На следующий день, все проспали больше обычного, Шип, живущий в компании двух своих верных помощников, не спал совсем и когда в дверь неожиданно постучали, ни чуть не удивился. С темными кругами мешков под глазами, покрасневшими от алкоголя белками, он медленно побрел к двери, не утруждаясь смыть кровь с ботинок и брюк — ему было все равно. Ничего не спрашивая, он смело отворил дверь:
— Шип!!! Поздравляем! — внутрь с громкими торжествующими криками забегала толпа подростков и людей постарше, все смеялись, некоторые пожимали руку хозяину, некоторые просто улыбались, сохраняя в глазах холодный огонек. Последним внутрь заходил пухлый мужчина в белом смокинге, высокий и широкоплечий, он покуривал сигару, в левой руке держал кейс и, не удостоив взглядом хозяина, прошел внутрь. Шип закрыл дверь. Компания уже рассаживалась по свободным местам в гостиной, сверху спускались еще два юноши, такие же помятые, как и их шеф. Но, в отличие от него, на приветствия, они отвечали взаимностью. Он же плюхнулся на свободное кресло и безучастно смотрел сквозь окружающий мир, не прислушиваясь ни к единому слову. Вид у всех прочих был осоловело-томный, вероятно повод был невероятно подходящим. Тем временем, к хозяину коттеджа подвалил парень, совсем еще мальчик, со свежей царапиной на ухе, усилиями Магмара которого, вчера был сожжен огромный особняк.
— Шип, а куда ты потратишь свою долю….?
Шип взглянул с сомнением, и на Це?на, и на чемодан, возле его ног. Мужчина перевел взгляд на толстяка с сигарой, уловив его довольный взгляд. Бледный Медведь, а это был именно он, покачивал головой, внимательно наблюдая за своим «новым открытием» в отделе кадров. Шип поднял кейс быстро, быстро его открыл и обнаружил в нем не менее четырех тысяч крепкой и надежной валюты. Любопытный Цен непреднамеренно испустил удивленный вздох, — к их парочке моментально обратились взоры всех пирующих.
— Куда я их потрачу? — улыбаясь спросил Шип, он был невероятно счастлив содержимому. Неподдельная улыбка сияла на его посиневшем лице, слезы медленно выдавливались из холодных, стеклянных глаз, руки дрожали, по лбу стекал пот. — У меня давно была мечта. Сам я сирота, и детство свое, я провел в приюте… здесь недалеко. Вы многие об этом знаете, — Шипа слушали внимательно, настороженно, словно ожидая какого-то розыгрыша, — так вот, все эти деньги я пожертвую сиротскому приюту Красной Розы.
Установилось томительное молчание. Шип продолжал улыбаться, будто и не видел всех этих удивленных взглядов. Лишь Бледный Медведь медленно и уважительно захлопал, его подхватили и остальные. Счастливый обладатель целого состояния откровенно заплакал, — он был очень чувствительным и эмоциональным, от рождения. Быстро, быстро он ринулся к центру комнаты и наполнил бокал первоклассным бренди, вслед за остальными.
— За Синдикат! — торжественно, в унисон, проговорили самые успешные люди банды.
И бокалы соприкоснулись, наполнив гостиную радостным стеклянным отзвуком. Общая компания разделилась на пары и на тройки, рассказывали новости, анекдоты и даже невероятные истории, подслушанные в местном трактире. Шип молча сидел возле босса, глядя ему в глаза. А потом, набравшись смелости, спросил:
— Медведь, а что будет с властями…? Мы порядочно там наследили. — Шип говорил спокойно, ожидая неприятных сведений, полностью к ним подготовленный за прошедшую ночь.
— А ничего не будет, мальчик мой. Ничего ведь и не было. Или ты газет не читаешь, вот глянь…
И он протянул ему свежий выпуск районного журнала… На первой полосе широкими буквами сообщалось о вчерашнем убийстве семьи Лоренкраут. «Вот, какая у них радость, у журналистов!» — злобно подумал про себя Шип и перевернул заглавие…
Дикий Магмар нападает на Вестроут!
