соображаешь! – проговорил человек-гора с дредами. – Мне тебя даже будет жаль!
– Дубина ты, Китти!.. – прыснул со смеху рыжий, ударяя подельника по ржавому наплечнику. – Голограмма это… Связь такая была до Блэкаута! Этот мужик может сидеть хоть на Луне…
Его речь оборвалась, потому что главарь шайки соскочил со своего могучего чёрного зверя, выхватил у Рэнди пистолет, повернул переключатель и послал яркую белую молнию в левое запястье мертвеца. Голограмма исчезла, оставив юношу одного. Запахло горелым.
– Тьфу ты, блин! А я думаю – с какого перепугу этот хрен сияет, как святой? – пробормотал, спешиваясь, здоровяк Китти.
– То, что жмурик – из «Крылатого Солнца» – чертовски плохо, – сказал рыжий, что, впрочем, не помешало ему приступить к обчистке трупа. – Они ж сюда вынюхивать придут.
– Cразу видно, Эзра, тебя не было в Мирном! – пренебрежительно бросил «вояка», шагнув к Рэнди так близко, что острие гарпуна упиралось теперь парню в голову. – Тогда б ты знал…
– Как это, в Мирном? – задыхаясь, выкрикнул юноша. – Вы, уроды, и туда добрались?..
– Ну-ка, цыц! – рявкнул «вояка», дернув пушкой так, что гарпун едва не рассек пленнику лицо. – Фокс, ты слышишь? У пацана есть какие-то дела в Мирном, прикинь? Никак с черепами говорить собрался!..
– Что там случилось?! – едва не взвыл Рэнди, несмотря на близость гарпуна и могучих челюстей.
– Подохли там все, вот что случилось! – Китти снял с меня пояс вместе с топором, со знанием дела прощупал куртку и нашёл спрятанный в подкладке мешочек с драгоценностями Альды, который сразу же бросил своему боссу. Затем толстые пальцы Китти скользнули по штанине Рэнди вниз. Парень инстинктивно дернул ногой: «Отвали, скотина!». Но гарпун кольнул его в голову, прорвав кожу; по виску и шее заструилась кровь, просачиваясь в шарф и свитера.
«Они врут ведь, да? Нарочно врут, помучить хотят… Не могли засранцы с гарпунами да стрелами вырезать весь персонал космодрома – там же крепость!..» – убеждал себя Рэнди, чтобы, не допусти Солнце, не зарыдать на глазах у врагов.
Глава банды не сходил со своего чёрного пса. Без особенного интереса он высыпал на ладонь драгоценности, почти сразу же сложил обратно и молча спрятал в поясную сумку, даже не глядя на пленника. Рэнди подумал, что парень, должно быть, немой, и это испугало его ещё больше. Безмолвная долговязая фигура, способная уничтожить его одним кивком головы, напоминала бы Мрачного жнеца, если бы не цвет плаща. Что там у него в башке творится – чёрта с два угадаешь, а для того, чтобы, будучи немым, командовать хотя бы тремя головорезами, нужно быть втрое более свирепым, чем они.
Потерянные Дети прибрали к рукам и карту. За три дня скитаний Рэнди успел заучить ее почти наизусть, но от этой мысли ему не полегчало. Утешало пока одно: бандиты не спешили его убивать. Мысли парня вновь вернулись к золоту. Может пообещать злодеям больше сокровищ, если они его отпустят? Но беда, если эти ребята – каннибалы, да еще и голодные – не зря ж так много слухов ходит о похищениях людей!
Юноше туго стянули веревкой запястья, её противоположный конец оказался в руках у Китти. Тот не упустил случая дёрнуть за неё так, что пленник едва не повалился с ног.
– Садись позади! – приказал здоровяк, перекидывая ногу через собачью спину и плотнее наматывая веревку себе на предплечье. – Не вздумай падать. Обратно поднимать не стану, будешь за псом на брюхе тащиться!..
Когда перевалило за полдень, местность, по которой ехали Потерянные, сильно изменилась. Стали выше горы, появилась растительность – сначала серый мох и бурые лишайники, похожие на брызги пролитой крови, затем, чахлая прошлогодняя трава, кустарники и даже низкорослые, искривленные ветром деревья. Наконец Рэнди увидал мелкий, стелившийся по камням ручей, от которого поднимался волнистый белый пар. Судя по уверенности, с которой к воде продвигались его похитители, отравленной она не была. Ездовая собака Китти пригнула голову, чтобы утолить жажду, но тут же сердито отдернула морду: горячо!
