class="p1">— Я помню тот день, будто это произошло только что. Боги простили меня. Я не смог вас спасти тогда, теперь должен знать, что и вы проявите милосердие, если дадите свое прощение.
— Мне не за что вас прощать, вы никогда не были виноваты, — ей стало жалко трясущегося старика, который так крепко сжимал ее руку. Ей казалось, что она впервые увидела человека, который страдал больше, чем она.
Роланд принес горячей еды, после чего вместе со священником выслушал историю Джоан о ее спасении, жизни с амазонками и о путниках, которые нашли ее в яме и помогли добраться сюда живой.
— Я найду способ, чтобы вы попали к королю. Вы не представляете, как они будут счастливы. Особенно ваша мать. Помню, насколько ей тяжело было пережить утрату собственной дочери, — Роланд сиял и словно помолодел на десять лет.
Глава 8. Предательство
Лорд Ларден задумчиво сидел у себя в покоях за столом, перебирая важные письма, которые прислали с южных земель из королевства Наридиуса и с западных — от Алоссы и Гринстоуна. Потерев лицо от усталости, он услышал, как к нему несколько раз громко постучали в дверь.
— Войдите, — без особой радости сказал он. — А, королева Маргарита, рад вас видеть, — расплылся он в улыбке.
Королева-мать выглядела обеспокоенной и озадаченной. В руках она теребила голубой платок. Она, как всегда, была в красном платье, богато расшитом золотыми нитями. Грудь была наполовину открыта, и это выглядело соблазнительно.
Бастьен, очарованный ее безупречными внешними данными, забыл о письмах, в которых другие правители снова призывали отправить еще больше солдат на уничтожение варваров. Все леса кишели варварами, но в западных лесах они снова стали кровожадно убивать людей, а значит, угроза нарастала. Если запугают крестьян и жителей отдаленных от замка земель, те ведь просто не смогут прокормить знатных людей, которым платят дань. Больше всего правители боялись забастовки, того, что когда-нибудь крестьяне добровольно присоединятся к варварам и восстанут против королевств.
— Вы нашли особу для нашего плана? — прищурив глаза, спросила Маргарита.
— Очень усердно над этим работаю. Нам ведь нужна девушка, которая живет подальше отсюда, у которой нет болтливых родственников и чьего исчезновения никто и не заметит. Я нашел несколько особ, а они даже не знают, для чего я их сюда привез, — слегка улыбнувшись, сказал Ларден. — Солдаты, с которыми я ездил за ними, думают, что эти женщины отправятся в бордель. Сейчас стою перед выбором, какая лучше всех нам подойдет. Ищу внешние сходства с королевой Шарлоттой. Уверяю вас, все девушки невинны.
— С первого разговора об этом прошло четыре недели. Нужно быстрее решить эту проблему, пока Луи не передумал. Сегодня он дал мне согласие, значит, нужно спешить. Вы должны быть предельно осторожны: если кто-то об этом узнает, вас могут за это повесить как изменщика и предателя, что хочет осквернить короля, — королева и глазом не моргнула, сказав это, а вот лорд слегка поморщился.
— Я, конечно, все сделаю для того, чтобы это не было никому известно. Но ваша угроза не вдохновляет. Я делаю это ради вашей семьи и сейчас узнаю́, что меня могут казнить. Когда-то вас защитил сир Роланд, взяв на себя вину за ваши приказы, но, хоть он и жив, я не собираюсь делить участь предателя, спасая ваш род. Не наживайте себе врага, особенно такого, который про вас слишком много знает.
Королева пристально смотрела ему в глаза. Впервые за все годы, что они знали друг друга, она была так удивлена его дерзости. Она сама поняла, что слишком жестко высказалась, но забирать свои слова обратно ей не позволяла гордость.
— Кем бы ни была девчонка, она останется в замке до рождения ребенка, а после… У нас должны быть гарантии о том, что ее рот никогда не выдаст наш секрет, — спокойно заговорила она после паузы.
— Я достал сильное снотворное, так что наша будущая мать наследника даже не узнает, от кого беременна, — он достал из ящика стола пузырек и показал ей. — О Луи тоже надо позаботиться. Мы скроем ей лицо, думаю, накроем простынями, и Шарлотта может присутствовать. Вызывать ревность нам ни к чему. Мало ли что может случиться, а Луи и сам никогда не узнает, как выглядела носительница его ребенка. Ну и, конечно же, будет сделано все, чтобы из замка она никогда не выбралась.
Когда он сказал это, королева впервые заметила, как много злости скрывалось за его вечно приветливым лицом. Сейчас перед ней сидел действительно жестокий и злобный мужчина, которого она считала справедливым. В этот момент ей стало понятно, что она сама не лучше, чем он. Затея была так близка к исполнению, и ее обуял ужас. Но начало уже положено, и идти нужно до конца.
— Спрячьте снотворное, пока никто за вами не проследил. В столе хранить такую вещь опасно. Это ненадежное место.
Не сказав больше ни слова, королева вышла, а лорд все сидел и смотрел на пачки писем из разных королевств, которые так и лежали у него под носом. В какой-то момент ему показалось, что он наслаждается тем, что происходит. Теперь вся династия Фриелей в Медеусе зависела от него, а после того, как все состоится, королева не посмеет ему отказать. Столько лет он преданно служил Фриелям, и безразличие королевы-матери с каждым годом все больше разочаровывало. Теперь она не посмеет дерзить. И вдруг снова кто-то пришел.
— Войдите, — подняв глаза, лорд был весьма удивлен. Перед ним стоял молодой священник из святилища, облаченный в белоснежные одеяния.
— И что могло привести священника ко мне? Вам опять нужны средства для несчастных голодных людей? — раздраженно спросил он, в уме подсчитывая, сколько они в этом месяце дополнительно просили еды.
— Простите, что беспокою вас, милорд, но к королю запрещено приходить без записи, королева не впустила меня и не захотела даже выслушать, а сир Роланд передал, что дело срочное. Поэтому я обращаюсь к главному советнику, — не поднимая глаз, сказал юноша.
— Ах, Роланд. Рыцарь, который заточен, чтобы всю жизнь молиться за свои грехи. Что же он хочет от меня — свободы? Так он не в тюрьме, а служит во благо королевства, охраняя вас от смутьянов.
— Я не знаю, милорд. Он просил срочно передать лично королеве-матери или королю, что он ждет их. Ему запрещено выходить из святилища, поэтому меня прислали сюда. Сказал, я должен передать, что от этого зависит будущее Медеуса. Кроме вас, мне больше не к кому обратиться. Возможно, вам удастся убедить королеву Маргариту
