заплакала от счастья и обняла козу.
Морис немного потоптался на месте, а потом спросил:
– Вы знаете, как за ней ухаживать?
– Конечно! – воскликнула женщина. – Моя бабушка и тётка держали коз, и я ухаживала за ними с детства и до девичества. Потом бабушка стала старенькая, – она вздохнула, – тётя вышла замуж и укатила аж в Ашхабад. Моя мать не захотела принимать молочное хозяйство, а я тогда ещё молоденькая была.
– Ну ладно, тогда я пошёл, – сказал Миндаугас.
– Спасибо вам большое, – Усольцева низко поклонилась ему.
– Ну что вы! – перепугался он.
– Я знаю, что это вы хлопотали за нас. Без вас они бы и не почесались.
– Кто не почесался бы? – не понял Миндаугас.
– Да чиновники наши.
– А… – протянул Морис и загадочно улыбнулся.
Про себя он решил, что через некоторое время обязательно навестит Усольцевых, чтобы посмотреть, как живётся козе на новом месте. А Валентине он сказал строгим официальным тоном:
– Не сегодня завтра вам привезут корма для животного.
– О господи! – прижала руки к груди женщина.
– Вот вам номер моего телефона, – Морис протянул ей бумажку, – проинформируете меня. А также позвоните, если возникнут какие-либо проблемы.
Валентина собралась снова кланяться в пол, но он удержал её и, когда она всхлипнула, легонько погладил по плечу.
Домой Морис вернулся счастливый. Мирославе даже показалось, что он не на её «Волге» ехал, а летел на крыльях.
На крыльце Миндаугас подхватил обалдевшего от удивления Дона и закружил его в вальсе.
«Уж не влюбился ли он?» – подумала Мирослава.
Сердце её ёкнуло. Она внимательно прислушалась к себе и сама себе удивилась: «Неужто я и впрямь такая эгоистка?»
Дело в том, что из-за мысли о возможной влюблённости Мориса она думала не о чувствах к нему, а о том, что может лишиться такого бесценного во всех отношениях сотрудника.
«Права тётя Виктория, – грустно подумала она, – не умею я никого любить, кроме кота. И одно у меня на уме – работа».
– Вы чего такая грустная? – спросил вошедший на кухню Морис.
– Ничего. Чай вот пью. А ты чего такой весёлый? – всё-таки не удержалась она от вопроса.
Он внимательно посмотрел на неё и подумал, что разве он может что-то скрывать от дорогой его сердцу девушки?
Нет, конечно. И он выложил ей всю историю с козой.
Мирослава посмотрела на него уважительно и полушутя-полусерьёзно заявила:
– Ты супергерой!
– Как Илья Муромец? – усмехнулся он.
– Нет! Как все три богатыря вместе! – заверила она его.
И в этот день они не стали говорить о работе, а поехали в лес, который начинался сразу же за их коттеджным посёлком. Слушали пение птиц. Морис подарил Мирославе маленький букетик полевых цветов, и она обещала поставить его у себя в спальне.
А потом Миндаугас увидел гриб, наклонился, рядом оказался ещё один. Морис побежал к машине, принёс пакет и заполнил его до краёв грибами.
– Ну вот, – сказал он умиротворённо, – сегодня на ужин будет картошка с грибами.
Мирослава рассмеялась.
Он растерянно посмотрел на неё и спросил:
– Что я сказал смешного?
– Ничего! Ты сам такой забавный!
– Это плохо? – в уме он подбирал синонимы к русскому слову «забавный», и они немного напрягали его.
– Нет, – сказала Мирослава, – это здорово! С тобой не соскучишься.
– И не умрёшь с голоду, – весело подколол он её.
– Это точно! – согласилась Мирослава. – Как нам с Доном и Шурой повезло с тобой.
«Дон ещё куда ни шло, – подумал про себя Морис, – но жениться-то я хочу на вас, а не на Шуре».
Но потом он решил, что Наполеонов, как друг, никогда никуда не денется и с этим придётся смириться.
На ужин действительно была картошка с грибами. И Шура прибыл как раз вовремя, чтобы поесть её вместе с ними.
После ужина Мирослава сначала пыталась просто разговорить Наполеонова, а потом чуть ли не перевернула маленького следователя вверх тормашками и не трясла его, как кот Базилио с Лисой Алисой Буратино. Но Наполеонов молчал, как партизан.
Глава 14
Утро разгоралось ярким светом, обещая не по-весеннему жаркий день.
– Мы сегодня куда-то поедем? – спросил Морис.
– Да, и я думаю, встреча с этим человеком удивит тебя.
– Кто он?
– Стилист.
– Живой?
– Естественно.
– Тогда я не совсем понимаю…
– Приедем на место и поймёшь.
В этот раз они приехали в элитный район, построенный всего несколько лет назад. Нужный им дом смотрел одной стороной на Волгу, другой на недавно разбитый парк.
– Хорошо здесь, – вырвалось у Мориса.
– Да, неплохо. Только я не хотела бы жить на двенадцатом этаже.
– Я бы тоже, – сказал Морис, – но в доме двадцать шесть этажей.
– Не говори, живут, как орлы. – И добавила: – Не люблю я небоскрёбы.
Морис их тоже не любил, но отвечать ничего не стал. У Мирославы со стилистом, видимо, была договорённость, так как она их ждала. Домофон ожил сразу, и дверь быстро открылась. Несмотря на то что Мирослава любила подниматься по лестнице, на двенадцатый этаж они поднялись всё-таки на лифте.
Стилист оказалась молодой стройной блондинкой со светло-карими глазами. Даже в домашней одежде она выглядела стильно.
Валентина Руднева знала себе цену и держалась с достоинством, несмотря на постигшее её несчастье. Ей подкинули расчленённый труп её интимного друга Олега Свиридова.
Они прожили с Олегом восемь лет. Олег был моделью. Но не высшего класса, которые зарабатывают бешеные деньги, а среднего уровня. Ему приходилось бы экономить, если бы не Валентина, которая оплачивала даже самые запредельные желания своего друга. Стилистка не была скупой по натуре, а для Олега она была готова на всё. Ей даже в голову не могло прийти, что Свиридов ей изменяет. И с кем?! С женщинами не лучшего сорта! Это открытие было для Валентины не просто шоком, а ужасом ужасным. Она до сих пор ещё не смогла прийти в себя.
– Кофе или чай? – спросила она, когда детективы прошли в гостиную.
– Если можно, минеральную воду, – за обоих ответила Мирослава.
Валентина вышла и тотчас вернулась с бутылкой минеральной воды и двумя бокалами, расписанными под зимнюю вязь мороза на окнах.
– Вы хотите поговорить об Олеге? – скорее констатировала, чем спросила она.
– Да. Вы давно знали Свиридова?
– Девять лет. Год мы просто встречались, а восемь прожили вместе.
– И вы никогда не подозревали, что…
– Что он изменяет мне? – воскликнула Руднева. – Представьте себе, никогда!
– Я вам очень сочувствую, но вынуждена спросить, как к вам попал мешок с трупом Свиридова?
– Банально, – пожала плечами Валентина, – кто-то подложил мне его под дверь.
– Вы вышли утром и обнаружили его?
– Нет. Я
