёв из года в год в магазинах поднимает, заработок рабочим при этом он снижает; невольно возникает вопрос у нас — кто враг народа был и есть? Какие же вы лгуны и лицемеры и жаждущие псы, народа угнетатели. К чему стремитесь вы? Сталин и сторонники его последовательно к коммунизму шли и всех вели, при этом не смотрели на проделки капитала и не указывали пальцем так, как вы, лгуны».[289]
Накануне второго дня волнений в Новочеркасске все ругали Хрущёва, как изменника дела коммунизма. В листовках Хрущёва называли «господином», а на заводском тепловозе кто-то написал мелом «Хрущёва на мясо».[290]
Для многих рабочих участие в волнениях было «борьбой за коммунизм», против власти «жаждущих псов», которые попали в ловушку собственной идеологии и демагогии. Власть начала делать нечто, противоречившее собственным «первоценностям», и народ стремился выразить свой протест «неправедным коммунистам».
Вводом войск, в том числе и танков, в мирный советский город хрущёвская власть спровоцировала бурную социально-психологическую реакцию. До сих пор молодёжь видела такое только в фильмах, но там шла речь о вражеских, фашистских танках! В итоге все достижения советской пропаганды обернулись против самой власти. Она в глазах людей, особенно молодёжи, изменила высоким идеалам социальной справедливости и выступила как враг народа, а не как его слуга и руководитель.
Расправы с неугодными людьми при Хрущёве не прекратились. Их либо уничтожали физически, либо отправляли в тюрьму или ссылку.
9 мая 1956 года в Бакинской тюрьме был расстрелян Мир Джафар Багиров, первый секретарь ЦК компартии Азербайджана. В своё время на июньском Пленуме ЦК 1953 года Багиров выступил публичного осуждения «культа личности» Сталина, считая, что «возникнет трещина между партаппаратом и советским народом, а во-вторых, неизбежен раскол в мировом коммунистическом движении».[291]
Багиров бросил вызов Хрущёву и Микояну, предлагавшим на этом пленуме открыто осудить «сталинский культ». Хрущёвцы этого Багирову (и не только ему) не простили. Багиров был изгнан из власти, арестован, а затем убит. Его семью сослали на 20 лет в Иркутскую область.
Спустя недолгое время после смерти И.В. Сталина был упрятан в тюрьму его сын Василий. Основание для ареста было только одно — Хрущёв и Кє боялись, что сын вождя не станет молчать и будет добиваться правды о подлинных причинах кончины Иосифа Виссарионовича Сталина.
Расправлялся Хрущёв и с деятелями международного коммунистического движения.
В 1956 году хрущёвские агенты арестовали и вывезли в СССР Матиаса Ракоши, руководителя Венгерской Народной Республики и венгерской компартии (с 1948 года — Венгерская Партия Труда).
