«Пока гостья». Не начала ли Габриэла сомневаться в легенде, придуманной Россом и Джульеттой? Конечно, прошло уже много времени, но ведь Англия так далеко. И султан, конечно же, должен понимать, что быстро такие дела не свершаются: погода может быть неблагоприятной для плавания; сумма выкупа достаточно велика, чтобы собрать ее в одну минуту, да и через столько рук должны пройти деньги, пока дойдут до правителя Занзибара. Султан должен понять все и сделать скидку на обстоятельства. Подойдя к апартаментам матери султана, Джульетта гордо расправила плечи, вздернула подбородок, стараясь больше ни о чем не думать.
Ажурные железные ворота охранялись евнухами, вооруженными длинными, кривыми саблями. Девушка испугалась, представив, что может случиться, если она не понравится госпоже Валидее. Габриэла о чем-то перемолвилась с неграми: равнодушный взгляд черных глаз скользнул по Джульетте.
— Я успокоила евнухов, сказав, что вы женщина.
— Неужели, в этом можно усомниться? — брови Джульетты удивленно поднялись.
— Они обязаны убедиться, что в покои матери султана входит женщина, поскольку ни одному мужчине, кроме его светлости, не дозволено появляться здесь. После моих заверений относительно вашего пола, евнухи не станут проверять самолично. — Габриэла кивнула охранникам, и их пропустили.
Джульетта ужаснулась, подумав о том, что огромные ручищи негров могли бы шарить по ее телу, чтобы удостовериться, женщина ли перед ними. Но развивать эту чудовищную мысль она не стала, так как леди Габриэла остановилась перед мраморными колонами, увитыми цветущими лианами.
Воздух в комнате был насыщен тяжелым запахом духов. Повсюду лежали огромные подушки из атласа всевозможных расцветок.
Габриэла склонилась в низком поклоне, скрестив руки на груди. Джульетта сделала тоже самое, хотя и не видела никого в полутемном помещении. Лютня, прикрепленная лентой к поясу, издала тонкий звук. Джульетта поправила инструмент, следуя знаку Габриэлы. Неизвестно откуда девушка услышала хрипловатый голос. Рука Габриэлы подтолкнула ее вперед, и только тогда Джульетта рассмотрела маленькую, полную особу, расположившуюся на подушках в дальнем конце комнаты. Джульетта покосилась на Габриэлу, но та уже исчезла, оставив девушку наедине с самой влиятельной женщиной в Занзибаре. Помня наставления Габриэлы, Джульетта застыла в молчании, ожидая какого-нибудь знака от Валидеи.
— Подойди.
Джульетта удивилась, услышав английскую речь, и подняла глаза, встретившись с взглядом ярких карих глаз, которые показались ей очень молодыми для такой женщины, как Валидея.
Она сделала несколько шагов вперед и остановилась. Рука, усыпанная драгоценностями, махнула ей в сторону груды подушек. Джульетта изящно опустилась на атласную подушку, оказавшись в ногах матери султана. Грациозно изогнув руки, как учила Габриэла, Джульетта сняла с лютни ленту и положила инструмент на колени, надеясь, что с тщательно настроенными струнами ничего не случилось. Если она произведет плохое впечатление на эту знатную даму, ее будущее в гареме будет ужасным, причем совсем скоро. Джульетта судорожно сглотнула и стала ждать сигнала.
— Итальянка? — мягко спросили ее.
— Англичанка, госпожа Валидея, — тихо ответила Джульетта, глядя в пол.
— Жаль. Хотелось поговорить о моей родной стране.
Джульетта до того удивилась, что открыла было рот, чтобы задать вопрос, но вовремя спохватилась, вспомнив о предупреждении Габриэлы. Она всмотрелась в привлекательное, без единой морщинки, лицо — итальянка?! Джульетте даже и в голову не приходило, что мать султана может быть европейкой. Хотя, если девушек тут похищают, продают и покупают, мать султана вполне может быть любой национальности. Все зависело лишь от причуд его отца. Интересно, приходилось ли Валидее жить в гареме и проходить ту же школу, что и остальные наложницы? Она заслужила свое положение тем, что подарила своему господину первого сына. Сыновья от других жен, родившиеся после первенца, ставили своих матерей всего лишь в подчиненное положение перед той, которая находилась только на одну ступень ниже самого султана в дворцовой иерархии. Повелительница Скрытых лиц всегда будет именоваться Матерью султана, если, конечно, ее сын не умрет и впоследствии займет место правителя.
— Сыграй мне песнь твоего короля, — велела Валидея, говорившая по-английски с каким-то странным, мягким акцентом.
Джульетта поклонилась учтиво и сосредоточилась. Она тронула струны и неторопливо начала играть знакомую, хорошо отрепетированную мелодию, постепенно набиравшую силу и звучавшую все уверенней. Это было красивая и печальная песня. Джульетта видела распускавшиеся листья в весеннем английском саду, чувствовала запах первых цветов, которые появлялись возле кухонной двери миссис Шепед вспоминала, как набухают почки на кустах жимолости, как разрезают первые солнечные лучи предрассветный туман.
Так играла она, пока Валидея не произнесла:
— Ты скучаешь по своей родине.
Только теперь Джульетта ощутила слезы на глазах и поняла, что все ее чувства, вложенные в старую песню, не остались без внимания матери султана. Девушка улыбнулась, смахнув слезинки.
— Повелительница Скрытых лиц очень мудра. Я, действительно, вспомнила Англию, но не хочу показаться неблагодарной: во дворце ко мне хорошо относятся.
— Я тоже храню воспоминания о родных местах, — вздохнула Валидея, — разве тебе не говорили, что я родилась на Сицилии?
— Нет, госпожа Валидея. Наверное, Италия очень красивая страна, к сожалению, я там никогда не была. Могу я… — она внезапно замолчала, вспомнив сказанное накануне Габриэлой: говорить лишь тогда, когда спрашивают.
— Почему ты замолчала?
— Простите, госпожа Валидея. Я ведь не смею ни о чем спрашивать без вашего разрешения.
— Я разрешаю тебе. Раз начала, договаривай.
— Вы необычайно добры, госпожа Валидея. Я только хотела сказать, что вы очень хорошо говорите по-английски.
— Это так, — кивнула мать султана, — я научилась английскому и французскому еще ребенком. Из-за винных погребов моего отца к нам приезжало множество гостей. — Она помолчала, мечтательно глядя в полутьму комнаты, очевидно, вспоминала детство, потом вдруг спросила: — Сколько тебе лет?
— Шестнадцать, госпожа Валидея.
— Как раз в этом возрасте я родила сына своему господину, — с гордостью сказала Валидея. — Наш союз благословил сам Аллах. — Она потянулась пухленькой ручкой к блюду с марципанами. — Сыграй что-нибудь еще, только веселое, какой-нибудь танец.
Джульетта повиновалась. Однажды она была на деревенской ярмарке вместе с детьми Шепедов. Там играл уличный скрипач так задорно и весело, что молодые парни и девушки пустились в пляс. Джульетта попыталась воспроизвести ту мелодию, получилось похоже, но совсем иначе — лютня и скрипка разные инструменты. И все-таки Джульетте показалось, что Валидея осталась довольна.
