Интересно… Аж жуть.
— Слушаю, — спокойно отвечаю я.
— Ваш брат, Тимур Анварович, просил позвонить.
— Что с ним?
— Он у нас, в тридцать седьмом отделении… Привезли два часа назад. Драка.
Черт… Тимур! Говно мелкое!
— Пострадавшие живы?
— Да, но тут сложности…
— Понял, сейчас приеду.
— Да, спросите капитана Вустрикова, это я… Ваш брат сказал, что вы будете благодарны за своевременное оповещение…
— Не беспокойтесь. Я буду крайне признателен.
Отключаюсь.
Аккуратно кладу телефон на стол, хотя ужасно хочется разъебашить его о стену. Но времена детских реакций позади… Хотя по вечеру и лежащей в моей постели девчонке этого нихрена не скажешь… Но про нее — потом.
А сейчас я, кажется, определился с первым кандидатом-смертничком на сегодня.
Последствия необдуманных решений
Просыпаюсь я так резко, словно кто-то толкает изнутри. Сажусь на кровати и испуганно таращусь по сторонам.
Спросонья не понимаю, где я и что вообще происходит.
Тут же организм дает о себе знать тянущей болью внизу живота, и я, охнув от неожиданности, сгибаюсь пополам и опять валюсь на кровать.
Ощущение такое, словно неожиданно начались месячные, да еще и жутко так, с болью и головокружением. Были у меня парочка веселых годков в самом начале этого дела, лет в двенадцать-тринадцать. Я тогда, помнится, умирала от боли настолько, что даже встать по утрам не могла.
Сейчас что-то похожее испытываю, словно вернулась я в те замечательные времена.
Кровать, огромная, жесткая, темное постельное белье… Запах… Мужской такой, очень знакомый.
Я не в своей постели… Паника накрывает одновременно с болью.
Закрываю глаза, пережидая приступ, а он все длится и длится, но уже не такой сильный, я могу дышать. И могу думать.
Открываю опять глаза, аккуратно осматриваюсь.
Большое, очень большое помещение. И вся мебель, которой тут немного, тоже такая… Массивная. Словно здесь живет великан.
Воспоминания о произошедшем вечером накатывают с новым приступом головокружения и боли. Теперь, для разнообразия, не в животе, а тоже в голове.
Закрываю глаза, не в силах смотреть на белый свет.
Под сомкнутыми веками, в темноте, кружатся вертолетные лопасти.
А внутри все замирает от ужаса осознания.
Я. Вчера. Переспала. С Большим Боссом. С Темирханом.
Я, не иначе, с ума сошла!
Щипаю себя за бедро непослушными пальцами, очень сильно рассчитывая, что это кошмар. Просто еще один веселый кошмар в моей жизни, ну почему бы нет? Ну почему бы не случиться такому чуду?
Но нет.
Все реально.
Огромная кровать с темным бельем. Я на ней. И мои воспоминания.
Дикие! Дикие воспоминания!
Сцепляю зубы, чтоб не застонать. Не от боли! Чего от нее стонать? От ужаса! Только от ужаса и стыда!
Как я так умудрилась? Как я позволила?
Хотя, справедливости ради стоит сказать, выбора мне не предоставили.
Темирхан, полностью оправдывая свое разбойное восточное имя, просто заставил подчиниться. Буквально заласкал, затискал, зацеловал, отключая полностью хоть какое-либо критическое мышление и способность соображать.
Ох… Как стыдно-то… Стыдно… Он — практически женатый человек… Чем я думала?
Нет, понятно чем, тут тоже без вопросов…
По случившемуся у меня вопросов не возникает больше.
А вот по настоящему — море.
И основной — как отсюда свалить без проблем? Желательно, так, чтоб хозяина квартиры не встретить. Конечно, это позиция дурацкая, потому что я по-любому с ним еще встречусь, я, в конце концов, на него работаю… Ой… Не думать, не думать, не думать…
Решаем задачи по мере их возникновения.
Первостепенно — уйти отсюда.
Сажусь, уже игнорируя тупую боль в промежности. Она вполне терпима, а, значит, будем про нее потом думать.
Оглядываюсь, тревожно, словно курица, вытягивая шею. В квартире тихо.
Прислушиваюсь, но шума душа, звяканья посуды и прочих утренних шумов не слышу. Кстати, тоже вопрос: сколько сейчас времени?
Запросто может быть уже и полдень, а я в загуле пропустила начало рабочего дня… Кошмар какой…
Где телефон? Одежда? Боже, неужели, все в том клубе осталось?
От одной мысли об этом — волнами накатывает ужас.
Телефон у меня недорогой, но там вся жизнь. А в сумке — документы и ключ-карта от номера!
Ох, я попала! Ну вот как так получается? Я же — самая тихая на свете девушка! Незаметная! Каким образом я умудряюсь уже второй раз за пару месяцев так феерически попадать?
Но рвать оставшиеся волосы на голове буду потом, пока первостепенная задача не выполнена.
Встаю, покачавшись чуть-чуть, словно привидение, но в итоге голова перестает кружиться.
А неподалеку, на роскошном кресле у окна, замечаю черную тряпку, смутно напоминающую платье, и свою сумочку!
Ох, пусть все будет на месте! Пусть на месте все будет!!!
Топаю туда, предварительно задрапировавшись в простыню, на случай непредвиденных свидетелей моего позора, раскрываю, проверяю комплектность и, уже более-менее спокойно выдыхая, достаю телефон.
Он, собака, мигает непринятыми звонками и сообщениями. На беззвучке. Молодец я, чего уж там… Хотя, даже если бы он вчера гимн России играл или Раммштайн, это вообще бы ни на что не повлияло. И никого бы не отвлекло от процесса.
Торопливо пролистываю страницы.
Артем. Звонил, писал.
«Ты где?»
«Куда убежала?»
«Майя, я беспокоюсь»
И еще штук десять. И звонил даже зачем-то…
Больше никого, и это хорошо. Судя по часам на дисплее, до начала рабочего дня еще полчаса.
Если поторопиться, вполне успеваю.
Смотрю за окно. Вид знакомый. Значит, Темирхан, не мудрствуя лукаво, просто притащил меня к себе в номер. Интересно, сколько человек нас видело? Интересно, в каком виде он меня сюда нес?
Стыд заливает щеки, губы трясутся, когда я пытаюсь натянуть на
