душу всего три слова «уже купила билеты».
С отчаянием схватив альфу на рубашку, с рычанием потребовала:
– Отпусти меня! ОТПУСТИ!!!
Никита моргнул. Плечи мужчины поникли.
Рука коснулась стены, и та сразу отъехала.
– Отпускаю. Иди…
Не веря, что всё происходит взаправду, не сразу бросилась на выход. Замялась. Пристально всматривалась в истинного, выискивая подвох, но видела только тоску и отчаяние. Сейчас они были мне так знакомы… я не удержалась и прижалась к Волкову.
– Спасибо… Спасибо! – прижавшись к Никите, подарила ему поцелуй. Самый благодарный и самый отчаянный!
То, что Никита так быстро сдался, уступил мне… оно что-то переключило во мне.
Оторвавшись от губ альфы, осмелилась на отчаянную наглость.
– Ключи от машины есть?
– Есть, – заторможено ответил Волков.
– Дай.
Никите понадобилась одна минута, чтобы вернуть себе самообладание.
На мою протянутую ладонь легла приятная тяжесть.
– Чёрный «Патриот». Стоит возле ворот. На границе поселения тебя пропустят.
Кивнув, сжала ключи и бросилась вперёд по коридору.
Глава 29. Отчаянный шаг
Никита не обманул. На пропускном пункте меня никто не остановил. Ворота уже были открыты. И слежки не наблюдалось. За мной не ехали машины, пока я не вырулила на МКАД. В звериной форме оборотни тоже не смогли бы вести преследование. Одним словом – «мегаполис». Тут здоровенными волчарами не побегать.
В остальном меня сейчас другое занимало. Даже если бы погоня и была, я не сменила бы курс. Моего ребёнка собирались вероломным образом забрать, увезти далеко! Отнять у меня! Материнский инстинкт вопил и требовал возмездия. Особенно инстинкт тигрицы-одиночки, которую кроме потомства больше ничего не волновало в этой жизни. Ведьма тоже негодовала, но у этой части меня окрас ярости разбавляло чувство предательства. Я же пыталась это всё примирить в себе. Как человек, я понимала Сашу. Более того, на её месте, думаю, поступила точно также, потому что Женя – самые важный в мире человек. Его безопасность – приоритет! И чего уж там! Этот приоритет я сильно расшатала, попавшись Волкову на глаза.
– Грёбанный Туманов со своим заказом! – ругнулась сквозь зубы, вцепившись в руль «Патриота» с отчаянием.
Именно отчаяние не позволяло отступить. Да, Сашу ведёт желание оградить нашего малыша от всех опасностей, но я не могу! Я не отдам моего сына!!!
Тряхнув головой, первым делом сбросила скорость. Так разозлилась на крёстную, на себя и весь мир, что уже мчала по трассе на запредельной скорости. Не хватало Никите машину разбить! Со мной вряд ли что-то случится. Как сверх я обладаю отменным здоровьем и регенерацией, однако дорога до Барвихи дальняя. Не меньше часа.
Я сделала глубокий вдох.
«Надо не истерить, а думать. Думай, Аня! Думай! Что нам делать, когда мы окажемся на месте? Что говорить, и как не сорваться?! Нельзя напугать Женю».
За этими мыслями сама не заметила, как достигла конечной точки.
День находился в самом разгаре. Солнце поднялось на небосклон и по-весеннему пригревало, а ветер обдувал холодом, полностью гармонируя сейчас с моим внутренним состоянием.
Я улыбнулась, подходя к воротам огромного особняка, второй этаж которого еле-еле просматривался из-за высокого забора. Страх, что меня сделали персоной нон-грата зашкаливал, но я нашла в себе силы нажать на кнопку селектора.
– Колосова…
– Анна Алексеевна, проходите, – отрапортовал знакомый голос услужливого помощника Александры Северянской.
Не успела я ускориться, ныряя в приоткрывшиеся ворота, как Марат Игнатов уже торопливо выходил из особняка.
– Анна Алексеевна! Мы вас не ждали… – мужчина, переступивший рубеж сорока, хмурился. – И Александра Михайловна ничего не сказала.
– Где она, Марат? – Я старалась не психовать, но нервы были натянуты до предела. – Где Женя?
– Так это… – помощник крёстной растерялся ещё больше. – Они уехали. У них же самолёт…
У меня ноги подкосило от слабости. Схватившись за перилла каменной лестницы, сглотнула ком горечи.
«Спокойно, Аня! Марат не виноват… и он – человек. При нём нельзя обращаться!»
– Так завтра же… – хрипло прокаркала я. – Крёстная сказала…
– Вы позвонили, – Марат пожал плечами, – Александра Михайловна поговорила с вами и после разговора вдруг передумала. Сказала билеты поменять. Самолёт через два часа. Они поехали в аэропорт, как только я сказал, что всё сделал.
– Женя с ней?
– Да… а что случилось? Анна Алексеевна, вам плохо?
А мне было очень плохо. Одно дело забрать сына здесь, где мне никто не ровня, и другое дело в аэропорту! Там столько охраны! И… и документы! Женя официально сын крёстной.
Сотни тысяч молоточков плясали по моим нервам и извилинам, наказывая за полное доверие.
Я с трудом вернулась в машину Волкова, забралась на водительское сидение и заревела, как школьница, которую довели до ручки. К такому предательству Саши я оказалась не готова.
«Так! Спокойно! – пытаясь угомонить истерику, принялась распекать себя. – Чего вообще началось! Надо не реветь, а действовать! К тому же Никита тебя отпустил! Что мешает ехать вслед за сыном за границу!? Если сейчас поспешим, то это получится сделать даже на одном самолёте!»
Как только первая волна отчаяния прошла, я растёрла по щекам слёзы, высморкалась и дрожащими руками снова дала вызов на телефоне, предоставленном Волковым.
– Да?
– Саша! – стараясь контролировать свои эмоции, говорила тихо. – Меня отпустили. Я приехала к тебе… а вас нет. Где вы?! Я приеду… документы у меня с собой. Я…
– Аня, – голос крёстной дрогнул, и я сразу захлопнула рот, чувствуя подкатывающий страх.
«Она не хочет, чтобы я ехала с ними! Говорила, что будут меня ждать за границей, а сама…»
– Саша?
– Ань, не сейчас. Сначала я должна обезопасить Евгения.
– Но я же не против! Я согласна ехать с вами! – «Только дай до тебя добраться! Я тебе голову откушу, предательница!» – но голос даже не дрогнул, чтобы не выдать искренние мысли. Он продолжал литься сладкой патокой. – Только скажи, в каком вы аэропорту, и я приеду!
– Ты будешь против, – твёрдо выпалила крёстная. – Я выбрала Италию не случайно. Там живёт один отшельник из ваших… сверх-ведьмак. Он умеет… умеет подавлять животную сущность у оборотней.
– Что? – я вздрогнула от ужаса.
– Я записалась к нему на приём. Женя будет просто ведьмаком! Это же… Это самый лучший выход! – торопливо уверяла меня Северянская, всё больше походя на чокнутую. – Ты потом со мной согласишься, когда увидишь и поймёшь, что Женечке больше скрываться не будет нужно! Возможно, даже сама пройдёшь ритуал подавления…
– Саша! – рыкнула грозно. – Не смей! Это мой сын! Мой волчонок!!! Ты…
– Я знала, что ты будешь против, – прошептала крёстная с отчаянием, – поэтому беру всю ответственность на себя. Ты… ты потом скажешь спасибо, ведь