«Сегодня ночью в маленьком городке Вестроут было совершенно двойное убийство! Дом третий по Восточной Улице был сожжен дотла, в результате чего погибли оба хозяина. Подоспевшие пожарные сумели лишь предотвратить дальнейшее распространение огня, но спасти здание им не удалось. Расследование обстоятельств дела началось спустя полтора часа, но опрошенные соседи заявили о том, что о пожаре они узнали, лишь после приезда бригады. Камеры внешнего видео-наблюдения зафиксировали покемона, пробивающего ворота и входную дверь. Монстр был опознан, как Магмар — Покемон огненного типа. Именно он послужил главной причиной возникновения пожара. Свидетельства профессионалов подтверждают эту версию. По их словам, само наличие Магмара уже повышает риск воспламенения пожароопасных веществ на 65 %.
— Дело можно закрывать. — говорит районный пожарный инспектор и полиция с ним полностью солидарна. Тем не менее Дэвид Лоренкраут и его супруга Арена Рэндайс погибли в огне и будут похоронены в среду 30 ноября. Как утверждают знакомые, Дэвид был…»
Дальше Шип не читал. Он потерял дар речи. Перед глазами стояла темнота, звуки увязли в странной трясине действительности, голова кружилась, ноги были парализованы, он бессильно обмяк в кресле. Бледный Медведь посмотрел на него с улыбкой и еле слышно проговорил: «Да ладно тебе, не стоит благодарностей…», а затем и вовсе засмеялся, зашагав по комнате демонстративным маршем, изучая дорогие оригиналы картин на стенах залы. «Шип» — прозвище данное Фьюзеру, получившему свою фамилию от приемного отца, Бледного Медведя — Белерубиньян, сейчас протыкало каждую клеточку его тела. Он чувствовал себя никчемным и потерянным, никому не нужный. Ведь вчера он сжег свою сестру, последнего человека, нуждающегося в нем. Картинка перед глазами блекла, газета выпала из рук, к нему подскочил Цен, единственный, кто испугался странному поведению друга. Но едва парень осмелился положить руку на плечо, как Шип вскочил и громко заорал… Все будто собственный язык проглотили, Бледный медведь разбил стакан дорого напитка, Цен отскочил к противоположной стене, ожидая, что хозяин сейчас сожжет и свою квартиру. Но тот просто схватил кейс и выбежал на улицу, а вскоре все расслышали звук его «шипованной» резины, и постепенно удаляющийся звук двигателя.
«… А потом я сел в машину и уехал — ехал долго и без всякой цели, на полной скорости, с тайным желанием разбиться на первом же повороте. Но этого не случалось, я ехал цель день и всю ночь, покупал бензин и ехал снова, по самым опасными трассам, на самой опасной, недопустимой скорости, но что-то меня оберегало, не давало умереть. И тогда я плюнул на все и свернул за ограждение… машина разбилась о скалы, но… я вновь выжил. Проснулся через несколько дней, в хорошо убранной палате, в окружении врачей, широко мне улыбающихся. Как мне объяснили, машину, после столкновения с землей, порядочно согнуло и кусок капота врезался мне в лицо. К счастью, в этот момент я рефлекторно закрыл глаза, поэтому у меня лишь шрам, а не темный провал в черепе. Денег у меня было много, и они даже обещались сделать из меня былого красавца, но я отказался, шрам для меня наиважнейший документ в жизни. Всю сумму, как и было обещано, я отдал приюту Красной Розы, за что получил личную благодарность от ордена Серафимов, кем и был основан этот дом. Так я и стал членом ордена. Мафия если и искала меня, то вероятно недолго, а если и нашла, то испугалась моей новой крыши.
