замечания.
Я подождал у входа — не хотелось их прерывать.
Мастер Егоров у полировального станка обрабатывал золотую основу — искры летели, над его рабочим местом витал запах металла. Лебедев работал с платиной — ковал тонкую пластину для инкрустации. Холмский под присмотром старшего мастера учился настраивать артефактные контуры на простом кольце.
Обычный рабочий день. Мастерская жила своей жизнью.
Василий, наконец, оторвался от браслета и улыбнулся, заметив меня.
— Ну что, Саша? Небось, работал всю ночь? Плодотворно?
Я кивнул.
— Ну пойдём, покажешь.
Отец снял фартук и направился к своему кабинету. Я последовал за ним.
Василий закрыл дверь, повернул ключ в замке и взглянул на меня.
— Лене и мастерам пока не говорим? — уточнил он.
— Давай сначала всё просчитаем, — ответил я. — Поймём, реально ли это вообще. Если окажется утопией, незачем поднимать шум.
Василий согласно кивнул. Подошёл к столу, освободил место — убрал бумаги в сторону, отодвинул чертежи текущих заказов.
— Показывай.
Я достал из папки наброски и разложил на столе.
Общий вид драконьего яйца — фронтальная проекция. Профили с разных сторон. Более-менее детальная прорисовка дракона на вершине. Развёртка чешуи с разметкой расположения камней. Схемы магических контуров — предварительные, ещё сырые.
Василий надел очки и склонился над столом. Он долго водил пальцем по линиям, прищуривался, изучая мелкие детали. Я не торопил. Мастеру всегда нужно время, чтобы вникнуть в чужую концепцию.
Наконец, отец выпрямился. Снял очки, протёр стёкла платком и надел обратно.
— Драконье яйцо… — медленно произнёс он. — Просто и гениально, Саша.
Его заключение прозвучало с неподдельным восхищением.
— Форма идеальная для замкнутых контуров, — продолжил Василий. — Симметрия естественная, пропорции гармоничные. Чешуя как элементы защитной сети — блестящее решение. Каждая чешуйка — узел, а все вместе — система.
Он взял один из эскизов и показал на деталь.
— Здесь, смотри, можно усилить контур дополнительным витком. Вот так. — Он достал карандаш и наметил линию. — Стабильность повысится.
Переключился на другой эскиз.
— А тут — двойная закрепка для крупных камней. Изумруды по два карата требуют надёжной фиксации. Одинарные крапаны не выдержат нагрузки при активации. А облака на основании тоже можно сделать функциональными. Не просто декоративная подставка, а резервуар энергии… Золото с гравировкой внутренних каналов. Накапливает силу, отдаёт при необходимости. Это увеличит срок службы артефакта…
Я записывал предложения в блокнот. Отец действительно смог уловить суть. Тридцать лет работы давали о себе знать. Детали, которые я упустил в спешке, желая перенести на бумагу идеи, он замечал мгновенно.
Василий достал из ящика стола листы кальки и свежезаточенные карандаши.
— Теперь контуры, — сказал деловито, кладя кальку на мои наброски. — Без правильной схемы это просто красивая безделушка. Я вижу тут несколько уровней контуров. Металлы — серебро и золото, самоцветы высшего порядка, самоцветы среднего порядка. Каждый уровень работает на своей частоте, но все связаны.
На кальке появлялись линии — каждый контур имел свой цвет.
— Серебро — защитные контуры. Основная сеть идёт по чешуе. Каждая пластинка — проводник. Линии силы от основания к вершине, как меридианы на глобусе. Узлы активации в точках пересечения.
Василий пометил точки красным карандашом.
— Золото — исцеление и концентрация энергии. Это две разные задачи, и мы их разведём, но позволим запитывать одно от другого… Дракон на вершине — ключевая деталь артефакта, замыкающий элемент. Спиральные витки пойдут вниз по поверхности яйца. Жемчужина в пасти — фокусирующий элемент. Собирает силу, направляет…
Переключился на другой лист.
— Самоцветы высшего порядка на четыре стихии. И среднего — вниз, на облака, будут аккумулировать энергию.
Я внимательно следил за его рукой. Схемы формировались стройно, логично.
— А если добавить самоцветы среднего порядка на чешую? — предложил я. — Усилят эффект, создадут градиент силы. Плавный переход от максимума к фону.
Василий задумчиво постучал карандашом по столу.
— Имеет смысл, — согласился он. — Но нужно точно подобрать камни. Не всякий самоцвет среднего порядка подойдёт под эту задачу.
Я тоже взял карандаш и принялся рисовать схемы расположения самоцветов. Как камни размещаются по чешуе, какие контуры их соединяют. Точки пересечения энергий разных стихий.
Час пролетел незаметно. Наконец, мы одновременно отложили карандаши и отступили от стола.
Василий удовлетворённо кивнул.
— Технически это возможно, — заключил он. — Архисложно, но возможно. При условии, что я получу девятый ранг. Без абсолютного контроля всех стихий такой артефакт не настроить.
— Получишь, — уверенно сказал я. — Я в этом не сомневаюсь.
— Твоя уверенность подкупает, — усмехнулся отец. — Но теперь главное — посчитать смету. Потому что если цена окажется запредельной, придётся искать другую концепцию.
Василий достал из шкафа справочник цен — толстый гроссбух в кожаном переплёте, издание Гильдии артефакторов. Актуальные расценки на металлы и самоцветы, обновляется ежеквартально.
Я следил за расчётами. Металлы — не самая затратная часть. Полторы тысячи за платину, золото и серебро — приемлемо.
Василий перешёл к самоцветам, и тут кому угодно могло стать дурно. По двести штук рубинов, сапфиров, изумрудов и алмазов. Пятьдесят александритов.
Камни среднего порядка — гранаты, цирконы, аметисты, турмалины, топазы, опалы, аквамарины, бериллы, шпинели. Всего не менее тысячи для украшения «облаков».
И жемчужина — крупная, высшего качества, для пасти дракона…
Василий подвёл черту и посмотрел на итоговую цифру.
— Пятьдесят тысяч минимум. Да уж, это астрономическая сумма, Саша.
Я нахмурился.
Брать второй кредит под конкурс, имея один на дачу? Безумие. Двойная долговая нагрузка. Риск не потянуть, если что-то пойдёт не так. А в нашем деле всегда всё может пойти не так.
Можно распродать запасы самоцветов из тайника, но ради императорского проекта я ими рисковать не хотел.
Голос Василия прервал мои мрачные размышления:
— Не хмурься так, Саша. Есть решение.
Я поднял взгляд.
Василий откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.
— После подачи заявки будет первый этап конкурса. Защита проектов перед комиссией Императорского двора.
Я удивлённо приподнял бровь.
— Защита проектов? Не слышал о такой процедуре.
— Стандартная схема для крупных императорских конкурсов. Я лет пятнадцать назад участвовал в подобном. Тогда делали подарок для османского султана к юбилею его правления.
Он наклонился вперёд, объясняя:
— Конкурс идёт в несколько этапов. Первый — подача заявки. Второй — защита проекта. Мастера представляют подробные эскизы, объясняют концепцию, обосновывают выбор материалов, описывают технологию создания. Можно даже представить макеты, это приветствуется. Комиссия оценивает реалистичность проекта
