— Охотно верю, — буркнул Василек. — Упрямство у вас в крови.
Он многозначительно посмотрел на Риту, которая с напряженным вниманием ловила каждое слово брата.
— Когда мы пришли в клуб, нас поначалу никто не заметил. Мы даже успели сесть за столик и заказать себе по коктейлю. И началось. Женская половина веселящихся отреагировала одинаково. Почти все они побросали своих парней и лавиной устремились к нашему столу. К счастью, Артур уже тогда умел одним ледяным взглядом охлаждать пыл своих фанаток. Только две или три из них осмелились подойти поближе, так он так злобно посмотрел на них, что бедняжки просто окаменели. Вот тут-то за дело взялась мужская половина клуба. Уязвленные тем, что их пассии оставили их ради какого-то смазливого блондинчика, они подошли к нам и почти вежливо предложили выйти поговорить.
Димка замолчал и снова потянулся за своим бокалом.
— Ну и? — прервала затянувшуюся паузу Лиля. — Чем все закончилось?
— Если ты ждешь хэппи-энда, то вынужден тебя разочаровать — его не будет. А закончилось все банально до омерзения. Нам обоим просто-напросто начистили физиономии. Артуру — за то, что якобы пришел поразвлечься с чужими девчонками, а мне, соответственно, за то, что не умею выбирать себе друзей. Мы, конечно, пытались сопротивляться — а что нам оставалось? Поговорить разумно и объяснить, что мы всего лишь собирались немного отдохнуть, не представлялось возможным, потому что один только вид Артура приводил этих вояк в ярость. Он вообще никогда на моей памяти не ладил с парнями, поэтому у него и друзей, кроме меня, почти и не было. В общем, мы сражались как львы, но их было больше. В результате мне подбили глаз, разбили нос и едва не сломали челюсть, а Артуру, вдобавок к аналогичным ранениям, еще и помяли ребра. Такой была расплата за мою неудачную идею сходить в клуб повеселиться. Вот почему Артур никогда не ходит в публичные места, особенно в такие, где подают алкоголь.
— Боится быть побитым? — уточнила Лиля.
— Нет, дурочка! — рассердилась на нее Рита. — Он не хочет портить отдых ни себе, ни остальным.
— Правильно, сестренка, — взъерошил ее тщательно уложенные волосы брат.
— Мораль сей басни такова, — с иронией резюмировал Василек, осушая уже третий бокал шампанского. — Артур — никем не признанный и непонятый герой, а все остальные — просто свиньи, обижающие ни в чем не повинного мальчика.
Димка с интересом посмотрел на захмелевшего Нековбоя.
— Разве я сказал, что он герой? Я только объяснил, почему Артур не пришел сюда поздравить Ритку с окончанием школы. По-моему, ничего героического тут нет. Ты-то чем недоволен?
Растерявшийся Василек немного подумал, а потом махнул рукой, сдаваясь.
— Да ничем. Просто надоело, — признался он. — Вечно все носятся с этим Артуром. Артур то, Артур се. Ах, он такой красивый, ох, он такой несчастный, бедняжечка наша! Нашли себе ангела…
Рита уже подумывала о том, чем бы таким запустить в друга, да потяжелее, но ее прервал брат.
— Он далеко не ангел, да и несчастным я бы его не назвал. У него сложный, тяжелый характер, он чертовски упрям и может быть очень жестоким. Красивый — да, этого не отнимешь, это вполне можно поставить ему в вину. Но по-моему, ты просто ревнуешь.
— Виноват, признаю, — сбавил обороты Нековбой, явно не ожидавший такой отповеди. — Утешает меня только одно — я не одинок в своей ревности.
— В точку, — согласился Димка. — Вас таких много. Имя вам — Легион.
— А как же ты уживаешься с Королем? — спросила Вика. — Чем ты отличаешься от остальных?
— Король? — приподнял брови парень. — Вы тоже заклеймили его этим прозвищем? Впрочем, думаю, это проклятие всех Артуров. Легенда о Короле Камелота, как видно, наделила их всех судьбой вечно нести этот крест.
Рита отметила про себя, что брат не ответил на вопрос Вики. Девушка вспомнила давнюю сцену знакомства Артура и Леночки и покачала головой. Димка был неправ, не причисляя себя к Легиону ревнивцев. Кто знает, как бы он поступил, если бы его девушка отнеслась к его другу по-другому?
— Я вот только не пойму, — продолжая Димка, уводя разговор все дальше от опасной темы, — почему же вы Ритку до сих пор Королевой не прозвали?
— А что, должны были? — недоуменно спросила Лиля.
— Ну как же! Артур стал Королем, потому что существовал король Артур. Так?
— Так, — согласилась Вика. — А Ритка тут при чем?
— А слова "Королева Марго" вам ни о чем не говорят?
— Ой, и правда! А мы об этом даже и не задумывались!
Нековбой злобно рассмеялся.
— Что ж, Ритуся, поздравляю! — заявил он, поднимая очередной бокал. — Ты все-таки стала Королевой! Не так, так эдак — какая разница! Главное, что ты добилась всего!
И, продолжая хохотать, Василек неверным шагом удалился в "комнату для мальчиков". Димка внимательно посмотрел на опешившую и расстроенную сестру и, подумав, отправился за ним. Неизвестно, о чем они там говорили, но разговор был долгим. Девчонки уже успели всласть изругать своего опьяневшего друга и утешить ошарашенную его словами Маргариту, когда Нековбой, наконец, вышел из туалета и направился к девчонкам, с трудом пробираясь сквозь толпу танцующих. На нем не было пиджака, воротник рубашки намок, волосы влажно курчавились. По всему было видно, что парню пришлось сунуть голову под кран с холодной водой, чтобы хоть немного охладиться. Оставалось только гадать: сам ли он до этого додумался или кто-то ему "подсказал"?
Подойдя к Рите, Василек присел перед ней на корточки и молча ткнулся лбом в ее сложенные на коленях руки.
— Прости, — глухо пробормотал он. — Не знаю, что на меня нашло.
Вика и Лиля с несвойственной им деликатностью удалились, присоединившись к танцующим. В глубине зала девушка различила своих родителей, они плавно покачивались в ритме медленного танца, прижавшись друг к другу, как молодожены.
— Давай все спишем на напряжение последних дней, — с надеждой предложил Нековбой. — Экзамены, зубрежка и все такое прочее. Нервы стали ни к черту, вот и сорвался.
Рита встала, вынуждая тем самым подняться и Василька. Глядя ему в глаза, она твердо сказала:
— А по-моему, все дело в том, что мы уже слишком долго вместе и устали друг от друга. Мы чересчур хорошо друг друга знаем. Сейчас я пойду на улицу подышать свежим воздухом, а ты пока посиди здесь и подумай.
— О чем? — все так же глухо спросил Нековбой, ссутулившись и уронив руки. — О том, что я тебе надоел?
— Не говори глупостей. Я скоро приду, и мы поговорим. А сейчас мне надо мозг остудить, а то он уже плавится от всей этой праздничной суеты.
