принципе видите фрагменты будущего. А кому не хочется его знать?!
Арсений усмехнулся:
– Действительно… Ты сказал всё правильно о таких, как я. За одним исключением – ни я, ни мне подобные не можем видеть своё будущее. И это подлая подножка судьбы. Но! – Усмешка ведьмака стала ещё шире. – Твоё условие на вступление в альянс раскрыло для меня новые возможности.
– О чём ты?
Глаза Арсения хитро прищурились.
– Волков Никита Русланович, ты согласился, чтобы я нашёл для тебя самую лучшую вассу. Я увидел не погибшую пару… а рядом с ней бьющий ослепительный свет.
– Что?
Туманов поднял руку, жестом требуя дать ему договорить.
– Этот свет – моя пара.
– Ты… – если сказать, что я сильно удивился, это значит, ничего не сказать. – Как такое возможно!? Аня – моя пара! И вообще… разве у ведьмаков пары бывают!?
– А вот это хороший вопрос, альфа.
Арсений кивнул и двинулся на выход.
Я возмутился.
– Эй! Считаешь, что я удовлетворюсь таким окончанием разговора!?
Туманов покачал головой, через плечо бросая в меня ещё одну таинственную улыбку из своего арсенала.
– Моя пара – не Анна, но она находится рядом с твоей в непосредственной близости. А ухожу я потому, что ты сейчас будешь слишком занят.
– Что?
– Пришла пора платить цену за доверие того, кого ты любишь. Заплати и поступись своим. Только тогда твоя цель будет достигнута.
Я скривился, ни хрена не понимая и уже начиная злиться от этого.
– Что за…
Туманов кивком головы указал на мой карман.
– Отпусти её. Она ждёт…
Я потянулся за телефоном, лежавшим в этом самом кармане.
Дверь кабинета мягко закрылась за ушедшим, но мне уже было не до ведьмака.
В логове творилась вакханалия!
Аня будто с ума сошла, ломая мебель, как Халк.
Я бросился на выход.
Глава 28. Неожиданный поворот
Никита ушёл. Можно сказать сбежал.
Я же вставать не спешила. Первым делом нашла на пульте кнопку, и на видео-панели «забрезжил» нейронный рассвет.
Взгляд медленно пополз по контуру потолка. Я принялась выискивать признаки камер, еле сдерживая негодование. Тигрица меня предала! Сбежала! А ведь я всегда думала, что мы с ней – одно целое!
Маленькие и неприметные они нашлись не сразу. Изначально я планировала их испортить. Наивная! Думала, что Никита, понаблюдав такую истерику через свои следящие устройства, решит, что я чокнутая, и тысячу раз свои планы насчёт меня пересмотрит! Да только как это возможно, если крошечные чёрные точки встроены под самым потолком по четырём углам комнаты?! А потолки тут, на минуточку, под три метра!
Единственный маршрут, который тут возможен для такой, как я, пленницы – от кровати до ванной комнаты. Я прошептала ёмкое ругательство и осуществила его привычным шагом, приняла душ, а потом вернулась обратно в кровать.
Гель для душа с запахом лесных ягод успокаивал. Забавно, но именно такой аромат я покупала для сына. Хоть сверхи и отличаются супер-нюхом, но Женечка любил всякого рода пены для ванн.
Тоска по сыну сжала сердце.
Замотав мокрые волосы в полотенце на манер тюрбана, потянулась к мобильному телефону, который «не прослушивается и никак не отслеживается».
Номер Сашки набрала по памяти.
– Да?
– Крёстная…
– Анечка! – захлебнулась женщина от волнения. – Ну, где же ты! Я уже вся извелась!
– У меня не получилось, – несчастно всхлипнула я. – Он нашёл меня и вернул обратно… передумал отпускать. Понял, что я вру насчёт… не важно. В общем, пока я тут, а вы… сами.
– Сами, – заторможено повторила Северянская Александра.
– Никита запер меня в логове. Отсюда не выбраться… придётся… придётся идти на обман, – торопливо говорила я, желая устранить шок женщины, заменившей мне семью. – Как только получится, я сбегу. И… Саша… – голос дрожал. – Саша, придётся действовать решительно.
– Что? – Крёстная потеряно спросила невпопад. – О чём ты, мась?
Сжала телефон крепче, переходя к неприятной сути, ради которой я вообще решилась на этот разговор.
– Саша… я всё понимаю. Ты – фигура видная. У тебя магазины парфюмерии по всей стране. Да и за рубежом. Я… я не буду обижаться, если ты захочешь… захочешь остаться здесь. Но нам надо уходить. Я подумала… Агата была права.
– О чём ты? – Саша заволновалась. – Нет. Это совсем не выход! Помнишь? Ты говорила, что надо сражаться за свою свободу.
– Не сейчас. Женя… Он слишком уязвим. Я не могу рисковать им.
– Я… – крёстная всхлипнула, прекрасно понимая моё рвение. Но ей было сложно смириться с ещё одной разлукой. Наверное, поэтому женщина ударилась в отчаяние, предложив: – Ты могла бы оставить Женю мне… По документам он – мой сын.
– Что? – У меня похолодело всё внутри, стоило только это услышать.
– Это будет для нас отличный выход, – поспешила Саша, запинаясь из-за рыданий. – Стая оборотней жаждет только тебя. О Женечке никто не знает. А я… я могу уехать за границу с ним. У меня есть все необходимые реагенты, чтобы создать для мальчика нужный концентрат, сбивающий запах.
– Саша…
– Нет, Ань… – торопливо запричитала женщина, – ты только сама подумай! Это же прекрасная возможность дать твоему сыну вырасти. Рядом с тобой Женя всегда будет в опасности. Я не верю, что Волков отпустит тебя, даже если ты успешно сбежишь. Он перероет всю Землю! Твой запах ведёт его. А я могу увезти нашего малыша в Европу…
В груди разрасталась страшная бездна. Принимать тот факт, что крёстная права, и тут же понимать, что тебя вдруг решили выбросить, как случайно активированную бомбу… и кто?! Единственный человек, которому ты доверяешь! Да ещё и моего сына увезти от меня!
Материнский инстинкт взвыл от отчаяния. Благоразумие просто лопнуло, как воздушный шарик.
Не разораться на всё логово и не начать обвинять Сашу в предательстве мне помог чистый расчёт и жуткий страх.
Сделав глубокий вдох, спросила не дрогнувшим голосом:
– Когда ты собралась это сделать?
Крёстная замялась, но нашла в себе смелость ответить честно:
– Я уже купила билеты на самолёт.
Ярость захватила моё сознание. Как нажала отбой не помню, но очень благодарна такому решению.
Злость и боль от предательства могли толкнуть меня на глупость, а её я себе никак не могла сейчас позволить!
«Уже купила билеты! Уже!»
Ярость требовала выход, и я уступила ей.
Первым полетел стул… в видео-панель.
Осколков не было, но трещины побежали по всей стене, стирая ненастоящий лес.
Я закричала, хватаясь за вазу…
Через десять минут в комнату влетел Волков.
– Аня! Аня, что ты делаешь? Что с тобой!? – Никита был напуган.
А я… а мне выпекало