Над всадниками медленно кружился снег, похожий на пепел, и Рэнди слизывал его с обветренных губ, утоляя возобновившуюся жажду. Локти и плечи затекли, бёдра и колени ныли от непривычной посадки, а кожу на руках саднило от бесплодных попыток выпутаться из верёвок. Чтобы отвлечься от поганых ощущений, юноша следил за тем, как двигается под седлом большое звериное тело и во все глаза разглядывал местность, теперь уже совсем не похожую на скучные окрестности его собственного города.
Дороги здесь как таковой не было: разбойники ехали, ориентируясь по только им известным знакам, петляя на собаках между скал, пробираясь по узкому краю пропасти, взбираясь верхом по склонам головокружительной крутизны. С перевала, в сизой дымке, виднелся Центральный ледник, отец антарктических рек, покрывавший землю вплоть до самого полюса. В свете солнца его верхний край отливал золотом.
Заметив, что Рэнди внимательно следит за дорогой, рыжий бандит Эзра подъехал поближе и нахлобучил на голову пленнику плотный чёрный мешок, в котором чертовски тяжело дышалось; это оказалось еще хуже, чем то и дело тыкаться лицом в немытые дреды Китти.
– Если тот хрен – и вправду из «Крылатого Солнца», нам каюк. Они отыщут нас и перебьют, – сказал Эзра. – Следов наоставляли, забрали одежду – красавцы, короче…
– Не ссы. Не помнишь разве, что Арс про них говорил? Там одни яйцеголовые и, может, ещё небольшая кучка охраны. Не будь они так далеко, можно было бы базу ихнюю себе захапать. Но прежде чем мы туда попадем, нас обглодают наши же собаки.
– На Мирный набежали, набежим и на этих! – самоуверенно сказал третий в компании – тот, что походил на солдата. Из предыдущих разговоров Рэнди понял, что его звали Курносым.
– Дурья башка! – рассердился Эзра. – Хочешь нарваться точно так же, как в Мирном? Тогда это прокатило благодаря Фокс, но кто знает, что там у «крылатых» за секреты… Вряд ли за полвека они о своей шкуре не позаботились.
– Да ладно! Скажешь, та вылазка плохо закончилась? – усмехнулся Китти. – Мы ж теперь неуязвимые!
– Ты б заткнулся, а!.. – прозвучал откуда-то низкий, но довольно молодой женский голос. – Раньше были ордой, а теперь ото всех прячемся!
Рэнди затаил дыхание. Откуда здесь женщина? Когда успела присоединиться? И как вообще оказалась среди этих ублюдков?
– Ну-ну! Кто больше всех тогда выиграл, Фокс, это ты!.. – усмехнулся Китти. – Скажешь – нет?
Фокс. Вот, значит, как её зовут. Вряд ли это имя было дано при рождении, но к голосу подходило хорошо. Заинтригованный, Рэнди позабыл страдания, которые причинял мешок.
– Семь Ветров не хуже «Крылатого Солнца» – чего стоит один «Пайн-Айлэнд», – продолжил женский голос, проигнорировав реплику Китти. – И мы, по крайней мере, знаем, кто нас там встретит. Теперь, когда Харальда нет, купить невмешательство Рэйлтауна реально. Дочка у него явно в проезжего молодца уродилась.
Рэнди, весь превратившийся в слух, не мог не заметить, что и речь у женщины была не такой, как у остальных, а «осокинской» или даже «рахмановской».
– А может, просто в землю закатать этот Рэйлтаун? И платить никому не надо! – всем возможным решениям Китти явно предпочитал насилие.
– Тогда торговцы перестанут приезжать туда, и мы останемся без припасов, – возразила Фокс. – Нет, уж если где и беспредельничать, так это на «Пайн-Айлэнде». Весь Рэйлтаун по сравнению с этим плавучим дворцом – куча крысиного дерьма.
Вот это да! Рэнди слышал о Семи Ветрах как о богатом и хорошо защищенном городе, угрожать которому могут только Изверги. Как вдруг – и эти дикари туда же! Пожалуй, мешку на голове можно было порадоваться. С ним пленник выглядел не более чем тупой куклой, и бандиты вряд ли могли заметить, как жадно он впитывает каждое слово.
– Не пойму, на кой этот нам сдался, – снова заворчал Эзра, имея в виду Рэнди. – Кожа да кости!
– А то ты чем-то лучше!.. – отвечал Китти. – Слышал я, в Новом Пекине есть бордель для тех, кому мальчики по душе. За такую мордашку там заплатят немало.
Рэнди в ярости боднул своего мучителя лбом в спину. И ещё раз, и ещё, пока тот
