свой новый клинок на шкуре твари.
И силомеч неплохо справился, по крайней мере хвост у адской ящерицы отлетал по частям весьма недурно. Пусть рубит не как по маслу, но все же рубит. Убедившись в этом, стало легче на душе. Значит она сможет при случае и без симбионта справиться с этими черненькими чумазенькими.
— Ладно, он твой, — отдала существенно укороченного ящера Симбе. — Ваше Темнейшество, покажи где их хозяин сейчас находится.
Нет, лишний раз светиться она не собиралась неизвестно перед кем. А вот повеселиться очень даже.
* * *
Предчувствуя легкую победу, Айзик вольготно развалился под дубом. С улыбкой глотнул дорогого коньяка из серебряной фляжки. Он уже предвкушал, как вернется и принесет хорошую весть отцу. А тот расщедрится и наконец сделает его главным смотрителем по игорной отрасли. Возможно отдаст ему в полное владение «Членистое брюхо» — столичный игорный клуб на Махманной. Он же лучший спец в этом деле! И уж тогда он развернется! Они еще все увидят, кто таков Айзик Рачкович! Он задрал подбородок, выпятил нижнюю губу и манерно поправил шляпу на голове, которую сегодня решил надеть на дело.
Когда первый поводок оборвался, Айзик нахмурил брови. Когда следом срикошетил второй, обрываясь, он, выматерившись, отбросил в сторону фляжку и подскочил с места. Когда третий через несколько минут исчез то он уже вгрызся в поля снятой шляпы и принялся нарезать круги по поляне. А потом понесся в сторону имения Боровских, сам пока не понимая зачем.
— Куда они делись эти твари⁉ — зло шипел он во тьму. — Ведь Боровские точно не должны были справиться с тройкой лучших генобов отцова зверинца!
И тут он ощутил внезапно, как все его тело обхватывает морозное покалывание чужой недружелюбной магии. Болезненно и неприятно. Предупреждение! Айзик шустро отпрыгнул назад на несколько шагов.
— Не может быть! — взвизгнул он. — Тотемная защита! У Боровских магический контур! Но как! Я же видел, как генобы преодолели это место, никакой защиты не было! — и Рачкович снова выругался, дав петуха под конец тирады.
Подобную защиту родовых имений сложно преодолеть, для этого надо вбухать немеряно силы не одного десятка магов. Тут Айзик представил, что ему придется объясняться с отцом и заскулил:
— Как⁉ У этого слабосилка Боровского просто не могло быть столько силы, чтобы поднять пирамиду ото сна! Он же вошь бездарная! Все наши донесли одно и то же!
Расстроенный Айзик вдруг споткнулся, пропахав носом траву. Встал, сделав пару шагов, снова шлепнулся — на сей раз в кусты сухого репейника, расцарапав руку до крови о сухую ветку.
— Ай! Ой! Что за бездна! — вопил он, снова и снова, спотыкаясь и летя в колючки.
Увы, спустя несколько часов глава Рачковичей наблюдал возвращение сына. Последний предстал в печально неприглядном виде — в подранной одежде, густо облепленной репьями. Над Айзиком грянул гром отцовского гнева.
— Налакался, идиот, что на ногах не стоял! Не просек контур и про… рал уже четырех генобов! — ревел отец, обстреливая сына хлесткими заклинаниями магии зеленых оттенков. — В роду не без урода! Вон с глаз моих! В Вертебск! И чтоб ноги твоей тут не было!
— Но как же! А игорный…
— Там с лягушками в болоте и наиграешься! Идиот!
Остальные члены Рачковичей наблюдали «порку» от главы, открыто смеясь. Жалость к ближнему своему в этом доме не поощрялась и приравнивалась к слабости.
* * *
Мурка вернулась обратно тем путем, каким выходила — перелезла через стену. На свету первого фонаря повертела найденную флягу. Значок с изображением рака был отчетливо виден. Крупные клешни, хвост, оканчивающийся широкой стрелой.
— Значит, Рачковичи, — хмыкнула.
Вот кого сегодня надо благодарить за существенный подъем уровня манны в резервуаре.
Бросив флягу в урну у конюшни, наследница брезгливо омыла руки в фонтанчике, что наводнял чашу, служа элементом паркового ансамбля. Заметила идущего к ней начальника стражи. Мужчина осведомился, все ли в порядке, поинтересовался, нужна ли помощь юному графу. Пришлось коротко обрисовать ситуацию, и предупредить, что Рачковичи могут подкидывать неприятные сюрпризы.
— Не беспокойтесь, ваше сиятельство, сдюжим. С защитой периметра уже совсем другое дело! Благодарим, что контур-то тотемный подняли! Слыхал я, что магам в одиночку это нелегко дается, а вы смогли.
Они вместе дошли до главного крыльца. В который раз повторила, что защита пока ей не требуется, и ей хватит одного Федора Макарикова. Велела пока ее не будет тщательно присматривать за бастардами.
— Будет сделано.
Поднимаясь к себе уже в одиночестве, задала вопрос тотему Боровских.
— Слушай, ваше Темейшество, расскажи мне, отчего бастарды в род не входят?
— Кровь, — фыркнул великий свин так, будто она ляпнула несусветную чушь. — Сильно разбавленную кровь родовая магия отторгает.
— Но ведь бастарды итак пользуются твоей магией.
— Пусть скажут спасибо. Век должны благодарить, что делюсь. Приживалки…
Свин разворчался, но больше напоказ.
Непонятность какая-то. Отторгает, но делится, это как?
— И что никак обойти это правило нельзя?
— Это не правило, а закон выживания рода, хранимого тотемом, — рыкнул Секач.
Ну конечно, теперь-то точно все понятно стало!.. Мурка почесала затылок, лохматя каштановые кудри. Ладно, позже вернемся к вопросу.
* * *
На утро провожать ее вышли вновь все служащие в имении. Мурка на прощание чмокнула в щеку толстушку Гриппу Степановну за космически вкусную выпечку, пожала руку хозяюшке Авдотье Михайловне, шутливо козырнула охране. Бастардов уже успела потискать в их комнатах загодя. Особенно своего братца, считывая одновременно слепок груди. Поэтому сейчас лишь послала детям воздушные поцелуи, смущая вновь Якова.
И все же… На сей раз наследница видела в глазах своих людей уже некое подобие надежды на перемены к лучшему. Хотя не у всех. Бедная Нина Пантелеевна влезала в силопер, словно в шипящий серпентарий, памятуя прошлую поездку с генобом в багажнике. Бедолага. Мурка даже ощутила укол совести за то, что подвергла свою столичную кухарку страху, заставив отправиться в путешествие. Но что сделано, то сделано. Вряд ли так повезет, что и на обратном пути им встретится свежая партия отборных генобов. Скорее всего путь пройдет без приключений.
Позволяя рулить Макарикову, последняя Боровская обложилась учебниками, пролистывая и запоминая информацию на скорости. Федя лишь глазом косил на графиню. Учеба всегда давалась ей легко. Достаточно один раз прочитать, чтобы запомнить учебный материал.
Вышло, как она и предполагала. Никто на их силопер так и не позарился до самой столицы.
17. Орел на взлете
Мурка шла по коридорам академии Высших Сил, ловя на себе любопытные взгляды, чаще злорадные, реже сочувствующие. В чем дело, вскоре объяснил
